Бумажный домик с нарисованным котом (СИ)

====== Глава 3: Новая семья ======
***Чеззе
Чеззе проснулся в своей кровати и осторожно огляделся. Слава богу, соседей по сексодрому не оказалось. Он терпеть не мог все эти утренние неожиданные встречи, любезные знакомства и чаепития с выпроваживаниями. Чеззе скатился на пол, отжался (пятьдесят раз), преодолевая похмельную слабость, и отправился в душ, а потом на балкон — завтракать.
После антипохмельного и кофе мысли в голове выстроились стройными рядами, замаршировав в привычных мстительных планах. Долгими днями и ночами в тюрьме он вспоминал все обстоятельства своего дела. И пришел к выводу, что подставить его могли или на стадии сбора вещдоков, или на стадии самой экспертизы. Ведь экспертизу делали в институте при военном управлении, и там же имелись его собственные биообразцы, сданные при стандартных тестах. Легче легкого подменить. Осталось только найти того самого эксперта... и поговорить. На документах-то стояла подпись начальника лаборатории, и в суде он же свидетельствовал, но вряд ли этот осанистый кот возился с образцами самолично.
Надо все выяснить, а лучше всего это сделать, проникнув туда и устроившись на работу... да, хотя бы уборщиком.
Он притащил планшетку и принялся изучать институтский раздел “требуется”. Уборщики им не требовались. Зато нужен был ассистент техника в департамент Осушения. Прекрасно. Он знал начальницу этого департамента — замечательная во всех отношениях нека.
— Чеззе, милый... И что же мне принесет сей беспрецедентный шаг: взять на работу осужденного преступника, — спросила вышеупомянутая начальница в тот же день.
Холеные ладошки она сцепила домиком, а благородно-золотистый ее хвост извивался знаками вопроса.
— Кроме глубочайшего чувства морального удовлетворения от исполненного долга перед обществом? — Чеззе многозначительно пошевелил ушами и поднял хвост знаком восклицательным.
— Глубочайшего? Это интересно... И какого же рода долг подвигнет меня на это? — она улыбалась вполне одобрительно, и Чеззе тоже ей улыбнулся, а потом постно пропел, подражая тюремным проповедникам:
— Священный долг перед господом нашим и детьми его — наставлять на путь истинный заблудшие души, давая им возможность заново интегрироваться в наше общество, ласковой рукой ведя по пути исцеления и исправления...
— О, господи, — засмеялась она, — твои шуточки... Хорошо, надеюсь, мое удовлетворение от твоего исправления будет поистине глубоким.
Чеззе тоже смеялся: все его друзья-подружки были развеселыми, скучать никогда не приходилось.
Однако в отделе кадров его ждал пренеприятный сюрприз: на госслужбу не брали безродных котов! Чертовы бывшие родичи... впрочем, после того, как он подался в обслугу, его бы все равно изгнали из клана. Перед мысленным взором встал надменный образ папочки:”Что? Будешь гонщиком? На потеху плебеям? Запомни, сынок, Ренсар может быть только офицером. Упал-отжался!”
Можно попробовать основать собственный клан, но... Он даже застонал, представив себе муторную процедуру основания, все эти проверки благонадежности, состоятельности и кредитоспособности... Да он точно их не пройдет! Осужденный преступник без работы. Оставался последний вариант — найти какой-нибудь захудалый клан и попробовать войти в него. Но кто пригласит его к себе в прайд?! Вольные подчиненные самцы и самки не станут позорить род таким главой прайда... А альфам соперник нафиг не сдался, со своими б разобраться.
Пока он найдет подходящую кандидатуру... пока его возьмут в прайд... место уже уйдет. Чеззе злобно пнул квадратную колонну, отбил палец и выматерился. Надо переходить к мутному плану Б.
Он так стремительно шагал по коридору, раздраженно мотая хвостом, что, выскочив из-за поворота сбил с ног маленького котика с целым набором пробирок.
— Ты что, — сказал он, изумленный, что ему дорогу не уступили, — не учуял меня что ли, мелочь?
— Я... задумался, простите, — мяукнул тот, собирая свои колбочки, и Чеззе вспомнил: позавчерашний лаборантик, разыгрывающий из себя шлюшку.
  
— А, это ты... — подумав, он присел рядом и принялся помогать кремовому котику. За позавчерашнее было стыдно.
Руки их встретились над последней, треснувшей стекляшкой, и парнишка свою быстро отдернул. Чеззе поймал его за запястье, потянул к себе, вдыхая ванильный запах, и мурлыкнул в затрепетавшее ушко:
— Что, теперь и прикоснуться противно? А позавчера другой был.
— Нет, — поежившись, ответил котик, — не противно, совсем... наоборот.
— Вот как, — засмеялся Чеззе и дернул его за гривку, заглядывая в лицо. Тот хлопал своими пушистыми ресницами, и Чеззе щелкнул его по носу. — Совсем наоборот, значит? Может, ты меня и в прайд к себе возьмешь, а?
— И возьму! — пискнул парнишка, сморщив носик и задирая подбородок. Уши его растопырились, а потом опустились, и он повторил уже тише: — Взял бы...
— Так давай, — хмыкнул Чеззе, прищурившись, — посылай запрос, вот мой личный код. Или у тебя бралка еще не выросла? Разрешение-то на свой прайд тебе давали, мелочь?
Мелочь засопела:
— Только у меня условие...
— Какое? — ухмыльнулся Чеззе, уверенный, что ни один нормальный глава клана не мог дать такому жалкому котику разрешение на свой прайд. Котишка-врунишка явно получал бескорыстное удовольствие от своих странных выдумок. Позавчера вот шлюшку из себя разыгрывал, сегодня — альфу. И все бездарно.
— Ты будешь по-настоящему жить с нами и...
— Что?
— И защищать меня...
Чеззе снова щелкнул его по и так уже красному носику:
— Конечно, малявка, как скажешь.
— Смотри, — шмыгнул парнишка, — ты обещал.
Чеззе хмыкнул и дернул его за маленькую темную кисточку на ухе. А тот быстро набрал что-то на своем комме и сунул сию древность ему под нос. Запрос к Канцелярии на прием нового члена в прайд. Чеззе поднял бровь. Пацана звали Щи-цу Лакх. И он был главой клана Лакхов. Кланчика. Так он написал. Запрос с мелодичным звоном ушел, и через пару секунд пришел ответ о регистрации. Чеззе даже рот открыл от такого сюрприза судьбы. Потом захлопнул и встал.
— Ты... куда? — пискнул Щи-цу. — Ты же обещал... стой, а то...
Чеззе остановился:
— А то что?
— А то, — насупился Щи-цу.
— Мне по делам, скоро вернусь, — усмехнулся Чеззе. — Ты ведь лаборант в отделе медконтроля? Я тебя найду.
Засада. Эта мелочь — глава клана. Чеззе, разумеется, будет альфой в прайде... но чтобы его младший — официальный глава! Нонсенс. Безобразие. Это что же — клан из одного кота и трех котят? Повезло, так повезло, все засмеют просто. Впрочем... на самом деле повезло. Его приняли на работу (в обслугу!), у него есть клан и фамилия.
Он довольно заухмылялся, направляясь в знакомый отдел. Сколько раз он проходил здесь нуднейшие осмотры, сколько дней карантина... Сейчас осталось только повстречаться с бывшими друзьями и облить их всех! Всех из чаши собственного позора.
Чаша позора вылилась только на одного: в коридоре он встретил Гра-хи, тот за локоть тащил куда-то ванильного котика. Его котика!
— А ну, поставь! — ощерился он.
— Чеззе! Ты чего? За шлюшкой сюда пришел? Ну, извини, друг, сегодня я первый, — нагло оскалился Гра-хи и положил руки на ремень с кобурой.
— Прости, дружище, но это мое. Мой прайд. Мой котик.
— Тебя мама не учила в детстве всякую дрянь домой не тащить? — заржал Гра-хи. — Да забирай, я его из сострадания трахал.
— Я тебя сейчас из сострадания трахну.
Они некоторое время глядели друг другу в глаза, а потом Гра-хи нервно облизнулся и посмотрел в сторону: ему лишь три раза удалось одолеть Чеззе в драке, и оба помнили это.
— Извини, Чез.
— Забыли, Грах.
Смена у Щи-цу уже заканчивалась, и Чеззе утащил его на полчаса раньше с работы.
Щи-цу как раз что-то врал начальству, когда Чеззе захлопнул ему комм и затолкал его в кар.
— Классный вездеход, — неуверенно улыбнулся Щи-цу внутри.