Детский сад-8 (СИ)

Селена тревожно и вопросительно взглянула на Колра. Тот молча покачал головой.
Итак, Джарри пропал бесследно.
Как и братство.
Столпившиеся в гостиной дети молчаливо слушали, но Селена мгновенно уловила чей-то пристальный взгляд на себя. Вереск. Лицо почти равнодушное, но губы побелели от напряжения. Он слышал всё. Не начнётся ли у него неконтролируемый припадок бешенства, с которым даже братству трудно было справляться? Селена на негнущихся ногах подошла к нему среди расступившихся ребят.
- Космея, позаботься, чтобы Вереск сегодня не оставался в одиночестве, - спокойно сказала она. - Вереск, ты меня понял?
Он помедлил, но кивнул.
Обращаясь ко всем, Селена напомнила:
- Через час - ужин. Думаю, дежурные приготовят всё, как обычно, сами. Если что - обратитесь к Веткину. - Она знала, что говорит лишнее. Но надо было напомнить притихшим и таким же растерянным детям, что жизнь продолжается. И напомнить, что она, их Селена, спокойна, несмотря ни на что. - А пока допивайте свой чай и, дежурные, не забудьте принести горячий чай для Маев и Эрно.
- Мы всё сделаем, Селена, - пообещала Анитра, которая уже стояла рядом с девочкой-магом.
Взрослые уединились в гостевом кабинете - на веранде слева. Селена села в кресло, обычно предназначенное для двоих - для Джарри и для неё. В кресле было… пусто, необычно и неловко свободно. И она не знала, как так сесть, чтобы чувствовать себя уверенно. Подняла глаза. Никто из присутствующих (Ильм остался) не притронулся больше к своим чашкам с чаем. Разве что Колр, сидевший в обнимку с Амандой, жадно прихлёбывал горячий чай, то и дело раздражённо передёргивая плечами. Именно глядя на чёрного дракона, Селена сумела задать первый вопрос:
- Что за сеть на вас хотели накинуть?
- Это была не с-сеть, - хмуро ответил Колр. - Точно не с-сумею ссказать, что это было. Но пох-хоже (он покосился на Бернара) на длинные корни.
- То есть? - с недоумением переспросил старый эльф.
- Я не помешаю? - тихо спросил постучавшийся заранее Трисмегист.
- Заходите, - разрешила Селена, хотя знала, что он войдёт и без её слов.
- Всё прос-сто, - сказал чёрный дракон. - Когда я кружил над тем мес-стом, где пропал Джарри, между деревьями взметнулись чёрные корни. Или же нечто, пох-хожее на корни рас-стений. Они пыталис-сь впитьс-ся в меня. Приш-шлось прибегнуть к огню.
После его слов пауза тянулась бы долго, если бы Селена не решилась.
- Джарри стоял у деревьев, как будто он что-то увидел. Он был в светлой рубашке. Стоял ко мне спиной… Нет, он двигался так, как будто пятился. И на спине сначала появилось тёмное пятно, а потом из него будто вылетели четыре когтя. - Глядя на Трисмегиста, лицо которого было бесстрастно, но в глазах шевельнулось что-то, словно встревожившее его, она добавила: - А Ильм привёл Эрно и Маев, которые летали над заводью и которым неизвестные сломали дельтапланы - расстреляли их из арбалетов. И я не знаю… Впервые не знаю, что происходит и с чего начинать поиски братства.
Снова тяжёлая тишина. Селена вслушивалась в неё, глядя в окно, на рыжее мерцание последних солнечных отблесков, страшась даже подумать, что сейчас с пятью мальчишками… И с Джарри.
Как ни странно, первым заговорил Ильм.
- Старинная “кошка”, - задумчиво сказал он, глядя на огонь в небольшом камине. - Это было очень давно. Даже Чистильщики во время осады пригорода пользовались обычными болтами для своих арбалетов. Четыре когтя - это арбалетный болт, который не просто попадает в добычу, но удерживает её, раскрывая четыре когтя наконечника. Но эти болты давно ушли в небытие.
- Если только не используются в ритуалах, - отстранённо заметил Ривер.
Собравшись с духом, Селена медленно обобщила, размышляя вслух:
- Пропало братство. Пропал Джарри. Хотели похитить Эрно и Маев. Почему - похитить? Оба уверены, что их пытались поймать живыми, а не убить, поэтому разбили их дельтапланы. Вы, Бернар, заходили с детьми в чащу довольно далеко. Но на вас нападения не было. Значит, этим неизвестным нужны были именно Эрно и Маев. Почему именно они? Чем отличаются все пропавшие от других? И зачем они понадобились неизвестным?
 
- Ливень с-смыл с-следы Джарри в лес-су, - мрачно сказал Колр, которому явно не понравилось упоминание Эрно. - Значит, начинать поис-ски придётс-ся с братс-ства. Мы знаем, куда они направилис-сь пос-сле уроков. Дождя там не было. Берём на вс-сякий с-случай оружие - и едем немедленно.
И даже Аманда, прижавшаяся к своему семейному, не стала возражать.
Глава шестая
Кто такой эгоист - Коннор знал. Так Селена в сердцах назвала Вереска, когда отчитывала его за то, что он думает только о себе. Потом Коннор “ушёл” в личную библиотеку и в одной из тамошних более или менее современных книг узнал, что слово “эгоист” относится к социально-психологическим понятиям и обозначает существо, которое ставит себя и своё мнение выше других.
Сейчас он шёл, то с трудом выдирая ноги из болотистой почвы, то почти вслепую шагая в нагромождении сучьев, а то и перелезая стволы павших деревьев, которые так противно проламывались там, где бесконечный дождь довёл их до гнилостного состояния. Коннор шёл, чувствуя, что и он сам пропитывается этой беспощадной водой, и размышлял, примеривая к себе значение того надменного слова, которое впервые услышал от мамы Селены.
Наверное, он эгоист. Просто раньше этого не замечал. Ну, кроме того случая, когда дрался с одичавшими оборотнями, когда драться не надо было… С того времени как за спиной оказались Мирт и Мика, он то и дело думает: будь он в этом лесу один, может быть, он давно бы выбрался из этого местечка. Ну… Если бы не надо было спасать братьев. Он бы пошёл за теми тремя, которые приковали его к капищу, и убил бы их. Убить легко: что - что, а некромагические силы собрать здесь можно в любом объёме, после чего послать смертоносное заклинание в спину его личным убийцам. И здесь он уверен, что имеет право бить в спину. С таким противником играют по его же правилам… А потом, когда они бы умерли, он так же легко снял бы с них информацию, где он находится и как отсюда выбраться. И выбрался бы… Но зов братской крови заставил его застрять здесь. И приходится тратить силы, выручая слабейших.
Мимо будто прошёл Джарри и усмехнулся: “Мой старший сын так жалок и слаб, что готов свалить вину за своё положение на братьев?”
Коннор чуть не споткнулся.
И тут его поразила странная мысль: почему - слабейших? Про Хельми, например, этого не скажешь. А значит, он, Коннор, просто более везучий?
… Углубившись в странные для себя размышления, видимо навеянные монотонным бегом или шагом, Коннор не заметил, что ливень ненадолго перешёл в более спокойный дождь, но затем рванул с новой силой. Впрочем, заметить какие-либо изменения сейчас стало трудно: по инстинктивным впечатлениям, наступила глубокая ночь. Так что тьма, будто лившая вместе с дождём с неба, в любом случае стала непроницаемой.
Коннор, поневоле застрявший на полпути к следующему капищу из-за решительно преградившего путь поваленного дерева, слишком длинного, чтобы обойти, уже несколько минут разбивал кулаками и ногами его податливый, мягкий от гнили ствол, когда неожиданно, а главное - почему-то сбоку услышал:
- О-о!.. О-о!..
Не сразу понял, что кричат его имя.
Отвернувшись от наполовину разбитого ствола, он бросился назад. Про себя удивлялся, когда это ребята успели отстать. Шли-то чуть ли не в пяти-шести шагах от него. И угрюмо подумал, что теперь трудно будет найти тот короткий путь, которым они следовали только что. А значит, он зря терял время и силы, стараясь пробить дерево не только необъятного обхвата, но и неимоверной длины. Хотя… Заставил себя пошевелить заледеневшими губами - прочитал заклинание “обратного пути”. Может, и сработает.
 
В густом ливне он здорово врезался пальцами ноги во что-то твёрдое и только зашипел от боли, как внезапно в трёх шагах от себя, слева, услышал плачущий голос Мики, явно стоявшего к нему спиной: