Вкус к убийству. Сборник детективных произведений английских и американских писателей

Чарли Эймс какое-то мгновение стоял неподвижно, пытаясь успокоить дыхание и прислушиваясь к негодующему стуку своего сердца. Потом осмотрелся. По обе стороны от забора громадами высились дома, кое-где в окнах горел свет. Однако, как ему показалось, ни проходившая по дворам погоня, ни шум, вызванный столкновением Фрэнка с забором, не привлекли ничьего внимания. До него не доносилось ни звука, если не считать лихорадочного стука своего сердца и собственного же прерывистого дыхания.
Чарли быстро принял решение. Он не испытывал колебаний и не задавался никакими лишними вопросами. Теперь, когда его враг беспомощно лежал на земле, отмщение должно было свершиться. «Фрэнк Кэстен — это человек — зло, — подумал Чарли Эймс. — Он принесет еще больше вреда и своей семье, и мне самому, если…»
Его глаза быстро оглядели двор в поисках подходящего орудия и сразу нашли его — камень, один из многих, обрамлявших цветочную клумбу. Чарли наклонился, поднял камень, подошел к повергнутому к его ногам Фрэнку Кэстену, занес камень над головой, восстановил равновесие, примерился и разжал руки.
Потом Чарли отправился домой. Он изо всех сил заставлял себя не бежать, ибо страх перед Фрэнком теперь сменился другим, более сильным чувством — ужасом от содеянного.
На следующее утро Чарли почувствовал себя гораздо лучше Начался новый день, ярко светило солнце. Он плотно позавтракал и, как обычно, пешком пошел в банк. Там он невозмутимо поприветствовал сослуживцев, затем миновал кабинет президента банка, в дверях которого стоял сам мистер Сидней Ленкер, наблюдая за тем, как собираются на работу его служащие. В своей обычной манере Чарли слегка поклонился шефу.
— Доброе утро, мистер Ленкер.
— Доброе утро, Чарли. — Президент был склонным к полноте, франтоватым и низкогрудым человеком в очках без оправы. Его глаза-бусинки внимательно оглядели Чарли.
— С вами все в порядке? — спросил он.
Чарли замер на месте.
— Конечно, мистер Ленкер. А почему я…
— До меня дошли слухи, что вы недавно изрядно выпили.
Чарли вдруг испытал громадное облегчение и даже не смог сдержать улыбку.
— О, иногда бывает, пропустишь там или здесь стаканчик, — признался он. — Но это, сэр, никогда не отражается на моей работе.
Сид Ленкер не улыбнулся, но явно успокоился.
— Да… это, пожалуй, важнее всего, — сказал он и, повернувшись, скрылся у себя в кабинете.
«Старый скупердяй, — подумал про себя Чарли. — Все, что его во мне интересует, это смогу ли я продолжать работу или нет. А если почему-то не смогу, тут же уволит».
Все еще думая про старика Ленкера, Чарли увидел, как примерно в половине десятого в президентский кабинет зашел Том Мэдден, занимавший пост начальника местной полиции. Чарли догадывался, зачем тот наведался в их банк. Через минуту оба они вышли из кабинета и Ленкер показал Мэддену стол Чарли в углу зала.
Чарли продолжал спокойно сидеть, пока тот приближался к нему, хотя и не старался сделать вид, будто не видит его. Более того, он не сводил с Тома глаз. Мэдден был плотным, даже несколько грузным, с серебристыми волосами и добрыми глазами, но в это утро взгляд у него был мрачным — ему нечасто приходилось заниматься убийствами.
— Привет, Чарли, — приветствовал он Эймса, когда наконец оказался возле стола. Затем пододвинул стул и присел рядом.
— Привет, Том. Чему могу помочь? — Чарли прислушивался к собственному голосу, который показался ему спокойным и вполне невинным.
— Чарли, где ты был вчера вечером? — Том Мэдден жестко и изучающе смотрел на него через свои очки.
— Ненадолго заглянул к Сэму Джессапу. А почему ты спрашиваешь?
— Ты не встречался с Фрэнком Кэстеном?
Чарли никогда не знал точно, как и что отвечать на прямые вопросы, однако голос его прозвучал ровно, без малейшего колебания.
— Нет.
— Вчера вечером Фрэнка Кэстена убили. Его нашли на одном из задних дворов. Кто-то раскроил ему камнем череп.
Прежде чем ответить, Чарли выдержал соответствующую паузу.
— И ты думаешь, Том, что это сделал я, так ведь?
 
— Все помнят, про вашу драку неделю назад.
— Том, я хочу тебе кое-что сказать. Мне совсем не жаль Фрэнка Кэстена. Но ты и в самом деле обвиняешь меня в убийстве?
Мэдден заерзал на стуле и на мгновение отвел взгляд. Похоже, что контрнаступление со стороны подозреваемого действовало ему на нервы.
— Том, мы с тобой давние друзья, — продолжал Чарли. — Поэтому скажи все начистоту. По-твоему, это сделал я?
Том на секунду прищурился, затем на его лице появилась чуть глуповатая ухмылка.
— Нет, черт побери, — ответил он. — Извини, Чарли, мне не надо было приходить сюда. Ты не из тех, кто способен на убийство. — Он встал и протянул Чарли руку. — Останемся друзьями, так ведь?
Чарли тоже встал и пожал протянутую руку.
— Конечно. А почему бы и нет?
Он так и стоял, наблюдая, как Том выходит из банка. Сейчас он мне поверил, — подумал Чарли. — Но что Том подумает, когда не найдет других подозреваемых? Возможно, опять обратит внимание на меня?
«Но я ни о чем не сожалею! — Эта мысль пришла к нему совершенно неожиданно. — Мне представился случай покарать зло, и я им воспользовался. И всегда буду так поступать».
Чарли Эймс сидел за своим столом в банке и вчитывался в бумаги, которые поступили к нему на оформление. Аннулирование закладной должника. Миссис Эрншоу. Шестьдесят два года. Вдова. Расплатиться не может. Сама нуждается. Аннулирование закладной.
Наверное, он просидел так довольно долго, не шевелясь и пристально вглядываясь в бумаги, потому что не видел и не слышал ничего вокруг, пока кто-то не склонился над ним.
— В чем дело, Чарли? Вам что сегодня нездоровится?
Чарли поднял взгляд и увидел босса. В этот день Сид Ленкер выглядел как никогда цветущим и очень важным. Руки на округлом животе, сигара в зубах — она кстати, шла к его тучной фигуре. Когда-то, в прошлом, один лишь вид этого чудовища, направляющегося к его столу, мог заставить Чарли похолодеть от ужаса — когда-то, но не сейчас.
— Речь идет о доме миссис Эрншоу, — сказал он. — Дело в том, что если мы продадим его, то едва ли покроем выданную под залог сумму. Если же мы оставим дом ей, она, возможно, сможет, хоть как-то выплачивать нам свой долг. Что мы теряем?
Сид Ленкер чуть не выронил изо рта сигару.
— Что мы теряем? — повторил он. — Мы теряем нашу принципиальность. Мы теряем нашу репутацию солидного финансового учреждения и становимся благотворительной организацией. — Ленкер снова наклонился над столом Чарли и заговорил более мягким тоном. — Как я понимаю, вчера вечером вы опять наведались в бар, так? И вот что я вам скажу: если именно там вам приходят в голову подобные идейки — вроде той, которой мы только что поделились со мной — то я порекомендовал бы вам либо перестать заглядывать в бар каждый вечер, либо прекратить приходить каждое утро в банк.
Мистер Ленкер выпрямился, явно довольный собой. Сейчас он казался просто громадиной. Однако в сознании Чарли уже кружили, переплетаясь друг с другом, всевозможные образы, порой меняя и теряя свои очертания. Чарли припомнился другой банкир. Давным-давно это было. И женщина, его мать, не миссис Эрншоу, не столь невинная, как миссис Эрншоу, но все же…
— Вы не имеете права выкидывать людей из дому, — проговорил он вслух, причем весьма отчетливо.
По своей натуре мистер Ленкер был полной противоположностью Фрэнку Кэстену. И, видимо, отличался большей наблюдательностью. Возможно, он разглядел в лице Чарли, нечто такое, что ускользнуло от внимания Фрэнка. Во всяком случае, Сид Ленкер отступил назад, повернулся и позорно ретировался в свой кабинет. И весь остаток дня больше не беспокоил Чарли…
На следующее утро Чарли Эймс сидел за своим столом в банке и ждал, резко выделяясь этим среди остальных служащих. Во всяком случае, никто из них за столом не сидел. Все кружили, ходили туда-сюда, без умолку болтали и совсем не занимались делом.