Скандальный брак

Прошлой ночью, когда он смотрел, как его жена кормит грудью их сына, он почувствовал, что тоже является членом семьи. Те минуты показались ему почти божественными и даже более интимными, чем половой акт.
Девон, хотел детей. Много детей. Только тот мужчина, который знает, насколько это ужасно — быть лишенным возможности увидеть, как растет и развивается его потомство, сможет понять это отчаянное и страстное желание Девона.
  
Бен развеял его страх. Бен станет его будущим, его потомком.
— И еще мне нужна Ли.
Вот. Он признался в этом… Он ненавидел себя за эту слабость.
Он услышал, как открылась дверь. Девон даже не повернулся, решив, что это доктор Патридж. Однако, почувствовав легкий аромат жимолости, понял, что ошибся.
— Ли? — удивленно воскликнул он, вставая со стула.
Она стояла там, куда не доходил свет свечи. На руках она держала Бена. Ее платье из темно-синего бархата сливалось с окружающей темнотой, и поэтому она была похожа на некое видение, порожденное ночной мглой. В ее глазах отражалось пламя свечи. Ее волосы, словно блестящий шелковый занавес, закрывали ей плечи и спину.
Этим утром в гостинице она казалась ему Мадонной, женщиной, затерявшейся в толпе мужчин. Сейчас она напоминала Девону королеву-воительницу. Чувствовалось, что у нее железная воля и твердый характер.
Она подошла к нему. Он выпрямился, ожидая, что она сообщит ему о цели своего визита и обрушит на его голову новые обвинения. Девон просто потерял дар речи, когда она, встав на цыпочки, поцеловала его.
«Мне все это, наверное, снится», — подумал Девон, инстинктивно положив руку ей на талию и поцеловав в ответ.
Нет, это не видение и не призрак. Это его жена. Его покладистая, уступчивая, ласковая, готовая на все жена. Она отстранилась от него. Бен, которого она все еще держала на руках, начал извиваться и беспокойно ерзать.
— Возьми его, — прошептала она. — Он твой. Он — это то, что связывает нас.
Девон взял сына на руки.
— Почему ты сделала это? Что изменилось? Ведь совсем недавно ты обвиняла меня во всех смертных грехах.
— Ко мне приходила твоя тетка, — ответила Ли. Она рассказала Девону о том, что Венеция угрожала ей.
— И ты решила прийти ко мне, — сказал он. По натуре своей он был человеком циничным и поэтому все подвергал сомнению.
— Я не боюсь ее, Девон. Я никого не боюсь. Просто яприняла решение. Ты — мой муж. Я готова поверить в то, что ты сможешь защитить Бена.
— Ты сомневалась в этом?
Она села на стул. Девон сел на кровати напротив нее. Их колени соприкоснулись. Она посмотрела на его деда.
— Мы ему мешаем?
— Нет, он нас не слышит.
Однако Ли продолжала говорить полушепотом.
— Довольно долгое время я чувствовала себя потерянной, а теперь я поняла, что не зря предприняла это путешествие, — сказала она, положив руку на головку Бена. — Это наш с тобойребенок. Из всех знакомых мне мужчин только тебе я могу доверить его воспитание. Я хочу, чтобы ты научил его всему, что знаешь и умеешь сам. Я хочу, чтобы он во всем был похож на тебя.
— И какой же я, по-твоему, человек? — спросил он, ощущая в душе полнейшую пустоту.
Ли улыбнулась.
— Ты человек, который знает, что такое жизнь, — ответила она, положив свою руку на руку Девона. — Сегодня вечером, разговаривая с твоей теткой, я вдруг поняла, что мы с ней кое в чем похожи. Она потратила свою жизнь, добиваясь того, что никогда не будет ей принадлежать. Я имею в виду титул. Если не для себя, то для своего сына. Ты же, в отличие от нее, сам был творцом своей судьбы. Ты не стал ждать, пока кто-нибудь поможет тебе, и принялся за дело. Я сначала не понимала этого. Но, после того как ты рассказал мне о своих планах в тот удивительный день, когда мы с тобой были на пристани, мои взгляды изменились. Я решила последовать твоему примеру. Было очень страшно, и все-таки я это сделала. — По ее щекам покатились слезы. — Ты подарил Бену жизнь. Если бы не ты, то он бы не смог появиться на свет. Теперь я хочу, чтобы ты помог ему не стать таким, как леди Вейнхоуп и мои братья, которые тратят свою жизнь на то, что им не под силу изменить. Или как мои родители, которые все время вспоминают о прошлом и поэтому не видят будущего. Ты должен помочь Бену определить свой путь в жизни. Ты ему нужен больше, чем я.
Девон осторожно вытер слезу с ее щеки.
— Это неправда. Мальчику нужна мать, которая будет его любить.
— Да, — сказала Ли.
— А как же мы с тобой? — спросил он.
Она погладила Бена по его маленькой пушистой головке.
— У меня есть три условия, — сказала она, медленно подняв на него глаза. — Если ты их выполнишь, то я сделаю все, что ты захочешь.
Девон понял, что в этот момент она пообещает ему золотые горы, а потом возьмет свои слова обратно.
— Чего же ты хочешь?
— Прежде всего, — сказала она, перейдя на шепот, — ты должен пообещать мне, что, когда наступит подходящий момент, ты обязательно расскажешь правду о Бене.
— Я и так собирался это сделать.
— Я знаю, но хочу, чтобы ты дал мне слово.
— Обещаю.
— Второе. Эта семейная вражда — настоящее безумие. Так когда-то сказал мой отец. Он прав. Я считаю, что после рождения Бена эту вражду необходимо прекратить. Где бы мы ни жили, двери нашего дома всегда должны быть открыты для моих родственников.
— Даже для Джулиана? — спросил Девон. Ему никогда не нравился этот хвастун.
— Особенно для него. Он весь пропитан ненавистью. Так же, как и твоя тетка. Пока эта ненависть жива, Бену будет угрожать опасность.
— А как же твоя мать, Ли? Она ведь хотела силой заставить тебя избавиться от ребенка. Она тоже представляет угрозу?
Ее глаза засветились от гнева и обиды. Девон не мог понять, чем был вызван этот гнев, — неприятными воспоминаниями или тем, что он задал ей этот вопрос.
— Мама считала, что так будет лучше для меня, — сухо ответила Ли.
— Да, — согласился он, — но сможешь ли ты простить ее? Следует ли вообще прощать такое?
— Я должна это сделать ради Бена. Я уже написала родителям о том, что приехала в Лондон, и сообщила, где меня можно найти. Теперь ответный шаг за ними. Нам остается только ждать. Думаю, скоро мы узнаем, что они предпримут, — сказала она, тяжело вздохнув. — Тогда я и решу, как мне следует вести себя со своей матерью.
— Если ты простишь ее, я последую твоему примеру. Ли покачала головой.
— Одного прощения будет мало. Этикет требует, чтобы я, как новая виконтесса, дала бал. И я обязательно устрою этот бал. Мои родители будут на нем почетными гостями, и тогда весь высший свет увидит, что твои родственники наконец поверили в невиновность моего отца.
— Ли, он был единственным человеком, кому была выгодна смерть моих родителей.
— Ты же знаешь, что он отказался от выигрыша.
— Это выигрыш получил другой человек. Удивленная, Ли откинулась на спинку стула.
— Я не знала об этом. Но мой отец не мог этого сделать. Поверь мне, Девон, я его хорошо знаю. Если ты мне не поверишь, то между нашими семьями никогда не будет мира.
— Наверно, ты слишком много от меня требуешь.
— Я прошу тебя поверить ему. Он ведь дал слово джентльмена. Я не знаю, что рассказывали тебе дед и тетка, но мой отец сказал мне, что они с твоим отцом дружили в школе. Они считали семейную вражду пережитком прошлого. Им было хорошо вместе.
— В этом деле были замешаны деньги. Ослепленные деньгами люди способны на любое преступление, — тяжело вздохнув, сказал он и переложил Бена на другую руку. — Я не утверждаю, что он вынул чеку для того, чтобы убить моих родителей. Возможно, он просто не думал, что его действия приведут к таким трагическим последствиям.
— Мой отец не делал этого, — снова повторила Ли. — Однако за все это ему пришлось дорого заплатить. О Девон, мой отец далеко не ангел. Он азартный игрок, но не убийца.
Девону очень хотелось возразить ей. Похоже, ему будет нелегко выполнить ее условия. Ради своего сына он может забыть о прошлом, но сможет ли он поверить в невиновность Карлтона?