Спорим, моя? (СИ)

— Вот мы и остались с тобой вдвоем. Я же говорил, что люблю строптивых?
Что ж, сейчас я в твоих руках, Попутный.
  
Глава 12
 
Бмв Макара тормозит минуты через три, отрезая меня от белобрысого массивной железной мордой, заставив того отскочить. Макар выходит из машины и крикнув мне, чтобы я в нее села, хватает белобрысого за перед куртки. Чувство самосохранения подсказывает мне сделать так, как сказал Ветров, и я уже не слышу, что он говорит главарю шпаны, потому что послушно сажусь в машину. Хватит с меня приключений. Лишь вздрагиваю, когда Макар бьет того парня по лицу и бросив что-то напоследок садится на переднее сидение. Отъезжает.
— Спасибо, — говорю, нарушив тишину.
— Давно тебя пасет? — он собран. Руки крепко сжимают руль, глаза цепко следят за дорогой. Он сам старается успокоиться.
— Нет. Мы с Таей тут на горке катались, шли домой, он с дружками был, вот и прицепились. Тогда папа приехал, а сегодня вот… Спасибо еще раз, — моя речь мало походит на связную. Хоть я уже в безопасности, однако тревожность еще не отпустила.
— Держи, — переставляет с заднего сидения на мои колени пакет, одной рукой перехватывая кожаное рулевое кольцо, — подниму тебе настроение! — отвлекшись от дороги, следит за моей реакцией и удовлетворенно подмигивает, когда видит улыбку.
— Долма?! Обалдеть! — восклицаю довольно, — Отличное окончание вечера.
Макар паркует машину неподалеку от моего дома и забирает еще один пакет для себя. Снимаю крышку с удерживающей тепло упаковки и не сдержанно облизываю губы, предвкушая вкус любимого блюда.
— Господи, как же это вкусно! — вырывается у меня с предвкушением.
— Угу, — слышу рядом, — он уже откусывает кусочек, и я повторяю за ним.
Мы едим руками, запиваем лимонадами и впервые нормально говорим.
— Почему ты выбрала экономику? — Макар поворачивается ко мне, садясь немного полубоком.
— Не знаю. Я не знала, куда пойти, но с математикой всегда дружила, а вот врачом становиться не хотела. Я крови боюсь.
— Не спросишь, почему я пошел в адвокаты? — вскидывает бровь.
— А мне неинтересно, — пожимаю плечами, — Тем более, это и так понятно. Твой папа владелец какой-то компании и готовит тебя на свое место, вот и вся история. Если я права, кивни, — а он, к моему удивлению, отрицательно качает головой, — да ладно?!
— Ага. Стереотипно мыслишь.
— Да эту историю из уст в уста передают, — и словно для убедительности подтверждаю свои слова кивком.
— А ты всегда веришь всему, что говорят? — уголок его губ ползет вверх. Это его выражение лица заставляет усомниться в своей провоте.
— А ты не развеиваешь сплетни? — парирую, не желая соглашаться.
— Зачем? Пусть себе болтают. Что мне, каждого ходить и одергивать? — Ветров говорит это каким-то королевским снисходительным тоном. И теперь уже я ухмыляюсь.
Киваю, потому что согласна, но усмешку на губах удерживаю.
— Тогда почему юридический?
— Ага, интересно значит? — снова подмигивает Ветров, а я снова одариваю его улыбкой. На этот раз расслабленной. Черт, он очень обаятелен. — Ладно, тебе скажу. Отец всё навязывал мне менеджмент. Ну типа, азы руководства, все дела. Только это слишком просто. Ну сама посуди, если вдруг рушится компания, то кем я буду? Админом ресторана? Так себе перспективка.
— Согласна. А я буду крутым бизнес-аналитиком! — вздергиваю носик.
— Как Аланьев, что ли? У них, кстати, с твоей подружкой серьезно? — вдруг спрашивает он и моя улыбка сползает с губ. Неожиданный вопрос.
— А ты у него спроси, — советую, и собеседник хмыкает.
Атмосфера как-то меняется. Я думаю, причем тут Тая и какого черта он действительно приперся ко мне ночью. Нет, хорошо, конечно, что оказался тут и спасибо ему большое, но слишком уж его стало много в моей жизни с началом этого семестра. Пользуюсь советом любимой героини и решаю подумать об этом завтра, а сама беру еще одну долму.
— Что еще ты любишь? — после внушительной паузы Ветров вновь заводит разговор.
— Люблю марвел, вкусно поесть, красное вино и серьезных мужчин, — и смотрю на него в упор, — с тобой все потеряно.
 
— Первые три пункта я тоже люблю, — его взгляд неуловимо меняется, и он начинает медленно приближаться.
Он что…? Ой, нет! Я только долмы поесть хотела!
— Хочешь кусочек? — тыкаю подобие голубца, когда его губы совсем близко. И поясняю, глядя в широко распахнутые глаза. Он удивлен, кстати, — благодарности за спасение не будет, сладкий.
А он кусает еду из моих рук, но не отодвигается.
— Ты бы попробовала, Арина. Вдруг я не такой уж и сладкий?
Хохот — вот мой ответ. Вот дурак! Хохочем вместе, а я не могу не оценить остроумие. Он не похож на наших ровесников, не знаю, как объяснить, но его действия, умение предугадать и перевернуть ситуацию в приятную не подходят двадцати трех летке. Макар откидывается на водительское сидение и поглядывает на меня, все еще посмеиваясь.
— Спасибо за вечер, — произношу, когда вижу пропущенный от мамы. Говорить в машине не хочу, поэтому пишу смс и собираюсь домой.
— Я провожу тебя.
Макар обходит автомобиль, открывает мне дверь. Такое я только у мамы с папой видела и у Марка Аланьева. Даже Владик своей овце Саше дверь не распахивает.
— Кстати, а сколько порций долмы было? — это праздное любопытство во мне разыгралось.
— По три, — отвечает с широкой улыбкой Ветров.
— Что? Да ты шутишь! Я не могла столько съесть, — мы уже подходим к нужным воротам.
— Ага. Ты первая женщина, которую мне нравится кормить. Никаких выпендрежей, типа сена на тарелке, — говорит даже скривившись немного, а я смеюсь, потому что тоже называю салаты сеном. И тихо торжествую, ну хоть кто-то оценил мой аппетит!
— Мама всегда говорила, что мой муж меня не прокормит!
— Не переживай, настоящая Арина, я тебе уже говорил, даже если компания отца развалится, юристом я всегда денег заработаю.
И вдруг он целует меня в щеку. Теплыми губами касается прохладной кожи и у меня мурашки по спине бегут. Он внимательно вглядывается в мои глаза.
— Доброй ночи, Макар, — произношу немного тише, чем следовало бы и нажав пару кнопок на кодовом замке, вхожу.
— Доброй ночи, интересная, настоящая Арина.
  
Глава 13
 
Лекция по аналитике длится просто бесконечно.
— Тая, верни нам Аланьева, от имени всей группы прошу! — тихо шепчу, сложив руки в молитвенном жесте.
Рябов поставил вместо Марка молодого аспиранта. Будто Сидельцева нам мало! Видимо, памятуя какой прорыв совершил его любимый студент Аланьев все ждет и жаждет повторения опыта. Но нифига! У Марка есть мозги, у Корева их нет! Он нудно читает методичку, время от времени хлюпая забитым носом. Где его откопали?
— Прости, Арин, тут либо я, либо вы, — пряча довольную мордаху отвечает Жарова, на что я громко цокаю, но вздохнув утыкаюсь в тетрадку под недовольный взгляд Стасика Семеныча.
Когда Корев жестом милосердия заканчивает лекцию на пять минут раньше, группа несется к двери, на ходу закидывая вещи в сумки. Я среди них. Заходим в буфет, беру свою пиццу, Тая салат с котлетой и садимся за стол.
— Ты сдала доклад Кожедубу? — Тася накалывает на вилку кусок огурца и не донеся до рта смотрит вопросительно.
На позапрошлой паре я дала слишком краткий и не слишком впечатляющий ответ на вопрос о возможных причинах логических ошибок при апелляции к эмоциям. Мой вывод показался ему через чур категоричным, вот он и предложил мне обдумать его дома.
— Да, — киваю с готовностью, — кажется, он остался доволен. Даже балл поставил хороший.
— Доставка! — орет кто-то и я оборачиваюсь. Курьер. В нашем универе? Прикололся кто-то? — На имя Тумановой Арины, — тем временем объявляет новоприбывший глашатай.
— Ээ… — медленно встаю под ошарашенные взгляды одногруппников и подхожу к парню, — я Арина.
— Светловолосая, голубоглазая и красивая. Все сходится! — кивает сам себе и отдает мне пакет из «Вино и хачапури»!