Недетские игры (СИ)

Намеренно ухожу в ванную, чтобы не высказаться. Потому что сейчас это явно будет не милой беседой.
Проблем с тем, чтобы затащить ее в постель, у меня нет. За это время шансов была масса. Но сделать это чисто ради того, чтобы перепихнуться, перспектива, которая вообще не прельщает.
Если я сейчас поведусь на всю эту Олину инициативу, то уже завтра она будет шарахаться от меня по углам и не подпускать ближе чем на пару километров.
Ополаскиваю лицо, провожу пальцами по волосам, зачесывая их назад. Упираюсь в края раковины и несколько раз глубоко выдыхаю. Поправляю ремень, щелкаю выключателем и возвращаюсь на кухню.
Грицай стоит у стола ровно в той позе, в которой я оставил ее здесь три минуты назад.
Обхватывает себя руками и смотрит куда-то вниз. Хотя, если приглядеться, глаза у нее закрыты.
Поднимаю с пола свою футболку, одеваюсь. Женскую кофту тоже подбираю. Набрасываю на Олькины плечи и тяну ее на себя. Она поддается мгновенно. Откидывается мне на грудь, чуть запрокидывая голову на плечо.
— …быть легче не получилось… — бормочет себе под нос.
— Что?
— Ничего, — шумно вздыхает. — У тебя планы на вечер есть? — выворачивается так, чтобы встать ко мне лицом.
— Это к тому, чтобы я свалил?
— Нет. Давай сходим в кино?
* * *
— Кирилл, ты что, спишь? — Олька хватает меня за руку. Орет шепотом, я бы сказал.
Приоткрываю глаза, фокусируя взгляд на киноэкране, на котором уже скоро поползут титры. В зале кроме нас еще человек десять от силы.
— Нет.
— Конечно, — цокает языком, — ты храпел.
— Я вообще не храплю, — подтягиваюсь в кресле немного вверх.
Меня реально вырубило. С шести утра на работе, весь день по городу мотался, два убийства, бабки сумасшедшие с кражей лавки у дома, подбивка старых дел, допрос…
— Ну конечно. А у меня слуховые галлюцинации.
— Вот видишь, ты и сама все знаешь, — ловлю зевок в кулак и тянусь за бутылкой фанты. Она стоит в подстаканнике с Олькиной стороны, и она почему-то втягивает живот, когда моя рука проходит мимо нее. — Выдохни, — шепчу, склоняясь к ее лицу.
Оля улыбается, чуть размыкает губы как раз в тот момент, когда в зале загорается свет.
Пока выходим из зала, роняет сумку, быстренько собирает выпавшее содержимое и наглухо застегивает змейку.
Минутами позже, когда мы спускаемся на эскалаторе, Грицай оживленно болтает про фильм.
— Ты сразу понял, кто убийца?
— Минуте на двадцатой.
— Поэтому проспал всю развязку? — смеется и делает глоток оранжевой жидкости из пластиковой бутылки.
— Ну, не всю.
Она говорит о том, что фильм ей понравился. Была интрига, и снято красиво.
Снято и правда красиво. Ярко. В жизни все с точностью до наоборот.
Яркой картинки перед глазами нет. Чаще всего приходится ехать в какое-то богом забытое место. Да и маньяки в Следственный комитет сами не названивают.
— Блин, я не подумала о жанре, нужно было лучше идти на фантастику, крови тебе и на работе хватает, наверное?!
— Фильм и так был недалек от фантастики.
— Ой, — морщит нос и соскакивает с последней ступеньки, прежде чем эскалатор доставит нас в точку назначения.
— Домой?
— Да, наверное.
Сжимаю ее ладонь. Интересно, заберет или нет.
Оля опускает взгляд на наши руки и переплетает пальцы.
Делаю пометку, что я ошибся. Честно говоря, был уверен, что отстранится.
— Кир! — поворачиваю голову, наблюдая за идущей к нам Тайкой в компании какого-то парня. — Привет.
Малинина только кивает. Никаких попыток приобнять или поцеловать в щеку, как это обычно бывает, не предпринимает.
— А я смотрю, ты — не ты, — снова улыбается и переводит взгляд на Олю. — Привет, — взмахивает рукой, — Оля, верно?
Грицай удивленно кивает.
— Не пугайся, он мне про тебя все уши прожужжал.
— Тая, — понижаю голос.
— Убил, просто убил взглядом. Знакомьтесь, это Ник, мой молодой человек. Ник, это Кир, мой хороший друг, это Оля, его девушка.
Олька хочет возразить, даже рот приоткрывает, но слов не произносит. В итоге просто кивает.
 
— Может, пойдем куда-нибудь посидим? — Тая блещет инициативой, а ухажер ее в этом поддерживает.
Оля косится на меня. Я прекрасно знаю Малинину и то, что она сейчас делает, тоже. Тактично заставляет Олю ревновать, точнее, хочет показать мне, что Грицай ревнует и она была права.
— Ты как? — спрашиваю, внимательно наблюдая за Олиной реакцией.
— Можно…
— Отлично, тут недалеко есть классный ресторанчик, — воодушевляется Тайка.
В ресторане закидываю руку на спинку дивана, чуть касаясь Олькиного плеча пальцами. Интересно то, что, при наличии Таи, Грицай ко мне прижимается, причем довольно открыто. Это неосознанная реакция или намеренное действие?
— …так что тебе точно нужно туда сходить, это шикарный салон. Девочка-владелица — моя хорошая знакомая.
— Да, спасибо, давно хочу сделать что-нибудь с волосами, — поправляет собранные в косу пряди.
— Ваш кофе, — официантка ставит передо мной чашку. Оле отдает какой-то десерт и минералку.
Киваю, медленно размешивая сахар в чашке. В зале просторно и тихо. Столики стоят на достаточно большом друг от друга расстоянии. Тая поворачивается и машет рукой.
— Блин, там друзья Ника. Ребят, мы сходим поздороваемся, ладно?
— Можете не торопиться, — откидываюсь на спинку дивана.
Как только Малинина сваливает вслед за своим парнем, Олька поворачивается ко мне.
— Ты с ней спал?
— Да.
— Это очень заметно. Она к тебе тянется, — Оля чуть прищуривается и забирает у меня чашку. Делает мизерный глоток и высовывает язык. — Боже, как сладко.
— Могу разбавить, — смотрю на ее губы. — Всего-то, — подаюсь вперед, очерчивая ее подбородок, — нужно поцеловать.
— Зачем мы сюда пошли, Кирилл?
— Ты была не против.
— Я думала, что ты тактично откажешь ей.
— Почему? — касаюсь носом ее виска. — У нас разве не свободные отношения, Оль?
Она сводит брови забавным домиком и ставит чашку, что до сих пор держала в руках, на стол.
— Может, еще втроем предложишь, м?
— Это не так интересно, как ты себе представляешь, — закидываю руку ей на плечо, сгибаю в локте и, притянув Олю к себе, целую. Податливые мягкие губы отвечают взаимностью.
Смотрю на ее подрагивающие прикрытые ресницы. Девочки всегда закрывают глаза, когда целуются. Целый ритуал.
Сжимаю тонкие пальцы и закидываю Олькину руку себе на плечо. Вообще, я человек не слишком тактильный, но ее прикосновений мне хочется.
Оля издает какой-то тихий звучок, протягивая одну из согласных. Немного отстраняется, задевает носом щеку, трется о кожу. Шепчет:
— Давай уйдем. Это твоя подружка, и ты можешь с ней общаться, когда хочешь, только без меня. Ладно?
— Это ревность?
— Это здравый смысл, — качает головой, распахивая веки. Смотрит внимательно, кажется, даже радужки стали ярче. Такой насыщенный цвет.
— Ну, если это он, то пошли.
— А сказать им?
— Тайка сама все поймет, — смотрю в сторону размахивающей руками Малининой.
— Нужно попрощаться, некрасиво вот так.
— Пошли уже, — тяну Олю к выходу, набрасывая на ее плечи бежевый плащ.
Мы пересекаем плохо освещенную парковку у кинотеатра. Открываю машину и сажусь за руль. Оля забирается следом.
В тусклом свете приборной панели я почти не вижу эмоций на женском лице. Только то, как поблескивают глаза.
— Кирилл, — поворачивает голову, прилипая виском к подголовнику.
— М? — снимаю машину с нейтралки.
—Я красивая?
Ее вопрос вызывает улыбку, топлю педаль тормоза в пол.
— Поближе подвинься.
— Зачем?
— Получше посмотрю.
— Здесь темно.
— Точно, — сжимаю ее ладонь, чуть тяну на себя, а после пересаживаю Олю к себе на колени. Получается рывком. Она задевает коленом рычаг передач, шипит и бьет меня по плечу.