Слияние с ним (ЛП)

ммм… кто-нибудь снимает порно с такими руками? Несколько верхних пуговиц рубашки расстегнуты, демонстрируя гладкую грудь. В паре с темно-синими брюками он выглядит так, будто только что пришел со съемок обложки GQ. Пока я размышляю об этом, на его лицо падает тень, и его черты становятся жесткими, как будто он внезапно разозлился, как будто хочет оторвать кому-то голову.
У меня нет времени размышлять о его внезапной перемене, так как чья-то рука ползет по моей ноге. Я поворачиваюсь и вижу Итана, который одной рукой держит мою ногу, а другой — мой напиток. Убрав его руку с моей ноги, я улыбаюсь, собираясь взять у него свой напиток, но у меня кружится голова. Я теряю равновесие и падаю на него. Какого черта? Я ещё даже не выпила этот чертов напиток. Я спотыкаюсь, пытаясь вернуться на свое место, но его руки обхватывают меня как тиски, и я толкаю его назад, упираясь обеими руками в его грудь. Внезапно он летит. Боже, я сильнее, чем я думала. Я едва успеваю поймать себя на барной стойке, прежде чем поднимаю голову и смотрю в пару зеленых глаз, изумрудно-зеленых. Тех самых, которые принадлежат модели из GQ, и он выглядит безумным.
Я пытаюсь сосредоточиться на его глазах, но мир кружится, я тянусь вверх и касаюсь его лица, думая: "GQ, ты такой красивый". Затем я слышу гул? Смех?
Глубокий хриплый голос бормочет.
— Спасибо, — прежде чем его руки протягиваются и хватают меня за талию. Спасибо? Почему он благодарит меня? Почему мир вращается так быстро? Думаю, мне просто нужно ненадолго закрыть глаза, и когда я делаю это, то чувствую, как моё тело падает.
  
ГЛАВА ВТОРАЯ
 
Закари
Двумя часами ранее
Четыре часа, я сижу в этом кресле четыре долбаных часа подряд. Вытягивая шею, я потираю большими пальцами виски, чтобы снять накопившееся давление, пульсирующее в моей голове. Я читаю электронную таблицу за электронной таблицей, разбираюсь со счетами, заказами на поставку. Мне необходимо нанять кого-нибудь, чтобы он управлял всем этим ежедневным дерьмом за меня. Проблема в том, что я не доверю свои счета никаким ублюдкам.
Я читаю последний отчет о доходах, мы удвоили нашу прибыль в этом месяце по сравнению с прошлым. Похоже, менеджер по организации мероприятий и пиару, которого я нанял два месяца назад, в последнее время справлялась со своей работой гораздо лучше. Я был близок к тому, чтобы уволить её в первый месяц работы, эти постоянные попытки флиртовать и строить глазки действовали мне на нервы.
Должно быть, она наконец-то поняла это в своей пластмассовой голове. Для неё «мы вместе» никогда не случимся. Я взял за правило не трахаться с моими сотрудницами, это никогда не заканчивается хорошо ни для меня, ни для них.
То, как клуб зарабатывает легальные деньги в этом месяце, чертовски облегчает бухгалтеру отмывание денег от другого бизнеса, которым я управляю. Владение одним из лучших ночных клубов в Сиднее — очень прибыльный бизнес, но управление подпольным бойцовским клубом «Клуб М» добавляет гораздо больше денег в постоянно растущий банк.
Изучая обширный список писем, на которые ещё не ответил, я бегло просматриваю их, чтобы понять, какие из них могут подождать, а на какие мне придется найти чертово время, чтобы успеть до конца ночи. Я только собираюсь открыть одно письмо от моего адвоката, как дверь кабинета распахивается, и врывается мой младший брат, все его сто девяносто сантиметров. Очевидно, он так и не научился стучаться.
— Брэй, я вижу, ты всё еще не освоил искусство стучать, — опустив пистолет, я убираю его обратно в щель на нижней стороне моего стола.
— Зачем тратить драгоценное время на стук, когда я могу просто повернуть чертову ручку и бум, вот он я, — громко отвечает он, опускаясь на диван и наливая себе стакан 50-летнего виски Glenfiddich. Откинувшись назад, он закидывает ноги на стол.
 
— Угощайся, почему бы и нет, но пока ты здесь, убери свои грязные ботинки с моего стола.
Он ворчит, убирая ноги и ставя их обратно на пол. Я отвожу взгляд от экрана компьютера и присоединяюсь к Брэю на диване, наливая себе стакан.
— У нас, в этом здании, десять полностью укомплектованных баров, почему именно в моем офисе ты пьешь мой виски?
Ублюдок только ухмыляется.
— У тебя отличный виски, почему бы мне не попробовать его здесь, — я не верю, что он просто ворвался в мой офис за виски. Однако, я знаю своего брата и понимаю, когда нужно выбирать битвы. Сейчас не лучшее время для этого.
Решив сменить тактику, я спрашиваю.
— Ты готов к сегодняшнему бою? Может, стоит приберечь праздничную выпивку на потом, когда ты победишь и выиграешь деньги, которые я на тебя поставил?
Брэй качает головой, ухмыляясь.
— Умоляю, я родился готовым к этому бою. Смит пожалеет, что не вызвал Брэйдена Джонсона на настоящий бой в клетке.
Он всегда был таким чертовски самоуверенным в том, что непобедим, но это не помогает. Я поставил на кон сто тысяч, так что ему лучше, блядь, победить сегодня.
— Тебе лучше быть готовым, от этого боя зависит очень многое, Брэй, — я пытаюсь донести до него, как много стоит на кону, если он проиграет.
— Знаю, брат, расслабься, я справлюсь, — он потягивает свой напиток, а потом добавляет, — и ещё, мне нужно, чтобы ты присутствовал сегодня внизу.
Я знал, что есть причина, по которой он находится в моем кабинете, и вот она.
— И почему, собственно, тебе нужно, чтобы я был на нижнем этаже сегодня вечером? — спрашиваю его.
Я делаю всё возможное, чтобы меня не видели внизу. Я бы предпочел находиться в подвале и следить за своими боями, чем присматривать за пьяницами и отмахиваться от девушек, у которых нет чувства самосохранения.
Они всегда выглядят так, словно их устраивает сделка на одну ночь, которую я предлагаю, но потом они будут болтаться здесь в следующие выходные с выпущенными когтями, пытаясь предъявить претензии, на которые у них нет права. Я не строю отношений, никогда. Ни одна женщина не заинтересовала меня дольше, чем на выходные, чтобы я подумал о том, что мне стоит пройти через ад моногамных отношений.
— Я знаю точно, что Элла будет здесь сегодня вечером, — и вот она, единственная причина, которая заставила бы мою задницу спуститься на гребаный нижний этаж: наша маленькая младшая сестра. Когда я говорю "маленькая", то имею в виду гребаную восемнадцатилетнюю малышку.
— Какого хрена ей сюда приходить? Это не место для Эллы.
— Ты думаешь, я хочу, чтобы она была здесь? У меня сегодня есть один бой, мне не нужно драться с каждым другим долбаным засранцем в этом заведении, который смотрит на неё, вдобавок к тому ублюдку, которого я должен победить.
Когда я молчу, Брэй вздыхает.
— Ей восемнадцать, Зак, мы не можем запереть её, и лучше пусть она придет в наш клуб, где мы сможем за ней присмотреть, чем пойдет куда-то ещё, где может случиться что угодно, — я должен согласиться с этим, но не с идеей запереть её, потому что для меня — это всё еще отличный вариант.
— Что я должен делать, когда она приедет? Просто сидеть и смотреть, как наша младшая сестренка бухает и к ней пристают гребаные пьяницы? Этого не будет.
Он задумался на мгновение, прежде чем ответить.
— Когда она приедет, пусть один из твоих парней отведет её с друзьями на VIP этаж, я зарезервировал для них секцию.
— Хорошо, но я попрошу двух своих парней оставаться там всю ночь, и когда, не если, а когда, меня посадят за убийство мудаков, которые попытаются к ней приставать, тебе лучше, блядь, внести за меня залог.
Брэйден ухмыляется, встает и идёт к двери, оглядывается и говорит.
— Я сделаю больше, чем просто внесу за тебя залог, брат. Я закопаю эти гребаные тела так, что никто никогда их не найдет. Не может быть убийства без тела, верно?
С этими словами он вышел за дверь. Это был бы не первый раз, когда он хоронил пару трупов.