Портальеро. Круг второй (СИ)
Кафе нашлось быстро. Дора хорошо объяснила как к нему пройти. Мы с голодухи набрали кучу всего, но голод прошёл довольно-таки быстро, и теперь вот мы сидели над десертом, думая, что с ним делать. А потом я взял, и недолго думая, убрал все эти пирожки и пирожные в хранилище.
Идти никуда не хотелось. Вообще не хотелось двигаться. Но идти было надо. Потому что сидеть в кафе за пустым столом неприлично.
Мы вышли из кафе и двинулись вдоль по улице. Времени до назначенной встречи с Дорой оставалось ещё полным-полно.
— А пошли в кино! — предложил я.
— Пошли. — равнодушно откликнулась Машка. — А там есть туалет?
— Наверняка. — ответил я и мы направились в ближайший кинотеатр.
Кинотеатр «Перекоп» был весь какой-то квадратно-неказистый, но на афише красовалось плохоузнаваемое лицо молодого Тома Хэнкса и название фильма: «Большой». Я когда-то давно смотрел его на видеомагнитофоне, но уже толком не помню подробностей. Помню только, что мальчик хотел стать взрослым и ему это удалось на какое-то время. Ладно. На безрыбье и щуку раком. Думаю, что Машке кино понравится больше, чем мне.
На удивление, фильм и мне зашёл хорошо. А ведь и правда, когда-то в Штатах снимали вполне себе приличные и добрые фильмы. И негры не играли Д,Артаньяна и графа Орлова, и лесбиянок не выбирали в президенты США. Ну и чёрт с ними. А этот фильм мне понравился. Так что покинули кинозал мы в отличном настроении. И обед уже улёгся нормально. Машке тоже, надеюсь, всё понравилось. По крайней мере, смотрела она, не отвлекаясь и с большим интересом.
Мы слегка опаздывали на встречу, но я не считал это чем-то так уж и важным. Чай не стрелку нам Дора забила. Да и к тому же это не я ей что-то должен остался, а она нам. Надеюсь, что у неё не возникло в голове глупых мыслей кинуть меня на бабки. Я человек по натуре добрый, но если меня кто-то огорчит, я ведь могу и расстроиться. А если я расстроюсь, то мало никому не покажется. Это и немецкие бароны могут подтвердить и предатели-полицаи.
Примерно с такими мыслями я и зашёл в зал магазина. Увидев меня, Дора Михайловна расплылась в широкой улыбке, сверкнув при этом даже золотым зубом. Странно, раньше я у неё не замечал во рту презренного металла. Или она в прошлую нашу встречу мне так широко не улыбалась? Только она почему-то смотрела не мне в глаза, а куда-то за мою спину. Ну а потом дородная дама ещё и кивнула кому-то там, кто стоял за моей спиной. Я не успел даже обернуться и что-то предпринять. Сильнейший удар по затылку отправил меня куда-то далеко-далеко…
Глава 24
Глава двадцать четвёртая.
На грабли нужно наступать так, чтобы их после этого невозможно было починить.
Прошлое вернётся бумерангом.
Вновь догонит и ударит в лоб.
Будь ты хоть колдун любого ранга,
И тебя милиция найдёт…
17 августа. 1990 год.
СССР. Москва. Петровка, 38.
Интерлюдия.
Кабинет выглядел довольно скромненько, а скорее просто по служебному строго. Ничего лишнего. Столы, стулья, шкафы с папками и телефоны. Вот как раз-то телефон именно сейчас и позвонил.
Хозяин кабинета, солидный мужчина лет за сорок с погонами подполковника взял трубку…
— Товарищ подполковник! Обнаружена Ваша машина… Да. Девятой модели… Лесопарк «Лосиный остров»… Нет. В машине никого не было, но в двухстах метрах… Три трупа… Без одежды и документов… Приметы?…
* * *Положив трубку, мужчина посмурнел лицом. Казалось, что он резко, прямо на глазах, постарел и осунулся…
Телефон зазвонил снова. Машинально Сергей Александрович поднял трубку…
— Подполковник Осипов. —
Прозвучала дежурная фраза, а из трубки послышался женский голос…
— Серёжа! Это я… Дора…
— Ты не вовремя. — буркнул подполковник. — У меня, кажется, Сашка…
— Серёжа! Это важно. Помнишь, я доставала для твоего сына импортную кожаную куртку? Так вот…
17 августа. 1990 год.
СССР. Москва. Каланчёвская улица. Комиссионный магазин.
Сознание возвращалось с болью. А первая моя мысль была про то, что неплохо бы было всё время ходить в строительном оранжевом шлеме. Помню видел плакат по технике безопасности. Там на рабочего в оранжевом шлеме с подъёмного крана падала бетонная плита. Не знаю о чём думал художник, что рисовал тот шедевр, но мне кажется. Что в том случае и шлем бы не помог. Но вот в комиссионном магазине на меня вряд ли бы с потолка свалилась бетонная плита. А что тогда на меня упало?
В глазах стоял туман, и им никак не удавалось сойтись в кучку. Голоса до меня доносились как будто издали, и ударяясь о стенки черепной коробки изнутри отдавались многократным эхом.
Руки стянуты за спиной и, кажется, скованы наручниками. Избавиться от них мне не составит труда. Просто уберу в хранилище и, вуаля, руки свободны. Но делать это пока ещё рано. Сперва немного приду в себя, сориентируюсь. А ещё надо уточнить: «Где Машка?»
Один из голосов, пробивающихся сквозь туман сознания, мне показался знакомым.
— Так вот. Я сразу поняла, что это та самая куртка…
Это голос Доры. Как её там? Михайловны…
— Просто там на рукаве в районе плеча был небольшой брак… Дырочка. И я лично пришила на этом месте нашивочку. Красивая такая, в виде итальянского флага.
— А мне тогда сказала, что куртка новая. — послышался густой мужской голос.
— Так она и была новая. Почти… Так вот. Я эту куртку сразу узнала и тебе позвонила…
— И правильно сделала. Сашку убили. И двоих его друзей заодно.
— Неужели этот задохлик?
— Разберёмся…
— А ты его не слишком сильно по башке ударил?
— Выживет, козёл… Вон уже и глазами моргает.
Сильные руки схватили меня за грудки и оторвали от пола.
— Говори, сука!…
Но похоже, что удар по моему затылку нанёс мне сильное сотрясение. Я снова полетел куда-то в нирвану. И опять наступила тишина.
* * *Впрочем, на этот раз тишина и забвение долго не продлились для меня…
Потолки в зале магазина были высокие. Дом-то старый. Я парил под потолком в виде невидимого сгустка собственного сознания, но при этом всё видел и всё слышал.
Я даже слегка удивился. Нет, не тому удивился я, что могу отделяться от тела и наблюдать всё со стороны. А тому, что в прошлый раз, когда меня шандарахнули по башке, я валялся в бессознанке и даже не помышлял что-то сделать. Видимо, крепко меня тогда приложили. А теперь я даже могу рассмотреть того, кто меня так приголубил…
Мужчина крепкого телосложения… Даже несмотря на то, что на нём сейчас был вполне себе цивильный костюм, но военная выправка вкупе с короткой стрижкой выдавала в нём человека служилого. Лет ему было примерно лет сорок — сорок пять, но глаза были мёртвые, как у старика. Было похоже, что в них больше нет жизни. Лишь какая-то кроваво-красная ярость плескалась, грозясь вырваться наружу…
Дора стояла рядом и поглядывала с неким испугом на всё, что происходило в зале её магазина. Ну а моё бездыханное тело валялось на полу, раскинувшись в живописной позе. Возле моей головы уже натекла вполне себе приличная лужица крови.
Неужели меня тут банально прибили на грязном затоптанном полу в этом проклятом комиссионном магазине? Но, нет. Это я почему-то знал точно.
А ещё… Ещё я видел. Видел, как светится в моём теле голубовато-зелёным светом источник магической энергии где-то в районе солнечного сплетения. Недаром удар в эту точку почти выбивает дух из человека. Значит, не только жизнь, но и магия прячется в организме именно там.
Похожие огоньки, приглядевшись, я обнаружил и у других людей. Странно, что я не видел их раньше. Или я просто не пытался пристально рассматривать других людей на предмет внутреннего свечения? Но Машку же я внимательно разглядывал, особенно, когда лечил её. Не было же видно никакого источника жизни… Или был? Может, я просто его не замечал? И, кстати, где она?