Краткая история Бразилии (СИ)

Гуларт, между тем, превратился в излюбленную мишень для нападок антижетулистски настроенных гражданских и военных кругов, действовавших на федеральной политической арене. С одной стороны, его имя увязывалось с вынашивавшимися проектами установления «синдикалистской республики», а с другой — с возможным повышением вдвое минимальной зарплаты. Среди гражданских противников правительства было большинство членов НДС и более мелких партий, а также значительная часть прессы. Своими радикальными позициями и ораторским искусством выделялся бывший коммунист Карлус Ласерда. По прошествии лет Ласерда не только порвал со своими старыми товарищами, но и превратился в одного из их самых непримиримых противников. Его излюбленными мишенями были популизм и «коммунизм». На страницах своей газеты «Трибуна да импренса» («Tribuna da Imprensa») он развязал яростную антижетулистскую кампанию, призывая к отставке президента. В его представлении эта отставка должна была сопровождаться введением чрезвычайного положения, во время которого демократические институты были бы реформированы, чтобы не допустить того, что Ласерда трактовал как их извращение популистскими политиками.
В числе противников правительства из среды военных находились антикоммунистически настроенные офицеры, враждебно относившиеся к популизму; некоторые из них отождествляли себя с НДС, а другие возражали против политиков в целом. Самыми известными из них были такие генералы, как Кордейру ди Фариас и Жуарис Táeopa, и генерал-майор авиации Эдуарду Гомис. Вскоре выявилась и такая сила, как молодые офицеры. Показателем «градуса кипения» в армейских кругах стало обнародование в феврале 1954 г. так называемого «меморандума полковников», подписанного 42 полковниками и 39 подполковниками сухопутных войск, которые выразили свой протест против того, что они считали разрушением материальных и моральных устоев армии. Также в манифесте критиковался завышенный рост минимальной зарплаты, несовместимый с национальными реалиями.
  
5.3. Уход Варгаса
 
В феврале 1954 г. Варгас произвел перестановки в правительстве. На смену Гуларту был назначен малоизвестный чиновник, но еще до этого Гуларт представил предложения по увеличению вдвое минимальной зарплаты. Он создавал впечатление министра, который покидал свой пост из-за того, что хотел облагодетельствовать трудящихся. Надеясь успокоить военных, Варгас назначил на должность военного министра генерала Зенобиу да Косту, которому он доверял и который был известен как противник коммунистов.
Несмотря на все эти перестановки, президент и в своих выступлениях, и в своей политике все больше склонялся к действиям, которые приходили в противоречие с интересами консервативно настроенных социальных слоев. В экономической области он проводил националистическую линию, возлагая ответственность за проблемы платежного баланса на иностранный капитал. Его ответом на сомнения канадских и американских энергетических компаний относительно новых инвестиций в экономику Бразилии стал законопроект, согласно которому в данном секторе экономики создавалась государственная компания «Элетробраз» (апрель 1954 г.).
В том же самом месяце бывший министр иностранных дел Жуан Невис да Фонтоура дал интервью, в котором он в еще большей степени обосновал критические выступления оппозиции. Жуан Невис обвинил президента и Гуларта в подписании секретного соглашения с Аргентиной и Чили, направленного на то, чтобы воспрепятствовать американскому присутствию в Южном конусе [148]. Этот предполагаемый альянс, особенно с перонистской Аргентиной, был представлен как еще один шаг по пути установления «синдикалистской республики». Что же касается трудовых отношений, то сделанное Варгасом 1 Мая заявление о повышении вдвое минимальной зарплаты вызвало бурю протестов.
Несмотря на давление со всех сторон и отсутствие на тот момент прочной социальной базы, на которую могло бы опереться правительство, Варгас по-прежнему удерживался у власти. Оппозиции не хватало какого-нибудь одного, но достаточно шокирующего события, которое заставило бы армию нарушить рамки законности и сместить президента. И это событие было «предоставлено» ближайшим окружением президента. Там возникло убеждение, что для обеспечения постоянного пребывания Варгаса у власти было необходимо убрать с политической арены Ласерду. Как выяснилось позже, люди из ближнего круга Варгаса предложили начальнику президентской гвардии Дворца Катети Грегориу Фортунату «постараться помочь» Ласерде. Грегориу, верно служивший Варгасу более 30 лет, стал готовить убийство этой самой яркой фигуры оппозиции.
 
Если неуклюжей была сама эта преступная идея, еще более неуклюжей стала ее реализация. На рассвете 5 августа 1954 г. наемный убийца попытался застрелить Ласерду в тот момент, когда тот подходил к двери своего дома в Рио-де-Жанейро. В результате он убил сопровождавшего Ласерду майора ВВС Рубенса Ваза, а сам Ласерда был лишь легко ранен. Теперь против Варгаса «работала» преступная акция, которая вызвала всеобщее возмущение; он получил готового к атаке противника с еще большими козырями на руках и взбунтовавшиеся ВВС. Расследование преступления, проведенное, с одной стороны, полицией, а с другой — самими ВВС за собственный счет, постепенно выявило темные стороны правления Варгаса, хотя скомпрометировать или, по его собственным словам, «смешать с грязью» лично президента не удалось.
Движение за отставку Варгаса набирало обороты. Варгас сопротивлялся, настаивая на том, что он воплощает в себе принцип конституционной законности. 23 августа стало ясно, что правительство лишилось поддержки армии. В тот же день был опубликован подписанный 27 генералами сухопутных сил «Манифест к нации», в котором содержалось требование отставки президента. В числе подписавших этот документ были не только известные всем противники Варгаса, но и генералы, весьма далекие от системной оппозиции, такие как Энрики Лотт, который, спустя год с небольшим, станет выразителем настроений защитников конституционной законности.
Когда круг почти окончательно замкнулся, Варгас совершил последний и трагический акт. Утром 24 августа он покончил жизнь самоубийством, выстрелив себе в сердце. Это произошло в его личных апартаментах во дворце Катета. Самоубийство Варгаса стало выражением его личного отчаяния, но помимо этого имело и глубокий политический смысл. Данный акт сам по себе был окрашен в драматические тона, что было способно наэлектризовать большие массы населения. Помимо этого, «в наследство» президент оставил волнующее послание, адресованное всем бразильцам, — так называемое письмо-завещание, в котором он представлял себя как жертву и вместе с тем выступал в качестве обвинителя антинародных сил, возлагая ответственность за сложившееся для него безвыходное положение на международные группы, связанные с его, Варгаса, врагами внутри страны.
Этот поступок имел незамедлительные последствия. Во всех крупных городах огромные массы населения вышли на улицы, выражая свое отношение к главным объектам ненависти — оппозиционным газетам и дипломатическому представительству США в Рио-де-Жанейро. В этих манифестациях участвовали и коммунисты. После того как все правительство Варгаса перешло в оппозицию и чуть ли не объявило об отставке, они буквально в мгновение ока совершили поворот на 180 градусов. С этого момента они перестали придерживаться радикальной политической линии (которая зачастую шла на пользу их главным противникам), став все более поддерживать национализм популистского толка [149].
Тот факт, что верхушка армии отдавала предпочтение выходу из кризиса в рамках закона, а также роль народных выступлений — все это воспрепятствовало антиконституционному перевороту. Должность президента занял вице-президент Кафе Филью. В сформированном им правительстве большинство министров были членами НДС. Новый президент выступил с заверениями, что он гарантирует проведение президентских выборов, назначенных на октябрь 1955 г.