Кипчак. Книга 2. Хан из рода Ашина
Араб кивнул и тут же махнул рукой, подзывая служку.
– Простите, великий воин, – произнёс Хуссейн, как только немного пришёл в себя, – но я должен купцу Джаффару. И если вас интересуют учёные люди, то прошу вас помочь одному человеку. Вместе со мной под Мервом прятался замечательный человек, он из Бухары. Это отличный врачеватель и травник, и ещё он знаток философии, геометрии и алхимии. Его зовут Абу Наср Аль-Бухари. Но лекарь не бросит просто так своих людей, и у него два маленьких ребёнка. Можно ли как-то помочь небольшой общине? А я уговорю своего друга на переезд.
Сегодня просто праздник какой-то! Попробуйте найдите в этом времени грамотных и действительно толковых людей. Нет, в столицах мощных государств и признанных научных центрах они есть. Как оказалось, в разорённом Хорезме их тоже хватает. А значит, надо брать. Тем более что товарищ умеет делать бумагу! Да я его в клетку посажу – золотую, конечно, – но никуда не отпущу. Но и хороший врач тоже нужен. Наш Ашур вынужден до многих вещей доходить сам. С моей помощью, естественно. Только если найти хорошего теоретика, то процесс пойдёт гораздо быстрее. Медицина нам необходима как воздух. Народ мрёт со страшной силой, а мне надо монголов побеждать.
– Тархан, завтра берёшь людей, припасы и выдвигаешься с Гуссейном в Мерв. Только согласуй всё с Тогурмышем. – Оба воина молча кивнули. – И этот человек должен выжить при любых обстоятельствах.
Вижу, что ближники с удивлением восприняли мои слова и оценивающе посмотрели на араба.
– Карча, – зову брата, воспользовавшегося ситуацией и наложившего лапу на остатки пирожных, – объясни почтенному Джаффару, что Гуссейн Гуслия теперь мой человек. Только никого не убивай и сильно не калечь. Мы же мирные гости на этой земле.
Братва дружно грохнула хохотом, испугав подбежавшего служку с новым ляганом плова.
– Но немного его тряхни и проверь, чем промышляет. Если заподозришь, что он разбойничает, то не щади, – продолжаю, когда воины успокоились и потребовали ещё сладостей.
А я только сейчас понял, что назвал учёного именем книжного героя из похождений Ходжи Насреддина. Хуссейн действительно был какой-то беззащитный и напоминал классического фанатика от науки, но явно со стержнем. По крайней мере, он сразу подумал о друге, не испугавшись диких кочевников. Такие люди и вообще на вес золота, а для меня просто бесценны.
Глава 2
– Поднимите руки. А теперь попробуйте покрутить саблю. Заодно можно поработать копьём.
Выхожу на просторную площадку перед кузницей и под внимательными взглядами Карча и трёх воинов достаю саблю. Делаю несколько разогревающих движений, а затем устраиваю небольшое представление вроде танца с тенью. Чувствую, что доспех сидит как влитой. Далее копьё, вернее, дротик. Издаю щёлкающий звук, и под стандартный благоговейный выдох незнакомой публики ко мне подходит Карабаш. У меня такое ощущение, что взгляд у коняшки ироничный и даже насмешливый.
Вытаскиваю из чехла дротик и снова приступаю к упражнениям – укол, отход, замах, блокировка и снова укол. Копьё я с собой не таскаю, поэтому пока обойдёмся его уменьшенным вариантом. Всё, как учил дядя и что сразу пригодилось в многочисленных стычках, которые сопровождали наше пребывание в Хорасане. Далее убираю дротик обратно и достаю лук, благо не нужно надевать тетиву, так как мы решили немного поохотиться после посещения кузни. Несмотря на то, что вокруг полупустыни и голые степи, зверья сейчас хватает. Народа стало в разы меньше, и живность за последние пять-шесть лет неплохо расплодилась. Особенно это касается волков с шакалами и падальщиков вроде грифов. К моему удивлению, оказалось, что здесь водятся самые настоящие гиены, а в тугайных лесах на севере встречаются тигры. В горах немало медведей и снежных барсов. А ещё в регионе хватает кабанов, так как мусульмане считают их грязными животными и не охотятся на них. Но тенгрианцы подобными ограничениями не страдают, а свининки иногда хочется. Вот на кабана мы и решили сходить, благо их немало в зарослях у протекающей рядом реки Теджен.
Отбросив в сторону ненужные мысли, натягиваю лук и улыбаюсь. Мастер – просто волшебник. Не зря я послушал совета хозяина здешнего караван-сарая и посетил кузницу Акбара. Сам факт того, что местный рекламирует чужака, говорит о многом. Кузнец с семьёй успел сбежать из Кара-киданьского каганата, когда там началась замятня. Узурпатор Кучлук не жаловал мусульман и обложил их суровой данью. К тому же с соблюдением закона в державе начались проблемы. Именно поэтому не только воинское сословие, но и городское население, в массе своей исповедующее ислам, с радостью встречали монголов. Ведь вначале воины Чингиса никого не резали, кроме кара-киданьской знати, и в религиозные вопросы не лезли. Да и города не уничтожали, в отличие от хорезмских.
А вот Акбар, тогда ещё подмастерье у своего отца, сбежал на юг, не ожидая ничего хорошего. После долгих скитаний и передряг его семья поселилась в Серахсе, куда мы прибыли пять дней назад. Я давно хотел начать носить индийский пластинчатый доспех, который мне подарили парни. Но надо было подогнать его под мой размер. Вот кузнец и справился с этой задачей за столь короткий срок. В комплекте с бронёй шла сабля производства мадрасских мастеров, но её я давно опробовал в деле. Теперь вместе с наручами, поножами и бардом [8] для Карабаша мы практически неуязвимы. Если добавить к этому мои успехи в освоении длинного копья, то можно считать нас чем-то вроде броневика.
Перед походом мы с дядей долго обсуждали тактику копейного боя. Я сильно удивился, что в этом времени нет держателя для копья, какие обычно изображают у рыцарей и прочих крестоносцев. Таранного удара тяжёлой кавалерии как такового ещё нет. Всадники больше колют противника, чем врубаются в строй, сметая его. По словам Бурче, кара-кидане и монгольские рыцари сильны хорошими панцирями, слаженными действиями всех войск и умением работать саблей. И вообще, воины Чингиса иногда орудуют копьём, держа его двумя руками, что облегчает бой с ними при грамотном подходе. Ведь лошади у нашего противника мельче, и по идее, при сшибке их можно просто снести. Поэтому упор дядю заинтересовал, и он обещал подумать. Но опытный воин сразу объяснил, что для такого метода нужно ещё и специальное седло, так как при ударе есть шанс самому свалиться с коня. Насколько я помню, было ещё и крепление к седлу, но пока не могу вспомнить, как оно выглядит. Поэтому пока мы больше тренируем уколы.
– Мастер, а не хочешь ли ты присоединиться к моей орде? – решаю обойтись без всяких экивоков. – Я сейчас собираю людей, сведущих в разных областях – ремёслах, науке, образовании и военном деле. У меня дома их попросту нет. Пока мои люди расположились в Астерабаде, но в следующем году мы уйдём на северо-запад в куманские степи. Поверь, в этих местах ещё долго не будет мира. Мы тоже будем воевать, но я могу обещать тебе защиту и возможность спокойно работать. Более того, ты сможешь творить. Я же вижу, что твоя кузница кроме оружия делает ещё много полезного. Мне не нужен ответ сегодня. Поговори с нашим лекарем Ашуром, обозником Бураном, они расскажут больше про мои задумки. Заодно пообщайся с недавно присоединившимися к нам учёными Гуссейном Гуслиёй и Насром Аль-Бухари. Думаю, так будет лучше.
– Я подумаю, господин, – степенно ответил шкафообразный кузнец и поклонился.
Вот и хорошо. Со своей стороны надо предупредить Ашура, чтобы он хорошенько обработал мастера. Да и учёный может предложить ему интересные проекты. По вспыхнувшему в глазах Акбара интересу было заметно, что деньги и прочие блага привлекают его гораздо меньше, чем возможность создать что-то необычное. А у меня большие планы по производству осадных и метательных машин. Да и воинов необходимо одеть хоть в самый простейший доспех. Это у условных рыцарей, вроде моих парней и постепенно растущего отряда тяжеловооружённых воинов, с защитой полный порядок. А вот у остального отряда, который неплохо разросся до небольшого войска, ситуация с бронёй и просто доспехами гораздо хуже. Недавно те же разведчики потеряли пятерых людей – и всё из-за отсутствия кольчуг. Парни напоролись на засаду и попали под обстрел лучников.