Проблема для дракона (СИ)

— А ну цыц! — вперед вышел мальчик в черной накидке. Он изображал священника, а вырезанные из картона крылья, кое-как приделанные на спину, красноречиво указывали на его принадлежность к драконьему племени. — Заигралась, ведьмовское отродье! На костер её!
Он гаркнул грозно и зло, и тут же к костру начали подбегать мальчишки с деревянными палками в руках, а пестрая толпа снова затянула куплет считалки:
— Забирай и петуха,
Не пройдет за жениха,
Ну а зелье пей сама,
Лето станет, как зима.
Ведьма-ведьма уходи,
До греха не доводи!
* * *
Я вскочила в поту, когда только начало светать. Сон как рукой сняло. Жуткий кошмар. Дети эти так правдоподобно играли в казнь, что и настоящей не нужно. И как живое все было.
— Мил, что стряслось? — Прохор, будто почувствовав неладное, заглянул в приоткрытую дверь избы.
— Сон страшный, — у меня стучали зубы, и озноб бил такой, что согреться, даже обхватив себя руками, не получалось.
— Так тебе сейчас и не такое привидится. Воспоминания предыдущих хозяек волнами находить будут. Когда во сне, когда наяву. Если разом все, никакой мозг не выдержит, порциями только, очень дозировано, — он замялся, а потом твердо так заявил. — Одевайся, на втором этаже вещи найдешь. Народ стягиваться начинает, да и дракон еще этот…
— Справимся, Прош, — я улыбнулась ему, едва двигая ледяными губами. — Если с ума не сведут.
  
Глава 26
 
На втором этаже было 2 комнаты. Обе маленькие, но уютные. Одна для гостей, безликое там все какое-то было, как в гостинице. А вот вторая, явно ранее ведьме принадлежала. На полке куча пузырьков всяких, в углу травы сушатся. Я так поняла, что редкие, иначе висели бы вместе со всеми в общем зале. На кровати подушечек много, и все с интересным орнаментом ручной вышивки, будто бы обереги какие…
В голове тут же вспыхнули многочисленные схемы — заговор на любовь, здоровье, достаток стабильный.
Вот это да, неужели действуют все? Хотя, о чем это я, тут магия в воздухе витает и любое сказанное слово может оказаться действенным, а уж о схемах, вышиваемых с применением магии, вообще молчать нужно.
Кстати, о вышивке. Я подошла к шкафу, где на внутренней стороне дверцы ожидаемо висело зеркало.
— Твою ж за ногу! — выругалась, наконец оценив свою внешность. Новую, ага. Потому что губы у меня стали больше, а нос тоньше. Про глаза и говорить не хотелось, ибо сразу песня на ум пришла, где ресницами хлопают, а потом себе летают птицами всякими. Остается надеяться, что, когда я связь с куклой разорву, внешность обратно вернется.
Нет ну, хорошо получилось, тут не поспоришь, я теперь утончённее как-то стала, как леди с обложки дорогого журнала. Но своё все же было роднее. Единственное что, нос этот мне больше нравился.
В шкафу нашлась длинная юбка в мелкий рубчик и белая рубашка с расшитыми рукавами. Одевшись, я даже покрутилась несколько раз, новую себя разглядывая. Просто все, но с истинным вкусом. Грудь тут и без глубокого декольте смотрелась соблазнительно, а юбка, наоборот, умело скрывала вторые девяносто, так что и не поймешь, 42 я размера, или 50.
Поддавшись вдохновению, заплела колосок, пустив в косу синюю ленту. Вот теперь полный порядок, в таком виде и народ простой принимать можно, и перед императором в грязь лицом не упадешь.
Вот зачем я о нем вспомнила? Не заслужила эта ящерица внимания такого. Наглый же, вредный, будто и не император, которому за сотню лет перевалило, а десятиклассник с замашками мажора. Давно ему видно в глаза никто правду не говорил, так мы это исправим. Да и договор у нас, так что вреда физического он мне не причинит, а к моральному я с детского дома стойкая.
С лестницы сошла, полководцем себя ощущая, который вскоре избавит земли русские от монголо-татарского ига. Но уверенность уплыла тут же, когда я завидела на лавке ребенка лет семи, который ни жив-ни мертв был.
— Что с ним? — спросила у женщины, что рядом стояла. Явно мать, или родственница, потому что навзрыд плакала, еще большую панику наводя.
 
— Живот! С вечера болит, думали, съел не то чего, к утру полегчает, а на него жар напал и рвет постоянно.
Симптомы на наш ротовирус похожи. Капельницу бы ему, а то обезвоживанием чревато. Но вдруг тут болезни иные и с земными сравнивать их совсем нельзя.
— Прош, разведи на кувшин ложку сахара, соли и соды, если такая у вас есть и ребенку в рот вливать нужно, пока я в книге лечение поищу, — сказала помощнику, тут же направляясь к стопкам книг, аккуратно им же и разложенных. Вроде и понятно все — по ранам лечение, внутренние хвори, кожные поражения, магическое воздействие, сглаз и так далее. Но по внутренним хворям только книг 10 было, а ребенка жалко.
Я снова погрузилась в себя, моля помочь хотя бы на первых порах. Ведьминская суть заворочалась недовольно, но вышла из положения, показав мне разворот нужной книги. И на том спасибо.
Нашла я нужную болезнь очень быстро, благо справочник был посимптомный. А вот заклинание произнести получилось лишь с третьего раза. Зато как эффективно! Мальчишка на глазах розовел, да и терзающие его спазмы сразу прекратились.
Я подошла к нему, погладив по длинным кудрявым волосам.
— Полегче? — славный мальчик, не пожаловался ни разу, пока тут лежал, только стонал иногда глухо.
— Спасибо! — он перехватил мою руку, целуя, а я отшатнулась даже. Такая благодарность была в новинку. В России такое только в высшем обществе принято, к которому я не относилась.
— Не стоит, — я обернулась к его родственнице, которая тут же кинулась мне не шею, причитая.
— Как же мы рады все, что ведьма лесная явилась, как рады. От докторов столичных помощи никакой, все ж за деньги, да и пока доедешь, помереть можно. А знахарки не все лечить могут. Как же рады мы!
Она взялась за холщовый мешочек, на пояс привязанный, но я сразу её перебила.
— Я денег не беру. Если помочь хотите, продуктами можно мне принести что-то. Но не усердствуйте только, холодильников тут не водится.
— Что?
— Говорю, все подряд нести не нужно, мы с Прохором много не съедим.
Она закивала, из моих объятий перетекая в объятия к сыну, а Прохор демонстративно положил руку на лицо.
— А за что ты предлагаешь мне деньги брать, а? — зашипела на него, подбираясь поближе. — Просто за то, что из книги заклинание нужное прочитала? Я так бизнес делать не согласна.
— Мил, тебе же элементарно на ярмарку захочется, в лавку книжную заглянуть или еще куда, а платить чем собираешься? — увещевал ворон, втолковывая старую, как мир истину: хочешь жить, умей вертеться.
— Не могу я так. Пока так перебьемся, а потом, если богатого кого лечить придется, вот и деньгами разживемся.
— Вот, значит, как, — раздалось раскатистое от двери. — Истинные ведьмы теперь обдиранием кошельков промышляют!
Обернувшись, я увидела Иллара, занимающего собой весь дверной проем. Как он и предрекал, личину рассмотреть я не могла, сразу проникая в суть. Но хотя бы одет теперь, и то хлеб.
Пациент с матерью успели благополучно скрыться, и я смогла достойно ответить правителю.
— А вам, я смотрю, заняться совсем нечем. Дел государственных в недостатке, раз вернулись так быстро.
— Убедиться хотел, что ты действительно лечишь, а не кровь из людей пьешь, — насмешливо протянул император, прошествовав до стола. Он снял плащ, широкополую шляпу и с протяжным выдохом развалился на лавке.
— Убедились? Тогда вам пора и честь знать, — выдала, скрестив руки на груди. Но дракон язык жестов понимать отказывался.
— Нет еще. Пока вижу лишь холодный расчет и попытки нажиться на богатых клиентах.
— Р-р-р-р, — это, кажется, я не сдержалась.
— Угр-р-р, — это Прохор голос подал.
— О, у вас тут пение дуэтом. Отвратительно получается, — он над нами потешался. Сидел, важный такой, ногу на ногу закинув, спиной к стене привалившись, и нагло смеялся.