Руслана. Пересохшие реки, в которых раньше жили русалки

Аккуратно Руслана достала спрятанный кинжал. Приблизила острое лезвие вплотную к шее парня. От резкого холода он вздрогнул и открыл глаза. Руслана надавила клинком на его горло. Одно движение, и всё будет кончено. Для них обоих.
Алоис сглотнул слюну, от этого гортань его слегка приподнялась. Из пореза проступило немного крови.
Напряжённая девичья кисть слегка дёрнулась в сторону, но он успел схватить рукоять вместе с тонкими дрожащими пальцами и резко поднять. Руслана попыталась вернуть оружие к его шее, но было поздно. Ал повалил испуганную девушку на спину и прижал её руки к кровати, склонившись сверху.
  
— Со смертью нельзя колебаться, — холодно сказал он.
Разжав её ладонь, он завладел кинжалом. Руслана в ужасе замерла, но парень сразу откинул его на пол.
В полумраке обездвиженная и уязвимая она показалась ему невероятно красивой. Алоис хотел поцеловать её, как этим вечером, но она отклонила голову. Губы его коснулись нежной гибкой шеи. В голову ударил пьянящий клеверный аромат.
Руслана поняла, в этот раз не пронесёт. Она начала извиваться, чтобы выбраться из его объятий, но этим только усилила его хватку.
— Я никогда тебе этого не прощу, — голос её звучал отчаянно и в чём-то даже зло.
Да, это точно. Не простит.
Эта мысль отрезвляла, как ничто другое. Алоис откинулся назад, позволяя девушке приподняться. На кровати она отползла назад, прижавшись к высокому изголовью. Казалось, Руслана сейчас заплачет от безысходности. Он понял, что в этот раз напугал её слишком сильно.
Алоис отошёл к письменному столу, достал из выдвижного ящика связку железных ключей, открыл замок и в ожидании остановился у двери.
— Ты хочешь всю ночь провести в моей постели? — обернулся он.
Что угодно сейчас казалось ей лучше этого. Девушка встала на ноги, но держалась на расстоянии. В углу по-прежнему валялся кинжал. Ал заметил, куда она смотрит, но ничего не сделал. Напротив, он открыл дверь на распашку и демонстративно повернулся к Руслане спиной, чтобы выйти. Мерзавец. Знает ведь, что она не убийца. Но, если он сам напрашивается, она не побрезгует лишний раз наклониться.
Перед выходом Руслана подобрала оружие и, крепко сжимая его двумя руками, последовала за лжецаревичем. Он прошёл совсем не много и остановился у соседней комнаты.
— Это твоя, — Алоис снял тонкий ключ из светлого металла и протянул девушке, — закрывается изнутри… Бери, ты же хотела отдельную комнату.
Руслана не двигалась, пока он не провернул ручку и не показал, что это обычная спальня, почти такая же, как у него, только меньше.
— Считай это моим извинением за то, что слишком тороплю события, — добавил он.
— Я хочу домой, — решила додавить девушка. Не часто он проявляет великодушие, нужно этим пользоваться.
— Не всё сразу, — без тени страха он поднял её руки с оголённым кинжалом и вставил ключ в щель между вспотевшими ладошками, — подожди минуту…
Он зачем-то вернулся к себе. Руслана не собиралась его слушать и юркнула в свои новые покои, быстро захлопнув дверь. Ключ действительно подошёл, но нет никаких гарантий, что парень не воспользуется дубликатом посреди ночи, так что Руслана пододвинула вплотную к двери массивную тумбу. Так она хотя бы успеет проснуться.
Из коридора послышался смешок.
— Перестань себя так вести, а то я чувствую себя каким-то монстром.
Девушка подумала, что так и есть, но вслух ничего не сказала.
— Я оставлю пояс с ножнами на полу, — продолжил он, — заберёшь, когда выйдешь. Смотри не поранься.
Уходящие шаги, а за ними тишина. Наконец-то.
Руслана огляделась, привыкнув к тусклому ночному свету от двух высоких окон. Широкая заправленная кровать, много подушек и два пуховых одеяла. Туалетный столик, полный девичьих штучек. Открытый шкаф с десятком платьев, подходящих ей по размеру, но слишком открытых для зимы. Должно быть, здесь раньше жила какая-то другая девушка, и вещи остались от неё.
Постельное бельё пахло свежестью. Комнату готовили заранее, а Алоис просто измывался, заставляя спать в его покоях на узкой кушетке. Руслана засыпала, перебирая в памяти все знакомые проклятия, когда-либо случайно услышанные, и, если что-то особенно хорошо ложилось на личность Ала, она довольно улыбалась, отмечая, что нужно бы это запомнить и при случае высказать.
Телесная нужда заставила её проснуться ближе к полудню. Спальня была глухой и не имела выхода к собственной умывальной комнатке. До туалета придётся добираться через общий коридор, но оттуда доносятся неразборчивые голоса. Уже день, а значит вернулись слуги. Головой Руслана понимала, что стесняться глупо. Наверняка девушки у Алоиса сменяются со скоростью ветра, её лицо потеряется среди остальных. Но всё же она ждала до последнего. Когда солнце ещё было высоко, но уже собиралось скатываться вниз, лишние звуки стихли, а нужда стала невыносимой. Руслана воспользовалась ключом и вышла из комнаты, заправив кинжал за пояс.
Алоис стоял, подпирая плечом стену прямо у двери. Иней на ресницах выдал его недавнее возвращение. Он старался переделать все дела как можно быстрее. Мало ли что она могла надумать в одиночестве.
Первым делом он неодобрительно взглянул на оголённое лезвие.
— Я же говорил, что он острый.
Прежде, чем Руслана успела что-либо возразить, он вытащил оружие, чуть не разрезав пояс на платье, поднял с пола ножны на кожаном ремне и закрепил всё на талии девушки.
— Я сама…
— У тебя для этого была вся ночь, — его голос звучал иначе. Мягче.
Пока он застёгивал пряжку, Руслана огляделась. Слава богам, никто этого не видит. Откинув его руки, она быстро засеменила по коридору. Алоис усмехнулся, по коротким шагам поняв, что пока лучше её не останавливать. Он дождался девушку в стороне и только потом подошёл ближе.
— Мне не нравится эта одежда. Верни вчерашний костюм, — теперь она собирается быть только такой. Строгой и отстранённой. Он не заслуживает лучшего отношения.
— Предпочитаешь дальше притворяться парнем?
И чего он такой довольный?
— Да. Оставь эти пошлые наряды для своих девок.
Он наклонился к её лицу, оставаясь на расстоянии. Руслана вжалась в стену.
— Ты моя девушка. Единственная и любимая.
Это было более чем неожиданно. На мгновение она почти поверила, но ничего, кроме раздражения, его слова не вызвали. Наверняка, он всем такое заливает. А даже если и так, если у него в данный момент никого другого нет, от этого только хуже.
Но Алоис говорил серьёзно. За ночь он многое обдумал. Других причин своего странного притяжения к Руслане он не видел. Она даже не представляла, насколько была для него особенной.
— Заведи себе новую куклу, а у меня уже есть любимый человек, — гордо заявила девушка.
— Ну тогда он полный болван, раз не удосужился тебя даже поцеловать, — парировал Ал, в то время, как к горлу его подступило новое удушающее чувство. Он ещё не понимал, что это ревность, но вкус уже не понравился, а причину своего раздражения он разглядел в Руслане, — Что? Скажешь, вчера был не первый раз?
Руслана возмутилась. Формально второй. И первый тоже украл Алоис. Он и ведунья. Но это ничего не значит, и ему об этом знать не обязательно.
— Конечно, нет, — бодро соврала девушка, — но вчера был самый отвратительный.
На самом деле в конце было приятнее, чем она ожидала. Неловкое воспоминание случайно вызвало пурпурный румянец на её щеках. Этого оказалось достаточно, чтобы Алоис успокоился и снова смягчился. Он знал, что она только что соврала.
— Наряды подобрала для тебя Влада, я в этом ничего не понимаю. В мужском костюме ты мне нравишься не меньше, — с непривычной теплотой сказал он и вложил в руку Русланы маленькую полевую ромашку.
  
На немой вопрос в глазах девушки Алоис ответил:
— В храме плодородия есть оранжерея. Там выращивают полевые цветы для ритуалов. Отвести тебя?
Руслана чуть не согласилась, но потом вспомнила, что перед ней сволочь, и отрицательно покачала головой.