Очень (с)нежный помощник (СИ)

– А хотела работать напрямую с генеральным. Какая ты непостоянная, Таня. Ну ничего, я тебе расскажу, что нужно делать с удовольствием. Покидать – туда не входит.
– А ну остановитесь!
– Не-а, даже если бы хотел, я сейчас уже не могу перестроиться в крайний ряд, – невозмутимо продолжает Градов. – Но я и не хочу. Откровенно говоря, у меня совсем другие планы. И не делай большие глаза. Ты прекрасно знаешь, чего я хочу.
  
– Но я не хочу! – я аж подпрыгиваю от возмущения.
– Врешь. Сама призналась, что хочешь.
Непрошибаемый тип.
– Показания, полученные под давлением, не принимаются в суде! И вообще, я, может, многих хочу! Что ж теперь всем давать?
– Какая ты распутница! – присвистывает Андрей. – Ну ничего. Мы тебя научим правильно расставлять приоритеты.
Я сейчас завою.
Потому что бесит, потому что меня Ленок грохнет, потому что мне в глубине души нравится настойчивость Градова. И вообще вся ситуация нелепая и смешная, напоминает мне окончание фильма «В джазе только девушки», где мужик долго объяснял, почему он не может выйти замуж, но так своего и не добился.
Но как бы ни грело меня, что я настолько зацепила кого-то вроде Градова, что он поставил на меня буквально капкан, но девки ждут, и у меня чертов горошек.
Ну и вообще. Он считает меня не то нимфоманкой, не то карьеристкой, готовой получить должность через постель. Блин. Я б еще поняла, будь это место креслом финансового директора, но отдаваться кому-то, чтобы стать личным ассистентом?
А мы тем временем, подбираемся к Юбилейной. В принципе, двигаемся в правильном направлении. И если Андрей сейчас остановит машину, то я даже пешком минут за пятнадцать доберусь до Ленкиного дома.
– Паркуйтесь! – требую я. – Вы же не можете меня увезти против воли!
– Почему не могу? – искренне удивляется Градов. – Я как бы уже, хотя ты и лукавишь про свою волю, Таня.
– Во-первых, это будет изнасилование! – снова злость во мне набирает обороты. Вот всегда меня бесили эти токсичные бруталы.
– О, да! – Андрей мечтательно закатывает глаза. – Можем, и в это поиграть.
Черт!
Неожиданно от этих слов внутри становится горячо. Это все от виски, конечно, а вовсе не по тому, что я в своей скудной сексуальной жизни о ролевых играх могла только мечтать. Мне давали только «вжик-вжик».
Понимание того, что я буквально вынуждена отказаться от очередного приключения, приводит меня в нелогичную ярость.
– Меня вообще-то ждут! И будут искать! И…
– Танюш, – Градов на секунду отвлекается от дороги и смотрит на меня укоризненно, – я думаю, девочки и без тебя отлично отпразднуют.
– С чего вы взяли, что девочки? – булькаю я уязвленно. – Может, меня ждет молодой человек!
– Ай-яй-яй, а еще золотой работник. Не хорошо врать. Ты представляешь, сколько мне тебя придется наказывать за все то, что успела мне наврать сегодня?
Очень и очень не к месту мне вспомнились и наказания, и благодарности, выписанные мне Андреем вчера вечером. Прям совсем не вовремя. Я аж ерзаю на теплом кресле.
– Я не вру, – стою на своем.
– Во-первых, нормальный молодой человек не ждал бы тебя в гостях, а заехал бы за тобой, – хмыкает Градов. Я бы хотела возразить, что ничего подобного, и в прошлом году Стас встречал меня уже у родителей, но тут же засомневалась. После сегодняшнего Казанцева из нормальных мы выписываем. – Во-вторых, я спросил у твоего бывшего, да-да, я знаю о твоем темном прошлом, Таня…
– В смысле? – взвиваюсь я. – Что за темное прошлое приплел, Казанцев?
Сейчас еще окажется, что он распускает обо мне грязные слухи.
– Самого Казанцева вполне достаточно. И как ты вляпалась-то, котенок? – недоумение Андрея меня задевает.
– Ну вас же не было! – огрызаюсь я, Градов предпочитает игнорировать сарказм в моем голосе.
– Ну да. Аргумент. Но ты не переживай, Казанцев и твои положительные стороны отметил.
– Это какие? – напрягаюсь я.
– Говорит, секс слишком любишь и, вообще, озабоченная.
У меня открывается рот. Это что? Стас-пидорас обсуждал меня с посторонним мужиком, да еще и на работе? Вот принцесса-ебанесса!
– Какого спрашивается, он об этом заговорил?
– Я технично подвел его к этом теме, – признается Андрей. – Очень хотелось узнать, как он профакапил такую горячую штучку. Честно говоря, не думал, что он начнет ныть. Каюсь, не сдержался…
– Что значит «не сдержался»? – навостряю я ушки.
– Не переживай, к концу новогодних следов не останется, если только бледно-желтые.
А вот за это Градову спасибо. Нет, он, конечно, тоже козлина, что узнавал такие интимные вещи, но за то, что прописал товарищу в табло, а я надеюсь, что именно туда, я благодарна.
– И как же вы объяснили ему, зачем вы устраиваете этот спектакль?
– А я должен ему что-то объяснять? – поднял брови Андрей.
Я засекаю в окно, что Юбилейная остается позади, и меня пробирают мурашки. Градов и мне заговорил зубы, и я проморгала момент, когда своим ходом могла еще добраться до Ленки. А теперь это тот еще квест.
Ладно. Не советское же время. Рыночная экономика рулит. Такси ходят всю новогоднюю ночь. Пусть и за конкий ценник, но заберут меня из логова разврата…
– Андрей Георгиевич, – облизываю я губы. – Повеселились, и хватит. Мне, правда, пора. Я догадываюсь, что у вас нет желания поворачивать обратно. Я сейчас вызову такси. Оно как раз подъедет к нашему прибытию…
– Танюш, – с тяжелым вздохом как маленькой говорит Градов, – я все решил. И будет проще всем, если ты сделаешь то, что хочешь…
– Я хочу уехать!
– Упрямишься, да? Ну ладно.
И Андрей сворачивает на обочину дороги ведущей в поселок, включает аварийку и, отстегнув ремень безопасности, поворачивается ко мне:
– Сейчас проведем тест.
  
Глава 17. Тест пройден или провален?
 
Э? Что? Какой тест?
Пока соображаю, куда это завернул наш разговор, Градов притягивает меня к себе и без объявления войны целует.
И делает это очень качественно.
Жарко, нагло, безапелляционно, властно.
То есть никаких ласковых касаний, его язык сразу вторгается в мой рот, отбирая дыхание, и голова начинает кружиться, вкус виски смешивается со вкусом Андрея, который пьянит не хуже алкоголя, нагоняя воспоминаний о вчерашнем грехе.
Его губы сминают мои, объясняя, что правила игры прежние: безропотно подчиняться. И мне безумно хочется отдаться этой похоти, развязать себе руки. Ну хоть раз в жизни. Прочувствовать то, чем хвастает Корниенко.
Черт побери этого Градова! Может, если бы это был кто-то другой, не тот, кто уже доводил меня до оргазма, моя реакция не была бы такой сногсшибательной.
Но это был Андрей, и он знает, что делает.
Этот поцелуй – даже не соблазнение, это антигуманное склонение к разврату.
Нет, больше!
Это уже сам разврат.
В парах виски поостывшие с утра угли неутоленного желания, разгораются мгновенно. Я не могу не ответить на этот поцелуй, и это становится фатальной ошибкой.
Только что ладонь Градова обхватывала мою щеку, и вот она уже гладит меня под курткой, а я даже не заметила, когда он расстегнул. Пальцы Андрея проходятся по всему телу от груди до бедра жадным жестом и, подтянув эластичный подол, ныряют под него. Горячая рука быстро обнаруживает чулки и обжигает кожу.
– Скажи мне, что ты надела это для подружек, – отрывается от горящих губ Градов.
Вообще-то для них, но я не успеваю возразить, потому что слова исчезают, когда Андрей кончиками пальцев касается трусиков, ввергая меня в трепет тем, что конкретно этот самец может меня взять и мне понравится.
– На меня смотри, – приказывает он этим своим невозможным голосом, вызывая внутреннюю дрожь.
  
Он гладит кружевной треугольник сначала легко, потом надавливая чуть сильнее, и еще, и еще… Пока мои складочки не раскрываются покорно, позволяя нащупать сквозь невесомое прикрытие самое сокровенное.