Очень (с)нежный помощник (СИ)

Черт!
Это кошмарно! Это абъюз! Харрасмент! Рэд флаг!
Но у меня выделяется смазка.
– Я не стану… – хриплю я, ерзая на месте, но голос меня подводит.
И взгляд, который я не могу отвести от ширинки.
– Плохо. Значит, возвращаемся к нашим урокам. Я жду.
И опять эти интонации. Бархат и сталь. Невозможно ослушаться. Я, наверное, потенциальная нижняя, или как там это называется...
  
Сглотнув, я протягиваю руку. Сама расстегиваю пуговицу и молнию. Тяну вниз белье Градова и обхватываю горячий гладкий ствол, который твердеет в моих руках.
Опустив ресницы, прижимаюсь к нему губами.
– На меня смотри, – зло приказывает Андрей.
Я поднимаю глаза и пропадаю.
Мой покорный взгляд говорит Градову все.
С этой секунды я снова превращаюсь в безвольное тело, полное похоти.
И даже не задумываюсь о том, что дверь не заперта на замок, когда, позволив мне проявить усердие, Андрей ставит меня ноги и, уложив грудью на стол, жарит меня до всхлипов и повторных клятв, что я всегда, только пожалуйста.
– Вы приняты, золотой работник, – кончая, радует меня босс.
  
P.S.
 
Шесть месяцев спустя
– Зимина! – слышу я голос, вызывающий искреннее отвращение.
Как хорошо было, пока я его не слышала.
Я так-то уже не Зимина, но оборачиваюсь.
– Чего тебе? – спрашиваю Стаса неласково.
– Ну что? Поимел тебя Градов и не стал уговаривать, чтоб ты осталась? А ты думала, ноги раздвинешь и сразу в дамки?
Это было бы очень обидно, если бы не было таким смешным.
Ноги мне пришлось и приходится раздвигать с завидной регулярностью. Темперамент мужа никуда не делся, но я втянулась, и пощады прошу уже реже. К тому же сейчас он стал осторожнее, когда возникли некие подозрения.
– Это тебя так бесит, что тебе в рожу дали? – вспоминаю я, о чем обмолвился Андрей.
– Из-за тебя, тварина, меня понизили.
Как приятно слышать. Даже не думала, что я такая злопамятная.
– Я рассказал родителям, кого они хотели принять в семью: шлюху, только о сексе и думающую. Тебя ни один приличный мужик не возьмет…
У меня вырывается хихиканье.
Градов на мне женился, только когда окончательно развратил. Правда, времени ему потребовалось немного. Я оказалась способной ученицей.
– Таня! Ты почему опять трубку не берешь? – я оглядываюсь на Андрея.
Черт, я в консультации звук вырубила. И все это время автомобильный клаксон предназначался именно мне.
– Я сейчас! – кричу я.
– Ты знаешь, – снова поворачиваюсь к застывшему с выпученными глазами Казанцеву. – Ты за меня не переживай. А родителям привет. Я им очень сочувствую. Такие порядочные люди, а единственный сын – гандон.
И гордо ухожу к поджидающей меня машине.
– Зачем ты с ним разговаривала? – хмурится Андрей.
– Просто так.
– Он хамил?
Соблазн сказать правду был велик, но сегодня у меня особенный день, так что я могу позволить себе быть благородной.
– Нет, – улыбаюсь я.
Градов оставляет в покое персону бывшего.
– Ну, что сказали?
– Скажу, если ты повторишь то, что произнес, когда делал предложение! – требую я порцию нежностей, хоть и своеобразных.
– Я лоханулся один раз, а ты все забыть не можешь, – ворчит Андрей. – Может, я лучше сделаю то, что тогда делал?
Звучит заманчиво. В тот самый момент, он в меня входил, но слова мне нужны сейчас намного больше.
– Говори! – я теперь бываю очень храбрая и уверенная в себе, да.
– Зацепила меня, зараза, – несчастно повторяет Градов, выученную назубок фразу. – Влезла в самое сердце. Выходи за меня замуж, а то затрахаю. Люблю.
Мой счастливый смех льется из окон нашей машины, привлекая внимание прохожих.
– Ну? – давит он.
Делаю многозначительную паузу.
– Два месяца. Скоро ты будешь папой.
Андрей выдыхает так долго, будто не дышал все это время.
– Я готов еще раз позвать тебя замуж, котенок. Но мы обойдемся повторным предложением, – отвечает он, заводя машину.
Ничего. Мы еще научим его правильно признаваться и сделаем из босса человека.