Слияние с ним (ЛП)

Я указываю на диван.
— Ты можешь подождать здесь, я только сбегаю наверх и быстро приму душ.
Зак следит за моим взглядом и смотрит на узкую лестницу, а затем возвращается ко мне.
— Конечно, — он направляется к дивану.
И в этот момент мы слышим её, я подумала, что, возможно, сегодня что-то пойдет не так, и Сары уже не будет. Она всегда рано уходит по субботам, утверждая, что хочет максимально использовать выходные, начиная их пораньше.
Сара спускается по лестнице в обрезанных шортах и бикини, выглядя при этом просто великолепно. Она замирает на месте, когда видит меня и Зака, стоящих в нашей гостиной.
Сара поворачивается ко мне и поднимает брови, говоря.
— Это не Итан, — повернув голову, она оглядывает Зака, — да, определенно не Итан, но это гораздо лучше.
Я не знаю почему и не могу точно объяснить это чувство, но что-то происходит глубоко внутри меня, когда вижу, как она смотрит на Зака. Как будто он был стейком из портерхауса, в который ей натерпелось вонзить свои зубы. Мне это не нравится, ни капельки.
Должно быть, она заметила, как что-то мелькнуло на моем лице, потому что подошла ко мне.
— Ты в порядке? Выглядишь не очень хорошо, — на её лице написано беспокойство, — он что-то сделал с тобой? Ведь даже серийные убийцы могут быть красивыми, Лисса, — она поворачивается к Заку, словно хочет похоронить его заживо, Сара — никто иной, как самый верный друг.
Не зная, как справиться с ситуацией, я поворачиваюсь к Заку, ожидая, что он будет смотреть на мою прекрасную подругу, как это делает каждый мужчина в её присутствии. Я ошеломленно замолкаю, когда вижу, что он вовсе не смотрит на неё, его взгляд прикован ко мне. Он снова выглядит взбешенным, челюсть напряжена.
Не обращая внимания на его взбешенный взгляд, я снова поворачиваюсь к Саре.
— Это Зак, он помог мне вчера вечером, отвез домой сегодня утром и любезно предложил подождать, пока я приму душ, а потом отвезти на работу. Извини, у меня нет времени на болтовню, я опаздываю.
Я как раз собираюсь сделать первый шаг, когда Сара останавливает меня.
— Лисса, остановись! — она говорит своим голосом "не наебывай меня". Я смотрю на Зака, который сейчас смотрит на Сару смертельным взглядом, у меня действительно нет времени, чтобы разбираться с этим парнем прямо сейчас или когда-либо, — почему и как именно, Зак должен был помочь тебе прошлой ночью? — её голос повышается по мере того, как она кричит, используя воздушные кавычки, когда произносит его имя.
— О, ничего особенного. Я расскажу тебе позже. А пока убедись, что ты потеряла данные Итана и заблокировала его во всех своих социальных сетях.
Я поворачиваюсь, чтобы начать подниматься по лестнице, когда кто-то прочищает горло. Это глубокий, хриплый звук, от которого по моему позвоночнику пробегают мурашки; горловой звук, который точно не принадлежит Саре.
— Я бы не сказал, что получить рогипнол от своего спутника и потерять сознание в переполненном ночном клубе — это ерунда. Алисса, твоя ночь могла бы пройти совсем иначе, если бы меня там не было, — услужливо подсказывает Зак.
Сара задыхается.
— Он дал тебе рогипнол? — она не дает мне времени ответить, прежде чем начать свою тираду, — Итан, горячий ухажер? Какого хрена? Я собираюсь убить его, нет, я собираюсь пытать его, начиная с пальцев ног, пройдусь по ногам, пропустив его мужское достоинство, заставляя думать, что я щажу его, и перейду к пальцам. Ногти ведь не так уж трудно оторвать, верно? Тогда я думаю, что вырву этих ублюдков. Как только он подумает, что я закончила, то ударю его туда, где действительно больно. Обвяжу веревку вокруг его яиц, а другой конец привяжу к двери и захлопну её, как дети делают с зубами. Я буду хлопать дверью до тех пор, пока его яйца не оторвутся.
Сара шагает, продолжая бормотать про себя, а я ошеломленно молчу. То есть, я знала, что она верная подруга. Но больше всего меня шокировало то, насколько мне понравилась картина, которую она только что нарисовала в моей голове. Я не помню случая, когда была так зла на кого-то, а это о чем-то говорит, потому что за годы работы я побывала в нескольких дерьмовых ситуациях.
 
Когда я осознаю это, то говорю ей.
— Я помогу, а когда мы закончим, помогу закопать тело, мы сожжем его в могиле, прежде чем засыпать землю обратно, — Сара улыбается и кивает, как будто это уже решенный план.
Зак смотрит туда-сюда, между нами обоими, фиксируя свой взгляд на мне и с легкой ухмылкой говорит.
— Не надо строить из себя Джекила и Хайда, я уже позаботился об этом ублюдке, он больше не побеспокоит тебя, — он смотрит на часы, а затем снова поднимает взгляд, — не то, чтобы я не наслаждался этим эпизодом сериала "Убийство, которое она написала", но тебе лучше поторопиться с душем, если ты хочешь успеть на работу вовремя. Моя красотка быстрая, но это не машина времени, милая.
Это заставило меня с визгом броситься наверх. Я принимаю самый быстрый душ в истории, нахожу пару медицинских халатов, собираю волосы в пучок. Перед тем как повернуться, чтобы спуститься вниз, останавливаюсь и наношу на губы слой нюдового блеска для губ.
  
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
 
Зак
Я смотрю на Алиссу, сидящую на сиденье рядом со мной. То, что она здесь, кажется таким правильным. На ней только халат, но клянусь, когда она спускалась по лестнице, после спешного принятия душа, мне пришлось сказать себе перестать быть подлизой и пускать слюни. Она великолепна, вблизи я вижу, что её голубые глаза иногда мерцают оттенками зеленого. Её светлые волосы собраны на макушке, а свободные пряди обрамляют лицо.
— Мне нужно сделать небольшую остановку, подожди одну минуту, оставайся здесь. Я запру двери, чтобы предотвратить проникновение людей, а не твой выход, — говорю я, въезжая на парковку прямо перед кафе, в которое позвонил, пока она была в душе. Алисса смотрит на меня так, будто мне нужен психиатр, но улыбается и соглашается остаться на месте.
Через две минуты я выхожу из кафе и возвращаюсь в машину.
— Я ещё не знаю, какой ты пьешь кофе, поэтому решил подстраховаться и заказал тебе флэт-уайт, — я протягиваю ей чашку с кофе, которую она нерешительно берет.
— Спасибо. Тебе действительно не нужно было этого делать, но я ценю это. Мне нравится флэт-уайт, а ванильный латте особенно.
Я протягиваю ей пакет с двумя кексами.
— Один черничный, другой с шоколадной крошкой, ешь.
Она смотрит на меня так, будто я потерял голову, её лицо сморщено, а брови нахмурены.
— Что? — спрашиваю я.
— Я не могу есть это в твоей машине, не устраивая беспорядок. В итоге, у тебя повсюду будут крошки, и тебе понадобится уборка. Я не знаю, сколько стоит химчистка такой машины, но знаю, что не могу себе этого позволить. Так что спасибо за кекс, но я не могу есть в Бэтмобиле, — она пытается вернуть мне бумажный пакет, и всё, о чем я могу думать, это о том, что она такая милая, когда нервничает и волнуется.
— Солнышко, ты будешь есть кекс в этой машине. Меня не волнует, что повсюду будут крошки, нет ничего такого, что не смог бы исправить пылесос. Меня волнует тот факт, что ты собиралась ехать на работу бог знает на сколько часов, даже не позавтракав. Ты ведь знаешь, что завтрак — это самый важный прием пищи за день, верно? — она всё еще протягивает мне пакет, который я игнорирую и выезжаю обратно на дорогу.
Проходит мгновение, и она затихает, когда снова говорит.
— Спасибо, — она не смотрит на меня, когда говорит это, опустив голову и глядя на бумажный пакет так, как будто хочет выбросить его.
В конце концов она открывает пакет и берет небольшой кусочек кекса с шоколадной крошкой, засовывая его в рот. Почти сразу после того, как он попадает ей на язык, она издает приятный стон. Я смотрю на неё, её глаза закрыты, а голова откинута назад. Это хорошее зрелище, чертовски хорошее зрелище. Мне приходится заставить себя посмотреть обратно на дорогу и незаметно поправить джинсы, чтобы в них поместился мой растущий член.