Смертник из рода Валевских. Книга 2 (СИ)

— Благодарю, отец Двар. Вы всё сделали правильно. Отец Фрас?
Обладатель серой мантии поднялся со своего места, ничуть не смущаясь пристального внимания высших иерархов церкви. Совсем недавно встречи, подобные текущей, в Крепости случались от силы раз в два-три года. Одновременно собрать в одном помещении верховного епископа, девять глав регионов, а также всех высших иерархов Крепости довольно непросто. У каждого есть безотлагательные дела и подстроиться под график остальных практически нереально. Во всяком случае, так было раньше. Но сейчас настали такие времена, что всеобщая встреча высших иерархов церкви Заракской империи состоялась уже второй раз за неполный месяц. Причём оба раза по одному и тому же поводу — решение судьбы тёмного смертника по кличке Макс. 
— Тьмы в нём нет, — коротко отчитался отец Фрас и сел. Свою миссию обладатель серой мантии исполнил. 
— Отец Пруч? — верховный епископ сдержал ухмылку. Он-то давно свыкся с таким поведением контролёра тьмы, но главы регионов, считающие себя центрами принятия решений, недовольно засопели. Вознёсшиеся на вершину церковной власти, они ждали почтения от каждого служителя Света и любое пренебрежительное отношение считали личной обидой. Вот только отцу Фрасу на это было глубоко наплевать — контролёров тьмы боялись трогать даже епископы. Это была отдельная каста неприкасаемых, попасть в которую считалось чем-то невозможным.
— Окончательный анализ содержимого разлома будет готов только через месяц, — обладатель синей мантии поднялся со своего места и передал помощникам кипу бумаг. Служители пробежали по кабинету, передавая высшим иерархам отчёт хозяйственного отдела. — Однако предварительную оценку мы готовы дать уже сейчас. Прошу ознакомиться с отчётом, я отвечу на ваши вопросы.
— Здесь какая-то ошибка? — епископ Цват, глава центрального региона, первым высказал свои сомнения. — Шестьдесят четыре еми? Как такое возможно?
— Здесь нет ошибки, епископ, — в отличие от отца Фраса, хозяйственник старался угодить всем и каждому, потому кланялся чуть ли не через каждое слово. — Это был разлом восьмого уровня, в нём находилось восемь гвардов, с каждого из которых было получено по восемь еми. Судя по всему — по одному за каждый уровень, но без статистики говорить что-то тяжело. Один разлом, пройденный темным смертником Максом, дал нам треть всего еми, что мы добыли в прошлом году. Что считался лучшим за несколько последних десятилетий. 
— Что такое трам? — епископ Ласк, глава северного региона, увидел незнакомое слово.
— Материал, несколько сотен лет считавшийся сказкой, потому исключённый из общего перечня получаемых ресурсов. Он добывается только из эксклюзивных тварей восьмого уровня. На верхних этажах его нет.
— Отец Грон, нужны пояснения, — верховный епископ обратился к обладателю чёрной мантии. Исследователь Крепости с кряхтением поднялся на ноги, мыслями витая в другом месте. Собрание утомляло и бесило мастера, желающего как можно скорее вернуться в лабораторию и продолжить опыты. 
— Согласно архивам, трам предназначен для увеличения качества магических камней. Наделения их новыми свойствами и улучшения текущих параметров. Всё это требует тщательного изучения, но уже сейчас можно достоверно утверждать — с помощью трама камни магов могут стать минимум в два раза мощнее текущего состояния. Причём без вложений в уровни и грани. 
— То есть все эти невозможные в обычных условиях цифры по количеству добытых ресурсов на самом деле реальны? — продолжил допытываться епископ Цват. 
— Совершенно верно, — подтвердил хозяйственник. — Поэтому нам и требуется время, чтобы завершить точную оценку. Чем ниже уровень, тем больше материалов добывается с каждого тёмного. Но ресурсы — это мелочи. Приятный бонус. Прошу обратить внимание на последние страницы. Магические камни элитного и даже эксклюзивного ранга. Я специально поднял архивы — такого улова не было за всю историю Крепости. 
— И всё это добыл тёмный? — не поверил епископ Цват.
— Камни и ресурсы добыты служителями Света, обученными разделке неповреждённых тёмных. В нашей империи таких всего четыре человека, поэтому потребовалось так много времени. Обычное прохождение разлома подразумевает тотальное уничтожение всех тварей, поэтому нам приходилось довольствоваться только останками. То, что совершил смертник, в корне меняет подход к закрытию разломов. 
 
В кабинете повисла тишина — главы регионов изучали предоставленные материалы, стараясь сдержать эмоции в узде. То, что они видели, действительно в корне меняло многое. Однако не всем удалось сохранить невозмутимость — с каждым прочитанным листом лицо епископа Ласка всё больше и больше расплывалось в довольной ухмылке. Разлом, отчёт по которому он держал в руках, находился в северном регионе. Его регионе. Значит, по законам Крепости тридцать процентов всех добытых ресурсов или их эквивалент в золоте принадлежит его епархии. Что едва ли не разом выводит епископа Ласка в разряд влиятельнейших глав региона. Мало кто мог похвастаться наличием таких ресурсов. 
— Что сейчас с тёмным? — спросил епископ Цват, отложив в сторону отчёт. 
— Он по-прежнему без сознания, — ответил отец Двар. — Ускоренное прохождение разлома высушило его, превратив в мумию. Критичное измождение. Мы поддерживаем в нём жизнь, но не приводим в сознание. Сделаем это, когда совет назначит дату казни. 
— То есть повторить такое закрытие разлома он не сможет?
— Доподлинно это неизвестно, но есть предположение, что его состояние обусловлено именно скоростью, с которой он закрыл разлом. Если у тёмного будет больше времени на адаптацию к уровням, то даже более глубокие разломы не станут для него препятствием. Девятка, возможно даже десятка. Вопрос только в том, сколько времени понадобится на адаптацию. Несколько дней ему потребовалось на седьмой уровень, две недели на восьмой уровень. Если прогрессия сохранится, то для перехода на девятый уровень, уточню — для безопасного перехода на девятый уровень, может понадобиться несколько месяцев. На десятый — несколько лет. Всё слишком неопределённо — раньше с таким мы не сталкивались. 
— Прошу остаться в кабинете только глав регионов, — произнёс верховный епископ и спустя несколько мгновений в помещение осталось только десять человек. 
— Прежде, чем мы начнём голосование, я хотел бы кое-что добавить, — отец Ург посмотрел на каждого главу региона. — Все вы стараетесь не допускать в своих землях разломов выше четвёртого уровня. Потому что требуется слишком много ресурсов, чтобы их закрыть. Но что, если этого больше не потребуется? Все вы прекрасно знаете, что нужно сделать, чтобы добавить разлому дополнительных три-четыре уровня. Что, если теперь это станет вашей главной головной болью? Всего полгода и каждый станет обладателем восьмёрки, а то и девятки. 
Верховный епископ ещё раз взял в свои руки отчёт хозяйственников и демонстративно его пролистал.
— Епископ Ласк, что скажете по поводу своих тридцати процентов?
— Только то, что северный регион, наконец-то, получит возможность купить материалы и восстановит разрушенные участки Стены. Наконец-то сбудется то, о чём я прошу Крепость последние шесть лет. 
— Вы прекрасно знаете финансовое положение церкви, — продолжил отец Ург. — Империя погрязла в собственных противоречиях, в которых нет места сражениям с тёмными. Но впервые за много десятилетий у нас появился шанс возродиться. Стать сильнее. Навязать свою волю империи. Вопрос только в одном, на что мы готовы пойти ради этого? Я открываю голосование. Прошу поднять руку тех, кто считает, что тёмный смертник Макс должен отправиться на костёр, независимо от того, какую пользу он может принести церкви Света.
Четыре руки сразу взмыли вверх — ортодоксальные главы южного, юго-западного, юго-восточного и западного регионов не отказались от своего изначального мнения. Тёмным не место в этом мире.
— Прошу поднять руки тех, кто согласен с тем, что тёмный смертник Макс должен остаться в живых.