Искра богов. Не потеряй меня

Джош подождал, пока я пристегнусь, чтобы начать допрос:
– Почему ты не отвечала на мои звонки? – спросил он. – Я хотел узнать, как ты.
– Хорошо, – с нарочитой непринужденностью ответила я и вытащила из сумки смартфон, чтобы проверить сообщения. Леа написала. – Мне просто нужно было успокоиться, – добавила я.
– Не хочешь поговорить? – Ну, хоть мотор завел. Не хотелось опаздывать в школу в первый же день.
– Да, конечно. Какие у тебя сегодня занятия? – попыталась я завязать разговор на безобидную тему.
– Я не это имел в виду, – раздраженно отозвался он и встроился в вереницу автомобилей, направляющихся в Монтерей. Мой дом находился на некотором отдалении, и я была рада, что он подвозил меня. В прошлом учебном году это делала моя лучшая подруга Робин. Но после возвращения из лагеря она не звонила и не писала мне. Я пока не решила, радоваться по этому поводу или огорчаться. Вероятно, все прояснится сегодня, когда мы снова увидимся.
– Я хочу знать, как ты чувствуешь себя на самом деле. Думаешь, я не заметил, как сильно ты была влюблена в Кейдена? То, как поступила Робин… просто немыслимо.
– «Была» – подходящее слово, – перебила его. – Это в прошлом.
Во всяком случае, почти. Сегодняшним утром я не менее получаса потратила на замазывание синяков под глазами, чтобы не выглядеть как зомби. Если снова разревусь, то он, скорее всего, тут же развернется и отвезет меня домой. А шанс, что я расплачусь, был действительно довольно высок. Моя младшая сестра Фиби заявила, что уровень мирового океана поднялся бы примерно на сантиметр, если бы мы вылили все мои выплаканные за последние дни слезы в океан. По ее мнению, столько плакать – это слишком, учитывая, что из-за глобального потепления многие регионы и так оказались под угрозой затопления. Благодаря этим убедительным аргументам поток моих рыданий иссяк, и открывать его заново я не планировала. Глаза горели просто адски. Может, надеть солнечные очки и притвориться, что летом я ослепла?
– Мне не стоило так себя вести, – пошла на попятную я. – Если бы я сказала Робин, что мне нравится Кейден, то она точно не стала бы с ним мутить.
Джош лишь хмыкнул в ответ.
– Как будто она этого не знала. Почему ты всегда защищаешь ее?
– Потому что она была моей лучшей подругой, сколько себя помню, и я не хочу, чтобы ситуация с Кейденом нас рассорила, – огрызнулась на него я. – В конце концов, он придурок.
– Кстати, она хоть раз поблагодарила тебя за то, что ты прыгнула в воду, когда ее лодка перевернулась? – Пальцы Джоша выбивали гневный ритм на руле. – Ты могла утонуть, если бы Кейден тебя не вытащил.
– Но не утонула же, – дерзко отозвалась я, но от мыслей о Скилле и ее псах по спине побежали мурашки. Хотя в этом, возможно, было виновато воспоминание о том, как Кейден выносил меня на руках из воды. Я отбросила эту мысль. Боги остались в прошлом. Я не сомневалась, что через пару лет случившееся в лагере покажется мне сказкой. По крайней мере, я на это надеялась.
Последние дни, когда не размазывала по щекам слезы, я во всех деталях записывала события минувших недель. Это было похоже на манию – изливать душу на бумаге, выкладывая все в мельчайших подробностях. Зачем я делала это? Без понятия. Дар диафани, так или иначе, ничего для меня не значил. Я просто хотела поставить точку в этой истории. Когда нас бросил отец, я в течение некоторого времени вела дневник. Кому-то же нужно было доверять самые мрачные мысли, а Робин в какой-то момент устала терпеть мое нытье. Листы с записями я спрятала в тайник вместе с цепочкой, которую подарил мне на прощание Зевс. Получилось немного похоже на похороны, но этим все окончательно завершилось. Я зажмурилась.
Если просто читать мои записи вот так, черным по белому, то они действительно напоминали греческие мифы. В конце концов, едва ли найдется легенда, где бог не соблазнил бы какую-нибудь девицу. Хотя я никогда раньше и не предполагала, что предания основаны на реальных событиях. Событиях, которые были записаны людьми, встретившими в нашем мире богов и способными помнить о них и о том, что произошло, совсем как я. Диафани – так Зевс, Аполлон и остальные боги называли подобных людей. Кем якобы являлась и я. Благодаря этой способности я завела знакомство со Скиллой и Агрием. Без чего, между прочим, предпочла бы обойтись. Черт с ним, с этим даром диафани. Боги ушли, и меня с ними ничего больше не связывало. В висках запульсировала боль, но я взяла себя в руки. Просто солнце слепило глаза.
 
– Не буду на тебя давить, – сказал Джош, прервав поток моих мыслей. – Ты ведь знаешь, что если я понадоблюсь, то достаточно позвонить.
Я взяла его руку и сжала ладонь. В этом хаосе минувшей недели он стал моей опорой, хотя я отказывалась разговаривать с ним по телефону и односложно отвечала на сообщения. Хотелось бы мне рассказать ему всю правду. Но не сегодня.
Когда мы подъехали к школе, парковка была полностью забита. Машина Робин стояла в самом первом ряду. «Я не должна испытывать угрызения совести», – снова и снова повторяла я словно мантру. И тем не менее желудок сделал сальто. Может, стоило ей позвонить? Робин не любила делать первый шаг после ссоры, но если я сама сделаю маленький шажочек, тогда… Да, что тогда?
Джош не двигался, хотя уже нашел место и припарковался.
– Ты наверняка надеешься, что вы помиритесь, не так ли?
Я кивнула, теребя пальцем шов на джинсах.
– Она очень избалована, но ты и сама знаешь. Серьезно, не прощай ее сразу. Она не должна была топтать твои чувства.
– Это твой совет? – Я с удивлением взглянула на него. Вообще-то Джош был совершенно неконфликтным. Если мы затевали спор, проходило по меньшей мере пять секунд, прежде чем он уступал.
– Робин предала и тебя, и Кэмерона. Но, боюсь, она как-нибудь договорится со своей совестью. Это как раз в ее стиле.
Я сцепила пальцы.
– Представить на могу, каково это – обходиться без подруги. – Слабый аргумент, знаю. Но мы с Робин дружили сотню лет. То, что какому-то парню удастся нас разлучить, еще несколько месяцев назад показалось бы мне немыслимым. – Он не стоит того, чтобы из-за него развалилась наша дружба. – Я не собиралась даже произносить имя Кейдена вслух. Он заставил меня поверить в то, что я что-то значу для него, а потом переспал с моей лучшей подругой. Я сглотнула. Он был так красив, что нескольких взглядов и поцелуев хватило, чтобы я швырнула свое сердце к его ногам. На самом деле тут даже речи не шло о соблазнении. К сожалению. Знай я, что Кейден растопчет его, следила бы за своим сердцем внимательнее. А я ведь всегда считала, что обладаю железной волей. И вот первый попавшийся бог преподал мне жестокий урок.
– Не хочу, чтобы она сделала тебе еще больнее, – заявил Джош. Он вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть мне дверь. – Я не рассказал Кэмерону, – как бы невзначай обронил он. – Робин должна сделать все сама.
Я кивнула, задумавшись о том, хорошее ли это было решение. Не хотелось бы мне оказаться на его месте. Кэмерон будет раздавлен, узнав об измене Робин. Но если Джош ничего не расскажет и это однажды всплывет, то Кэмерон посчитает, что его предал и лучший друг. Неужели Робин действительно собиралась продолжать с ним встречаться? Как могла она любить Кэмерона и переспать в то же время с Кейденом? Вероятно, я все-таки чересчур старомодна. Она просто хотела выяснить, каково это – переспать с парнем, и Кейден, конечно, не возражал. От этого все становилось едва ли не хуже. Мой завтрак объявил независимость и пополз вверх по пищеводу. Надо подумать о чем-то другом. Это было на грани пытки. Робин больше никогда не встретится с Кейденом – как и я. Она знала об этом, интересно? Или этот идиот пообещал позвонить ей? Тогда ее ждало разочарование. Что-то мне подсказывало, что в мире богов плохо ловила сотовая сеть.
– Джесс, у тебя есть я, – настойчиво произнес Джош, выдергивая меня из размышлений. – И Леа. Не позволяй Робин так с тобой обращаться.