Лиллехейм. Кровь семьи

Он понятия не имел, как быть огромным черным чудовищем, чей рассудок обрел бритвенную, звериную остроту. К счастью, ответы были у Сифграй. Она увела всех в горы – повела за собой в камень, научила ходить сквозь него, просачиваться, как вода.
Там Вигго набирался сил. Они путешествовали внутри гор, как какие-нибудь ушастые гномы, иногда выбираясь в леса, чтобы поохотиться. Сифграй словно прятала их, берегла от чего-то. Это полностью соответствовало желанию самого Вигго: перейти с рациона из людей на мясо поглупее.
  
Получив новые силы и новую судьбу, Вигго повзрослел. Не только ментально, но и физически. Он получил тело мужчины, которому, судя по ощущениям, было около двадцати шести лет. В этом возрасте Вигго и застрял. Возможно, навсегда. Когда он впервые совершил обратное превращение – из волка в человека, – то долго не мог оторваться от своих рук.
Это были руки мужчины – крепкие и молодые.
За этим глупым делом, созерцанием собственных конечностей, его и застала Сифграй.
Стая пребывала в привычной послеобеденной полудреме, заняв карстовую пустоту одной из Скандинавских гор. Они прекрасно видели в кромешной тьме, и потому Вигго без проблем рассмотрел свою жену. Сифграй обратилась в человека. Но не в ту зловещую женщину, что истязала Вигго в сновидениях, а в уютную и красивую девушку.
От ее волос и кожи отражался несуществующий лунный свет, и Вигго ощутил, что находится на берегу кристаллического горного озера. Парит в его радужных серебристых бликах, будто рыбка. Возможно, они и впрямь перенеслись в одно из таких мест. Как бы то ни было, они стали настоящей парой, когда их тела соединились.
Чуть больше года волки провели в скалах, слушая, как бьются сердца гор. Но пришла пора выйти. И не в последнюю очередь потому, что родились Алва, Янника и Йели. Сифграй не противилась этому, хотя и испытывала определенные трудности, связанные с переходом в мир людей.
Выбор пал на Альту, небольшой городок, расположенный южнее Пиков Митбо. Несмотря на скромные размеры, он был крупнее Лиллехейма примерно в три раза. Тут они столкнулись с трудностью. Стая насчитывала чуть больше трехсот голов, а такое количество дикарей, внезапно спустившихся с гор, обязательно вызвало бы вопросы.
К счастью, среди волков нашлись те, кто сохранил достаточно сбережений на счетах, чтобы приобрести недвижимость. Переселение заняло следующие два года. Пока одни обживались в лесу, другие готовили им места в Альте.
Наконец шоссе вывело Вигго в город. Потянулась улица Кромвес, еще одна городская окраина, облюбованная волками.
Вот-вот должен был показаться дом Дианы.
5.
Вигго повернул на подъездную дорожку и увидел Турбена, последнего из двух братьев Рёд. Они в свое время обнаружили ногу Сары Мартинсен, бедной девочки, ставшей первой жертвой волков. Сейчас Турбен держал лавку с рыболовными снастями на нижних улицах Альты. Проходя все стадии подчинения Сифграй, он не только собирал кровавую жатву в Лиллехейме, но и имел вполне конкретный контакт с Дианой.
Вылезая из пикапа и беря с собой ноутбук, Вигго крикнул:
– Эй, Турбен, не надо убегать всякий раз, как только мы встречаемся.
– У меня есть выбор, Вигго, – на ходу отозвался Турбен. Он хмурился и прилагал усилия, чтобы у него не дрожали ноги. – Ты должен понимать это. Это не то же самое, что встретиться… где-нибудь еще.
Вигго на прощание помахал рукой.
Да, он понимал. Волки не имеют сил противостоять Ульфгриму, но в форме человека могут запросто послать Вигго в задницу. Правда, так еще никто не делал и вряд ли сделает. Турбен был одним из первых, кто пользовался этой странной свободой. Он подкатывал к Диане и побаивался ее сына. Вполне жизненная ситуация.
Диана стояла на ступенях коттеджа, вертя в руках бумажный сверток и крошечную коробочку. Возраст чуть добавил седины в волосы Дианы, напоминавшие оттенком свежую каштановую карамель. В остальном она застыла в возрасте Лиллехейма. Глаза Дианы сердито сверкали.
– Боже, я прям слышу, как ты опять поддразниваешь меня, – сказал Вигго, обнимая мать. – Что за запах?
– Этот идиот помочился на вату, а потом положил ее в коробочку и принес вместе с мясом. Если я чего-то и не понимаю, так это почему в нашей новой жизни нельзя сохранить старые способы ухаживания.
– Он же волк.
– Но это не означает, что нужно мочиться направо и налево. И тебя это тоже касается, Дмитрий Леонидович. Только не в моем доме.
– И всё-таки поддразнила.
Они рассмеялись и прошли в дом.
Свой небольшой коттедж Диана содержала в идеальной чистоте. Стекла шкафчиков и ореховый паркет сверкали, а столешницы из кварцевого агломерата казались начищенными воском. У нее всегда были наготове чехлы для мебели. Она никого не подпускала к своему жилищу для уборки. И по вполне понятным причинам избегала Сиф.
Сейчас Диана подрабатывала на радио, зачитывая прогноз погоды в передаче «Бродячий треп», и неизменно оказывалась права, когда говорила обо всех этих циклонах и ветрах. А еще предпочитала, чтобы у нее в доме говорили на русском.
– Дим, ты должен угомонить своих крыс. – Диана швырнула сверток с мясом на кухонный стол. Достала поддон для духовки и специи. – Эти дьявольские создания сводят меня с ума. Долго это будет продолжаться? Почему ты не заберешь их себе?
– Сиф они не нравятся.
Диана внимательно посмотрела на Вигго:
– Значит, они очень нравятся мне. Я буквально люблю их. Но ты должен появляться чаще. Это успокаивает их.
Вигго понимал, что в первую очередь это успокаивает Диану, а не крыс, но не стал развивать эту тему.
– Я подумываю смотаться в Лиллехейм. Точнее, не туда, а к ребятам. Ну, которые пережили весь тот бедлам и остались собой.
– Уж не хочешь ли ты сказать, Дмитрий Леонидович, что вознамерился обзавестись новыми хвостатыми дружками?
– Да нет же. Просто хочу проведать Арне и Дэгни. Мне кажется, что-то происходит. Что-то непонятное. Это как появление твоего облака, с которого всё началось.
Диана резко села, чуть не упав со стула. Вероятно, жестоко говорить так, но Вигго не знал другого способа перейти к сути. Диана до сих пор винила себя в том, что привезла семью в проклятый прибрежный городок волков и смерти.
– Дим, тебе не нужно ничего придумывать, если ты хочешь проветрить мозги.
– Называй меня Вигго, как это делают остальные.
– Я не остальные, и ты знаешь это. Знаешь это так же хорошо, как и я знаю, что Вигго Миккельсен – это производное от Вигго Мортенсена и Мадса Миккельсена.
– Ты серьезно? – не поверил Вигго, понимая, что Диана, скорее всего, права.
– Это ваши любимые актеры. Твои и отца. Арагорн, сын Араторна. Ганнибал. Вам нравилось одно и то же.
Вигго поперхнулся смехом. Всё-таки он сентиментален. Но кто обвинит в этом громадного оборотня, которым против воли стал стремительно повзрослевший подросток?
– А что там насчет проветрить мозги?
– Необязательно искать причины, чтобы побыть одному. – Диана достала из свертка отличную баранью ногу. Принялась натирать мясо копченой паприкой. – Иногда хочется отдохнуть от всех и прежде всего от себя. Ты меня понимаешь?
– Отец тоже так делал?
– Ну, он писал книги, а в них он бывал где угодно и как угодно далеко. Совсем как ты.
Вигго тоже писал. Может, и не так хорошо, как отец, но вполне сносно. В конце концов писатель – это прежде всего усердие, а уж потом какой-никакой опыт.
Он поднялся, намереваясь отправиться в подвал, но Диана строго взглянула на него.
– И на сколько ты хочешь взять отгул, Дмитрий Леонидович?
  
– Думаю, за ночь обернусь. Только возьму кое-кого в компанию. Надеюсь, Андеш будет не против.
– А вот это правильно. Очень правильно. – Диана отвернулась. Ее руки обхаживали мясо, а губы что-то бормотали.
Она вдруг показалась Вигго сильно постаревшей. Чуть ли не старухой, выжившей из ума. Отбросив эти мысли, он направился в подвал и включил свет.