Спорим, моя? (СИ)

— Спасибо, — руки немного подрагивают от волнения, надеюсь, он этого не замечает.
— Прогуляешься со мной сегодня? — он склоняет голову немного вправо и щурит глаза словно ему нужен ответ здесь и сейчас. При всех.
— Завтра.
— Тогда до завтра, — говорит и касается губами моей щеки. Очень неожиданно.
— До завтра, — вторю я, подхватываю сумку, спускаюсь по ступеням и выхожу из аудитории.
Щеки пытают, руки дрожат, да я даже сказать ничего не смогла! Никогда не была в таком ступоре. Ну, кроме того момента, когда мама нашла в моей сумке сигареты. Завтра у меня будет целое свидание! Широкая улыбка не спадает с моего лица даже думая о том, что сегодня придется выбирать с мамой платье для корпоратива вместо того, чтобы отдаться романтике! Потому что завтра! Завтра… все будет потрясающе!
— Обалдеть! Сколько же здесь роз? — восклицает мама, когда забирает меня после пар.
— Тридцать одна! Он при всех вошел в аудиторию и пригласил меня прогуляться. Так романтично! — распеваю соловьем.
— Тот парень из магистратуры, да? — она ведет машину, но успевает бросать на меня многозначительные взгляды.
— Ага. Завтра я пообещала ему свидание.
— Тогда к моему платью купим еще одно тебе! Ты его уже на повал сразила, теперь нужно добить! — подмигивает мне и я, смутившись киваю, но не отказываюсь! Конечно, я хочу, чтобы он смотрел на меня, открыв рот.
Выбираем маме темно-синее вечернее платье в пол, а я застываю рядом с манекеном, одетый в платье цвета неба.
— Девушка, нам вот это платье померить принесите пожалуйста, — говорит мама консультанту, проследив за моим взглядом.
— Оно последнее, но размер подойдет.
Из примерочной выхожу завороженная. Оно идеально сидит на мне! Просто вау! Ничего броского, никаких страз, оно выглядит просто. Так как я люблю. Изюминкой становится практически полностью открытая от лопаток до поясницы спина и контрастирующие длиннее обычного рукава, где открыты только пальцы, даже кисти закрыты.
— Мы его берем, — кивает, считывая мое состояния Кристина Туманова.
— Оно очень красивое! — все еще не могу отойти от примерки! Не верю, что мы его купили. Оно очень дорогое.
— Невероятное. Оно украсит тебя, подчеркнет твои синие глаза, — тепло улыбается она, — Отметим покупки в «Вино и хачапури», хочешь?
Мое согласие было лишь нюансом. Кто откажется от еды, когда ты Арина Туманова? Войдя в зал, садимся за уютный столик, делаем заказ и когда я поворачиваю голову вправо, то вижу Даяну, а рядом с ней… Обалдеть… Мишка Латаев. Она что-то говорит ему, эмоционально размахивая руками и кажется… Мне не очень видно отсюда, но кажется, она утирает слезу. Миша, судя по всему, её успокаивает, та кивает, обнимая себя руками, но потом видит меня и её глаза вспыхивают недобрым блеском.
Ага, не на ту нарвалась, милая. Усмехаюсь и смотрю ей в глаза. Она отводит первая. А потом, спустя несколько минут, когда я снова смотрю на нее, она слушает Летаева с совершенно другим выражением лица, а потом смотрит на меня взглядом победительница, следом же фыркает и громко смеется.
Мама, уже давно наблюдавшая за парочкой и мной просто ждет заказ. Она не спросит, если я не расскажу, а я и сама не понимаю, что именно вот сейчас произошло на моих глазах. В любом случае, скоро я об этом узнаю. Скоро. Но сначала схожу на самое замечательное в моей жизни свидание!
  
Глава 19
 
— Прогуляться отменяется. Ты замерзнешь, — Макар открывает для меня дверь машины, — ты восхитительна, Арина, — говорит, глядя прямо в глаза.
Он не отрывал от меня взгляда, пока я шла к нему от здания вуза. Белую ниже колен эко-шубу со стриженной овцы застегивать не стала и аккуратные серые ботильоны-чулки на невысоком каблуке лаконично заканчивали образ, подчеркивая длину платья: чуть выше колен. Я добилась нужного эффекта — Ветров смотрел на меня приоткрыв рот, вместе со студентами, которые успели выйти во двор университета. Конечно, в таком виде я на парах не сидела. Просто переоделась в пустой аудитории, ключ от которой дал нам с Таей Аланьев. В общем, мои вещи сейчас несет домой Жарова. Точнее не несет, а везет в тачке Марка.
 
Едем не долго и в молчании. Макар паркует машину у небольшого здания.
— Гончарное искусство? — спрашиваю, когда мы оказываемся внутри небольшой уютной студии.
И он сейчас будет отрицать, что отменил прогулку, а вот это пришло в голову совсем недавно и абсолютно случайно? Ага.
Макар снимает с моих плеч шубу и зависает, а я не спешу поворачиваться. Он видит мою голую спину, потому что волосы я предварительно собрала в прическу. Чувствую, когда касается банта — своеобразная застежка, благодаря которой держится верхняя часть платья — и вздрагиваю, ощущая горячие пальцы чуть ниже лопаток.
— Добрый вечер, — здоровается миловидная девушка в фартуке и широких штанах. Таинственная атмосфера между нами рушится. Оборачиваюсь и киваю ей в приветствии.
— Здравствуйте, покажите нам все. — обращается к ней Ветров, все-таки повесив мою верхнюю одежду на небольшую квадратную стойку и отправив по соседству свой пуховик.
— Конечно, прошу сюда.
Спустя десять минут подробнейших пояснений, где что находится и как что включается владелица студии Юлия удаляется, оставив нас одних.
— Ну что, попробуем? — он указывает на станок для формирования посуды.
Я буквально кожей чувствую Макара, мы сидим слишком близко друг к другу. Я впереди, он немного позади меня. Это интимное свидание и сейчас я не уверена, что готова к нему. Радуюсь струящемуся низу платья за то, что не испытываю неловкости сев за гончарный круг. Он берет кусочек глины и накрывает своими руками мои, пододвигая их для формирования структуры.
— Горшок или ваза? — спрашивает мне в волосы.
«Если тебе что-то не понравится — просто скажи, тебе ничто не должно причинять дискомфорт» — говорила мне мама. Я слушала в пол уха, не думала же, что понадобиться.
— Макар, пожалуйста, мне нужно больше пространства, — голос немного осипший и мне приходится прокашляться, чтобы привести его в норму.
— Конечно, — хмыкает он, но отодвигается. Даже свой стул переставляет и теперь он сидит справа от меня, — Так лучше? — он явно удивлен.
— Спасибо, да. Давай все-таки вазу, — говорю, немного расслабившись. Даже не думала, что была так сильно зажата.
Мы прыгаем с темы на тему, не говоря ни о чем конкретном. Вспоминая школьный выпускной, смеемся с его одноклассника, который напившись, начал петь национальный гимн по кругу и не замолкал с час. Я рассказываю, как на свадьбу папиного друга мой брат одел пиджак со своего выпускного, потому что тот ему безумно шел и на одном из конкурсов наклонившись он порвался прямо на спине. Это довольно забавная история и мы снова хохочем. Ничего особенного не происходит, но мы общаемся и узнаем друг друга.
— Когда я была маленькой, говорила всем, что меня зовут Риша, — губы трогает легкая теплая улыбка.
— Не могла выговорить полностью? — улыбается Ветров.
— Ага, многие думали, что такое странное имя мне дали родители, — мы лепим уже чуть больше часа и кроме каши ничего не выходит, — Да ну её! — кидаю глину, что была в руке в гончарный круг и кусочки попадают на белоснежную футболку Макара.
— Я бы испачкал тебя, Арина, но не хочу портить платье, — вкрадчиво говорит, повернувшись ко мне корпусом и большим пальцем проводит полосу на моей щеке. Очень нежно, едва касаясь.
Я наблюдаю за ним, ответ вертится на языке, но острить совсем не хочется. Макар придвигается ближе, я чувствую его дыхание на своих губах и прежде, чем поцеловать он проводит языком по моей нижней губе. Поцелуй, на который я отвечаю. Потому что он нравится мне. Они оба. И Макар и поцелуй. Его рука оказывается на моей шее, я кладу ладонь на его плечо. Я чувствую… не знаю, что именно. Но всё как-то не так. Он отпускает меня, когда дыхание заканчивается и ухмыльнувшись отдаляется.
— Давай закончим эту вазу, — предлагает и отодвигается на прежнее расстояние.