Чужая невеста для Снежного Волка (СИ)
– Ты босая к нему пойдёшь? – насмешливо хмыкнул ярл-князь, кивком указывая на мои ноги.
У меня в голове сразу песенка заиграла: «По морозу босиком к милому…»
Ага, любовь она такая… Что поделать! Жены декабристов вон, вообще, в суровую Сибирь за любимыми своими… Я, конечно, не жена декабриста, и о любви пока речь не идёт. Но из упрямства готова была пойти даже так.
Однако был выход получше…
– А что по дороге нельзя мне обуться? – невинно захлопала я ресницами. – Пойдём найдём эту служанку… Как там её? Марья, что ли… Пусть вернёт мои сапожки!
Аррдена моя упёртость явно не радовала. Он оглядел меня молча с головы до ног, всем своим видом показывая, что категорически против. Но спорить с женщиной – это же занятие бесполезное!
– Ладно! – наконец снисходительно кивнул князь.
И мы, к моей радости, закончили этот бессмысленный спор и отправились «жениха смотреть».
Я очутилась на небольшой галерее: по левую руку от меня – стена и несколько дверей, по правую – резные перила из тёмного дерева, а дальше пустота.
Я подошла ближе к краю, разглядела внизу просторный пустой холл или зал, не знаю, как правильно называть это в настоящем замке. Чтобы спуститься туда, нужно было преодолеть пару пролётов узкой витой лестницы, змейкой ползущей вниз вдоль стены.
Мы как раз миновали галерею, и я приостановилась, ожидая, что князь подскажет, куда идти дальше. Да и раздобыть, наконец, обувь, мне бы не помешало.
Но тут внизу гулко хлопнула дверь. Сразу дохнуло холодом и свежестью, несмотря на то, что мы были где-то на уровне второго-третьего этажа. Раздались мужские голоса.
Слов я сходу не разобрала. Но с любопытством вытянула шею, пытаясь разглядеть с высоты, кто там явился. В глаза сразу бросилась рыжая шевелюра Ильда.
А вот второго мужчину я разглядеть не успела… Он промелькнул и исчез из моего обзора.
Да что ж такое?! Ведь это наверняка и есть мой ненаглядный жених!
Можно было свеситься через перила, но так меня могли заметить. А я не хотела, чтобы меня спалили за подглядыванием.
А потом случился нежданчик, которого я точно не могла предугадать!
Ведь я уже почти доверяла Аррдену, не ждала от него никакой подлости. А он, оказывается, умел действовать исподтишка…
Ох, Оля, Оля, нельзя верить красивым мужикам! И некрасивым, кстати, тоже.
Я вдруг ощутила мимолётное прикосновение к своему затылку, и в мои волосы осторожно вошло что-то тонкое, длинное, холодное, вроде… шпильки. Меня даже не оцарапало, боли я не почувствовала – просто какой-то инородный предмет коснулся кожи.
Но я застыла столбом, будто меня парализовало мгновенно. Тело перестало слушаться.
К счастью, я не рухнула вниз по лестнице. Меня как будто приклеили к тому месту, где я стояла. Я могла лишь дышать и глазами хлопать, даже пискнуть ничего не получалось.
Что за… В первую секунду мне стало жутко. А потом… накрыло волной ярости!
– Прости! – рука Аррдена на миг задержалась на моём плече. – Я не меняю решений. Это тебе же на благо. Потом ещё спасибо скажешь…
И ярл-князь невозмутимо потопал вниз по лестнице.
А я лишь смотрела ему вслед, сгорая в праведном гневе.
Вот же гад белобрысый! Ну, каков подлец?! Я ему поверила, а он…
Ух! Ну, погоди у меня! Вот только расколдуй, я тебе всю твою ледяную физиономию расцарапаю!
***
– Ольвейг… – окликнул Аррден где-то там, внизу.
– Да хранит тебя Великий Волк, ярл-князь! – откликнулся незнакомый голос. Довольно приятный голос, надо заметить.
– И тебя да не оставит, брат!
Разговор доносился приглушённо, но всё-таки я разобрала отдельные слова. И это меня сильно порадовало. Да, этот гадёныш превратил меня в чучелко Красной Шапочки, но я хотя бы могла подслушать самое интересное.
Вообще, если уж этот упёртый не хотел, чтобы я там лично присутствовала, мог мне сразу предложить вот тут тихонечко постоять. Нормально предложить, без всякого принуждения.
Ух, властный пластилин недоделанный! Как же я жажду пару фонарей ему нарисовать под его красивыми глазами!
– Мне сказали, у тебя плохие вести, Ольв… – это снова он, козлёныш белобрысый.
– Хуже чем плохие! – сокрушённо вздохнул кто-то невидимый. – Хельга моя пропала. Ещё вчера должна была приехать… Ох, брат, сердцем чую – беда с ней стряслась! Я уже с ног сбился искать! Да только всё без толку. Как в воду канула.
В голосе незнакомца было столько горестного отчаяния, что у меня сердце сжалось. Так стало жаль этого беднягу Ольвейга.
Неужели это белобрысое чудовище в самом деле ничего ему не скажет? Как можно быть таким чёрствым и жестоким?! Ведь это же его брат!
Я из всех сил дёрнулась, надеясь сбросить с себя колдовское наваждение и избавиться от внезапного столбняка. Но ничего не вышло – магия ярл-князя держала крепко.
Вот же зараза! Я его растерзать сейчас была готова. А ещё мне стало не по себе…
Со слов Аррдена, он весь из себя такой благородный и хороший – о благе страны радеет, меня спас, обогрел, от врагов спрятал, а кругом заговорщики и предатели. Но…
Это ведь всё только с его слов!
А что если он меня обманул? Если он и есть тот враг, что от Хельги хотел избавиться?
Может, они что-то с братом не поделили, а я стала жертвой этих разборок. И про грозящую нам войну князь мне наплёл специально, когда убедился, что я ничего не помню и не знаю. Всё, конечно, прозвучало очень логично и правдоподобно, но я ведь в этом мире не ориентируюсь. Мне лапши навешать – проще простого!
А я-то, дурочка доверчивая, сразу же к нему прониклась, уши развесила, приняла за чистую монету всё, что он рассказывал.
Мне, правда, казалось, что Аррден говорит, от чистого сердца… А ещё смотрит так, что…
Ох! Нельзя так смотреть на девушку, которая уже почти год как в разводе!
Да, очень не хотелось бы в нём разочаровываться. Но теперь я уже совсем не была уверена в том, что ярл-князь не имеет каких-то своих корыстных целей.
А это значит, что, даже если я его не убью в первые же пять минут, как он меня расколдует, слепо верить ему я точно больше не собираюсь.
– Как же так вышло, Ольвейг? – в голосе Аррдена не было сочувствия, скорее, почти явный упрек. – Почему ты не сопровождал свою невесту от самой границы? Или вовсе не забрал её прямо из Огненного Замка? Почему я о приезде ярлы Хельги в наши земли узнаю только сейчас? Ведь ваша свадьба в полнолуние должна быть. Зачем она явилась так рано? Почему одна? Если ты не мог послать за ней свою дружину, почему меня не попросил людей дать?
– Ох, брат… – тяжёлый вздох был полон смирения и горечи. – Только не надо меня как юнца отчитывать! Я и так уже готов удавиться с досады! Никогда себе не прощу, если она…
Тёмная тень мелькнула внизу, и тот, кого я так жаждала увидеть, наконец-то появился в поле моего зрения. Так сказать, предстал во всей красе!
Вернее… он был в широком зимнем плаще с меховым капюшоном…
Мысленно я топнула от досады – реально-то не могла – ну что ж это за невезуха такая! Но как раз на этом самом моменте местные боги, видно, решили надо мной сжалиться…
Жених мой нетерпеливо дёрнул фибулу и скинул громоздкий плащ на скамью у стены. А потом развернулся, и я изумлённо присвистнула – опять же, мысленно.
Мама дорогая! Сдаётся мне, я всё-таки умерла и попала в рай… Такое количество брутальных херувимов на один квадратный метр возможно только на небесах или во сне!
Ольвейг оказался настоящим красавчиком. Прямо модель с подиума! Неудивительно, что та Хельга на него запала.
И при этом, что удивительно, мой жених был полной противоположностью своего брата. Нет, не в том смысле, что Аррден, после Ольва, вдруг стал казаться мне уродом. Оба невыносимо хороши!
Если бы ещё старший таким вероломным гадёнышом не оказался, то цены бы ему не было…
А про противоположности я имела в виду, что были они как день и ночь, как инь и ян.