Хозяйка проклятой деревни (СИ)

Шесть раз пришлось сменить воду, чтобы пол посветлел. Но отмыть его до конца так и не удалось. Грязь глубоко въелась в доски и не желала отмываться, а на улице тем временем почти полностью стемнело. Мне пришлось прерваться и зажечь свечу, но света от нее было мало. С уборкой на сегодня придется закончить.
Я валилась с ног. Руки слегка дрожали от перенапряжения. Я взяла свечу и спустилась на кухню. Побродила вокруг печи в темноте. Большая и древняя она, наверное, работала на угле или дровах. Я могла бы нарубить дров, но побоялась ее разжигать. Вдруг тут дымоход засорился? Или еще что-нибудь поломалось? И я сожгу всю таверну. Вышла во двор, нашла несколько больших камней, развела костер и нагрела воды в огромной кастрюле.
  
Оглянулась по сторонам. Прислушалась. Деревня казалась мертвой: ни лая собак, ни человеческих голосов, ни мяуканья кошки. Днем хотя бы птицы чирикали, сейчас же тишина была жутковатой. Я постаралась об этом не думать, разбавила горячую воду холодной в тазике и оттащила его ближе к зарослям. Хоть вокруг никого и нет, но раздеваться на улице все равно неудобно, а в таверне нет ничего похожего на ванную комнату. Из удобств только туалет на улице, покосившийся, но хоть не вонючий, скорее всего из-за того, что уже очень давно никто им не пользовался.
Поставила на костер греться еще одну порцию воды, а первой вымыла голову. От плохого мыла волосы стали жестковатыми, но я все равно испытала настоящий кайф. От грязных сосулек вместо волос побаливала голова, и сейчас я почувствовала огромное облегчение. Поменяла воду и вымылась полностью. Сушиться пришлось на ветру, который к ночи стал ощутимо холоднее. Поспешно, так как начала замерзать, надела выстиранное платье и почувствовала, что страшно хочу спать. Глаза буквально закрываются. Из-за усталости даже есть не хотелось, хотя обедала я давно.
Я потушила костер. Сняла навес над грядкой с сантаной, присела и полюбовалась святящимися в темноте нежными лепестками. Сняла с веревки простыню, наволочку и шкуру и поднялась в спальню. Застелила постель и упала на нее без задних ног. Глаза слипались, но я приподнялась и перед тем, как задуть свечу, взглянула на табло медальона:
– Уровень силы: 0,01%.
Надо же, прогресс есть. Правда до пяти процентов все равно еще впахивать и впахивать.
  
Глава 9
 
Ночью проснулась от того, что у меня зуб на зуб не попадает. Из окна настойчиво и постоянно дул противный холодный ветер, весело посвистывая. Вот так-то, днем было очень тепло, а ночи холодные. Я натянула козью шкуру до подбородка и свернулась под ней клубочком, чтобы полностью поместиться. Это немного помогло, но все равно было холодно. Я с тоской думала о том как хорошо бы раздобыть какой-нибудь новый пузырь на окно, хотя бы в спальню. Так и заснула.
Утром проснулась с насморком – только этого не хватало, и в целом какая-то побитая. Еще мышцы после вчерашних трудов изрядно болели. Только рассвело, а я уже умылась, укрыла свою драгоценную серебряную сантану навесом – за ночь она не подросла, но и не погибла, тоже хорошо. Взяла флед, чтобы позавтракать по дороге, и парочку зандов сложила в ветхую корзинку – не с пустыми же руками в гости идти? Отправилась искать второго жителя этой деревни – деда на окраине. Очень хотелось найти кого-то с кем хоть поговорить можно, иначе я тут скоро одичаю.
Шла я довольно быстро, боялась дедок уйдет в лес, и я его не застану, но все равно успевала рассмотреть весь масштаб местного запустения. Не деревня, а призрак. Некоторые дома развалились и густо поросли бурьяном, частенько приходилось обходить огромные лужи, в которых уже поселилась ряска и лягушки. То есть они давно не просыхали.
Нужный домик я увидела издалека, он стоял на отшибе, совершенно один, и выглядел приличнее всего, что мне доводилось видеть в деревне. Видно руку хозяина. У меня даже на душе посветлело от такого зрелища.
Дед заприметил меня и вышел на дорогу. Он всматривался вдаль, приложив одну руку козырьком над глазами, а во второй сжимал здоровенный дрын. Мне это не слишком понравилось, понятное дело. Невольно я замедлила шаг и задумалась, а не пойти ли мне обратно, и одной же неплохо. Дело в том, что дедка окружали три хищных кошки, чем-то похожие на рысь, с длинной шерстью по краям морды и на груди. С большими ярко-голубыми глазами и очень длинными пушистыми хвостами. Они бы показались мне красивыми, но сейчас они жутенько скалились и рычали в мою сторону, защищали хозяина.
Подошла ближе и старичок уже не казался мне таким грозным, скорее милым. Невысокого роста в ярко-синем балахоне поверх теплой кофты такого же цвета, в белых, подвернутых до колена штанах, с кучей маленьких сумочек, подвешенных тут и там.  Длинные очень светлые волосы на концах заплетенные в две косы и раздвоенная средняя борода, длинные усы в разлет. Такие же яркие голубые глаза, как и у его кошек, но самое необычное – вторая пара ушей на макушке, кошачьих или собачьих, так сразу и не понять.
– Здравствуйте. Я пришла с миром, – сказала я и чуть склонила голову в знак уважения.
Дедуля прищурился и спросил:
– Преступница?
Я вздохнула. Отрицать бесполезно, браслет меня выдал, но преступницей я себя не ощущала. Ну не сделала я ничего плохого, а за бывшую хозяйку тела почему должна отвечать?
– Это недоразумение, но да, так считает тот, кто меня сюда сослал.
– И кто же сослал? За что? – спросил дед, внимательно меня разглядывая.
– Илидан, адмирал драконов. За то, что пыталась его убить. Но на самом деле я не пыталась. Просто оказалась не в том месте, не в том теле. Не в то время, – поправила себя я, хотя первый вариант был абсолютной правдой.
– Илидан сослал сюда ту, что пыталась его убить? Какая ирония, – хмыкнул дед и поджал губы.
– В чем ирония, позвольте спросить?
– Это место погибло из-за него. Зачем пришла?
– Погибло из-за него? Расскажите подробнее?
– Может быть, когда-нибудь, – расплывчато ответил старик. – Так зачем пришла?
– Познакомиться. Одиноко тут одной. Я познакомилась вчера с Дигестой, но она не слишком дружелюбна.
Старичок рассмеялся тихим, как журчание ручейка, но очень заразительным смехом. Невольно я тоже заулыбалась.
– К Дигесте свой подход нужен, – подмигнул мне дедок. – Ладно, давай знакомиться, раз пришла. Меня Тантаном зови. Как тебя величать?
– Зовите меня Этти, – окончательно смирилась я с новым именем. Новое тело, новая жизнь, новое имя.
– Ладно, Этти, я собирался за грибами. Пойдешь со мной?
– С удовольствием, – обрадовалась я, что наконец-то нашла тут человека, с которым можно поговорить и провести время. Да и грибы мне пригодятся, кушать то что-то надо. – А это вот занды для вас, на своем огороде нашла.
– Хорошо, – Тантан развернулся и повел меня во двор. – Надо в дом занести занды твои, а то животина сожрет. Потом с грибами пожарим.
Войдя в калитку, я подумала, что очутилась в зоопарке. Кого тут только не было. Маленькие и большие, ушастые и пушистые, в вольерах и свободно бегающие по двору неведомые мне, но симпатичные животинки. Они бросились к хозяину, некоторые осторожно принялись обнюхивать меня. Кто это такая к ним в дом пришла?
Тантан взял у меня корзинку с зандами и отнес в дом. Вышел вскоре с двумя огромными пустыми корзинами для грибов:
– Ну, пошли? В грибах, небось, не разбираешься?
– Почему же, думаю, не запутаюсь, – уверенно похвасталась я, помня о своей новой способности различать местную флору. Спасибо медальону.
– Посмотрим, посмотрим. Держи вот, – Тантан протянул мне бутыль с темной жидкостью. – Мы не просто так идем, там будут ядовитые грибы, они пахнут мясом, животинки их едят и мрут. Я покажу. На них нужно будет каплю этого зелья выливать, оно их уничтожит.
  
– Добрый вы человек, Тантан, – похвалила я и приняла бутылку с зельем, поставила в пустую пока корзину.
– Обычный, – проворчал дед, но в усы улыбнулся.
Мы долго бродили по лесу, выискивая и уничтожая ядовитые грибы.