Краткая история Бразилии (СИ)
Один из пунктов британской политики станет предметом озабоченности для различных слоев колониального общества. После того, как в прошлом Англия сама извлекала немалую выгоду от работорговли, с конца XVIII в. она перейдет к борьбе с рабством. По «Договору о союзе и дружбе», подписанному одновременно с «Договором о плаваниях и торговле» 1810 г., португальская монархия обязывалась ограничить работорговлю на подвластных ей территориях и давала расплывчатое обещание принять меры по ее сокращению. Несколькими годами позже, когда державы-победительницы в войне с Наполеоном собрались на Венский конгресс (1815), португальское правительство подписало новый договор, соглашаясь прекратить работорговлю к северу от экватора. В принципе, это должно было покончить с ввозом в Бразилию рабов с Золотого берега. Дополнительный пункт договора предоставил Англии «право визита» в открытом море на корабли, заподозренные в том, что они перевозят невольников, а также право задерживать такие суда. Ни одна из этих мер не воспрепятствовала работорговле, которая, напротив, приобрела с начала 1820 г. еще больший размах по сравнению с началом XIX в. На горизонте уже вырисовывалось будущее столкновение британского правительства с бразильскими властями и господствующими классами — столкновение, которое обретет особую остроту после того, как Бразилия станет независимой.
Перемещение центра пребывания португальской монархии из Старого в Новый Свет изменило расстановку сил в Южной Америке. Отныне внешняя политика Португалии определялась в колонии, поскольку именно в Рио-де-Жанейро теперь находились военное и внешнеполитическое ведомства. Помимо экспедиции во Французскую Гвиану, получившую поддержку Англии, корона сосредоточила свое внимание на регионе Рио-де-Ла-Платы, особенно на Восточном берегу (нынешний Уругвай): эту область португальцы и испанцы оспаривали друг у друга с конца XVII в.
Жуан VI [53] предпринял две попытки присоединить военным путем Восточный берег к Бразилии: одна состоялась в 1811 г., а другая началась в 1816 г. Поражение генерала Хосе Артигаса — главного действующего лица в борьбе за независимость Уругвая — позволило португальцам установить свою власть в регионе и присоединить Восточный берег к Бразилии под названием Сисплатинская провинция (1821). Тем не менее, конфликт на Рио-де-Ла-Плате был далек от завершения.
Переезд королевской семьи окончательно переместил центр административного развития Бразилии в Рио-де-Жанейро, одновременно изменив облик города. Среди прочих перемен там возникла культурная жизнь, появился доступ к книгам и определенный обмен идеями. В сентябре 1808 г. вниманию публики была представлена первая собственная бразильская газета; открылись театры и библиотеки, появились литературная и естественнонаучная академии для удовлетворения запросов двора и быстрорастущего городского населения. Достаточно сказать, что за время пребывания Жуана VI в Бразилии число жителей столицы удвоилось с примерно 50 до 100 тыс. человек. Многие из новых жителей были иммигрантами, причем не только из Португалии, но и из Испании, Франции и Англии; они в дальнейшем образуют средний класс, состоящий из профессионалов и квалифицированных ремесленников.
Помимо них в Бразилию приехали иностранные ученые и путешественники, такие как английский натуралист и специалист в области минералогии Джон Мейв, немцы — зоолог Спике и ботаник Марциус (оба из Баварии), французский натуралист Сент-Илер. Они оставили работы, являющиеся важнейшим источником по изучению той эпохи. В марте 1816 г. в Бразилию прибыла французская художественная миссия, в составе которой находился архитектор Гранжан де Монтиньи, автор проектов городских зданий, и художники Тонэй и Дебре. Они запечатлели в рисунках и акварелях пейзажи, облик и нравы жителей Рио-де-Жанейро первых десятилетий XIX в.
Переехав в Бразилию, монархия продолжала оставаться португальской и покровительствовать португальским интересам в стране. Один из основных очагов недовольства этим положением находился в вооруженных силах. Жуан VI призвал войска из Португалии для того, чтобы расставить гарнизоны в основных городах Бразилии, и организовал армию таким образом, что самые лучшие должности оставались за португальской аристократией. Возрос налоговый гнет, поскольку колонии приходилось теперь в одиночку финансировать расходы двора и военные кампании, проводимые королем в Рио-де-Ла-Плата.
К этому добавилась проблема, связанная с неравенством регионов. На Северо-Востоке господствовало убеждение, что с переездом королевской семьи политическое управление колонией переместилось из одного иностранного города в другой иностранный город, т. е. из Лиссабона в Рио-де-Жанейро. Во время революции марта 1817 г. это чувство смешалось с различными проявлениями недовольства экономической ситуацией и предоставлением привилегий португальцам. Революция охватила широкие слои населения: военных, землевладельцев, судей, ремесленников, коммерсантов и большое число священников; она даже получила название «революции священников». Обращает на себя внимание участие в ней крупных бразильских коммерсантов, связанных с внешней торговлей, которые начали конкурировать с португальцами в той сфере, которая прежде в значительной мере контролировалась последними.
Другой важной особенностью революции 1817 г. стало то, что она переместилась из Ресифе во внутренние области страны, распространившись на Алагоас, Параибу и Риу-Гранди-ду-Норти. Единым знаменателем в этом подобии общего восстания всего Северо-Востока стало чувство обездоленности целого региона, к которому примешивались сильные антипортугальские настроения. При этом различные слои населения не ставили одинаковых целей. Для бедных слоев городского населения независимость связывалась с идеей равенства. Для крупных же землевладельцев главной целью было покончить с централизацией, навязанной королевской властью, и взять в свои руки управление если не всей колонией, то, по крайней мере, Северо-Востоком.
Революционеры захватили Ресифе и установили временное управление, основанное на «органическом законе» [54]. Была провозглашена республика, установлено равенство прав и религиозная веротерпимость, однако проблема рабства не затрагивалась. В другие капитанства и страны (США, Англию, Аргентину) были посланы эмиссары в поисках поддержки и признания республики. Восстание перекинулось на внутренние области Пернамбуку, однако затем последовала атака португальских сил: Ресифе был осажден, а в Алагоасе высадились войска. Сражения стали разворачиваться во внутренних районах, что выявило неготовность и разногласия в рядах восставших. В конце концов в мае 1817 г. португальские войска заняли Ресифе. Лидеры восстания были арестованы и казнены. Движение продолжалось еще два месяца; ему суждено будет оставить на Северо-Востоке глубокий след.
* * *Того, кто сказал бы в 1817 г., что через пять лет Бразилия станет независимой, сочли бы автором весьма сомнительного прогноза. Пернамбуканская революция, ограниченная пределами Северо-Востока, была подавлена. Корона предпринимала шаги по объединению Португалии и Бразилии в рамках единого королевства. В 1814 г. закончилась война в Европе, и Наполеон был повержен. Видимых причин для дальнейшего пребывания двора в Бразилии больше не оставалось. Тем не менее, Жуан решил остаться в Новом Свете и в декабре 1815 г. возвел Бразилию в ранг составной части Объединенного королевства, включавшего в себя также Португалию и Алгарви [55]. Несколько месяцев спустя, после смерти королевы Марии, Жуан взошел на престол, став королем Португалии, Бразилии и Алгарви под именем Жуана VI.
Провозглашение независимости объясняется совокупностью как внутренних, так и внешних факторов. Но ветры извне сообщили событиям тот непредсказуемый ход, которого не ожидало большинство главных действующих лиц. События стали развиваться по нарастающей: от защиты автономии Бразилии к альтернативному решению — независимости.