Эпоха Опустошителя. Том II (СИ)

Аркас, Ганграт, Цуг, Тэйн, Рамас и Диана. Необычайно разношерстная компания ныне собралась в одном месте.
— Видел бы ты, какой переполох начался, стоило тебе отрубиться, — оголтело продолжил лепетать Цуг. — Хаззак первым рванул вперёд. Мараал пытался помочь. Разгорелся такой гвалт, что еще на протяжении нескольких часов он продолжался во многих уголках лагеря.
— К тому же по витающим слухам, — вклинился в беседу Тэйн. — Когда тебя оттаскивали в лазарет Сиана Аванон и Кайса Ксант о чем-то жестко дискутировали, то и дело тыча пальцем в твою сторону.
— Могу сказать, что высшую знать ты взбодрил более чем удачно, — расплылся в широкой улыбке Аркас.
Какого беса они улыбаются? Тут рыдать надо!
— Ты всех здорово напугал, — подал голос Рамас, а затем словно специально подлил масла в огонь. — Так ты всё-таки можешь убивать?
Я ждал этого вопроса.
— Не могу, — покачал я разочаровано головой. — Мне пришлось многим пожертвовать, чтобы отнять жизнь того отброса. На постоянной основе я не с умею сеять смерть.
— Всё-таки ты проклят, Ранкар, да? — пробасил угрюмо Ганграт переглядываясь в остальными.
— В какой-то мере вы правы, — пробурчал невнятно я, тяжело выдыхая и морщась. — Возможно, я и в самом деле проклят.
На мгновение возникла гнетущая тишина, и чтобы хоть как-то её разбавить я совсем чуточку усмехнулся и указал глазами на новые жетоны боевой ассоциации, что свисали с серебряных цепей на шеях у ребят.
— Вы тоже на месте не сидели, не так ли?
— Закалённый истязатель, — с довольной улыбкой согласился полубог, извлекая наружу новенький знак воителя. — Сами такого не ожидали, но коллизия сделала нас сильнее. Вероятнее всего, беда и удача всегда хотя рука об руку. Мы хоть и потеряли много наших друзей, — с грустью добавил Арк, — однако прошлого не вернешь. Мы помним каждого из них. Будем помнить всегда, но жить отныне станем по-новому, не оглядываясь на минувшее. Грат теперь одного ранга со мной, — усмехнулся радушно он, указывая глазами на терата, а после на тифлинга и падшего. — Тэйн и Рамас незакалённые истязатели.
— Хотя я очень удивлён, что моя сила растёт даже в такой ситуации, — пожал плечами бывший серафим с печальной усмешкой. — Повторное становление зачастую невозможно. Рад тому, чего смог достичь.
Ну да. Его ведь сделали своеобразным калекой свои же и лишили всего, что он имел ранее.
— А я… я незакалённый губитель, — похвастался робко Цуг.
— До Мастира Коллапса рукой поддать, — ободряюще хлопнул я по плечу парня, на что тот удовлетворённо зарделся.
Впрочем, в следующее мгновение пацан смог меня удивить. В глазах у него зажглась решимость и тот, как на духу задал вопрос, который невольно выбил меня из колеи:
— Ты научишь меня сражаться, Ранкар? Хочу биться как! Ты же… обещал, — с надеждой воззрился на мою непроницаемую физиономию Цуг. — Я не хочу быть балластом для ребят. Знаю, что это очень нагло и мне нечем тебе отплатить, но в будущем можешь попросить о чем угодно. Ведь твои техники удивительны. Их даже оценили благородные.
Причем сюда по физиономиям «Осколков» те уже ожидали нечто подобного от юнца.
Проклятье! Не думал, что он о таком попросит. Вот же зараза! Но если смотреть с другой стороны, то я дал слово, а значит… Стоп-стоп-стоп! Какие ко всем вшивым причиндалам техники?
— Во-первых, что еще за техники? — нахмурился вдруг я, глядя на полубога. — О чем он?
— Боевые техники. Твои боевые техники, — с недоумением пояснил тот. — Существует множество разнообразных воинских знаний, которые передаются из поколения в поколения. Рядовой воитель из простолюдин может обучится лишь самым низкопробным и общеизвестным. Ты сражаешься иначе. Не так как мы. Ты бьёшься как… аристократ.
Мою собачью жизнь! Я даже такого не знал.
— Многие благородные держат в секрете свои техники ото всех, — тихо отозвалась Диана, привлекая всеобщее внимание и поясняя мне суть. — Они дополняют их, развивают и шлифуют десятилетиями. Как итог воители становятся сильнее благодаря им. Никто не будет разбрасываться драгоценными знаниями налево и направо. Это чересчур дорого.
 
Мириада сраных бед! Вот так новость. Я знал, что Бетал хорошо, но, чтобы настолько?
— Слишком выдал себя? — чуя неладное поинтересовался я.
— Всё в порядке, — поспешил успокоить меня Аркас. — Те, кто заметили и так понимали, что ты на кое-что способен. Но стоит сложить твой оттиск и пробуждение, то всё в меру логично.
Это неидеально. Совсем неидеально. Даже чревато. Но скрываться сейчас нет смысла.
«Не правда ли, Руна»?
Телом я хоть и был вместе со всеми, но вот мыслями и сознанием находился в абсолютно ином пространстве. Впрочем, как не крути, но дела и вправду вырисовывались до невозможного дрянными. Теперь многие считают, что я некий тёмный экзекутор. Если же кратко, то тёмные экзекуторы — это немного свихнувшиеся одарённые, которые сильнее прочих подвластны стихии тьмы. То есть взяли самую худшую её часть. Вероятнее всего, то, что я провернул с Ирлатом, высшая знать интерпретировала по-своему. Ведь от генеральского сынка остался неполноценный труп, а заметно иссушенная его часть. Можно сказать, что в момент пробуждения и под влиянием мрака я малость перегнул палку и попросту выжег ублюдка потоком магии.
Магией, которой, сука, не обладаю. Дрянь!
Первое, что я лицезрел, заглянув во внутренний мир, так это обессиленную Руну. Девчонка сейчас походила на бледную тень себя прежней. Тень спаты настолько слабо мерцала, словно могла развеяться от любого дуновения ветра.
От увиденного я даже не на шутку разволновался и тотчас рванул к сожительнице, но стоило разобраться в ситуации, как изо рта вырвался облеченный выдох.
— В порядке…
Лишь первое впечатление оказалось смертельным. В остальном та крепко спала. Свернувшись калачиком, Альяна мирно дремала у самого основания колоны. Однако странным было не то, что девчонка находилась в полной отключке, а то, что черная колонна, которая на некоторое время оказалась распечатанной претерпела кардинальные изменения.
В худшую или же лучшую сторону я попросту не знал.
Ранее каждый из этих восемнадцати разноцветных столбов лишь тихо вибрировал и периодически мерцал. Сейчас же на шероховатой поверхности черного исполина появилась странная тёмная дымка. Образующееся марево будто едкая кислота медленно разъедала ограничивающие цепи. Оно неспешно и самостоятельно подтачивало оковы. Складывалось впечатление, что сокрытая и вырвавшаяся на десять секунд во время сражения мощь даже сейчас пыталась вырваться наружу, почуяв крохи энергии.
Честно признаться такие перемены невольно насторожили, потому как я отчетливо помнил каждое слово того неизвестного и не сказать, что подобное сулило мне небесными благами.
«Если… если ты меня слышишь, то этот момент наступил… Момент, которого я боялся всю жизнь с секунды твоего рождения… Кто бы это ни сделал и для чего бы это не было сделано… Молю тебя, сдерживай себя… Заклинаю всем сердцем и душой, не дай этой силе поглотить тебя… Не дай ей поработить твой разум… И если сможешь, то… прости меня…»
Кто он? Кому принадлежит голос? Почему этот «Некто» боялся этого всю жизнь? Почему он умоляет? Почему я должен сдерживаться? И за что он просит прощение? В принципе, если именно он наложил на меня все эти печати, то частично понятно, за что… Ублюдок исковеркал мне жизнь! Но всю ли я правду знаю? Сомневаюсь.
— Проклятье. Как же много вопросов… — выдохнул тяжело я, присаживаясь рядом с Руной и с грустью глядя на мерцающий силуэт своей маленькой помощницы. — Спасибо тебе, малышка. За всё. Раздобуду я для тебя пищи, а пока отдыхай. Остальное оставь на меня. Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.
— Ранкар…
В одно из мгновений по старой привычке тело внезапно дёрнулось выше, чтобы подняться на ноги и покинуть внутренний мир, но невзначай правая рука коснулась той самой черной дымки. Не прошло и секунды как тёмное марево тотчас объяло руку до локтя и прямо на глазах впиталось без каких-либо проблем под кожу.