Смертник из рода Валевских. Книга 2 (СИ)

— Мне нужно отправить письмо императору, поможешь? — спросил я, делая вид, что эмоциональный монолог прошёл мимо меня. 
— Письмо? — нахмурилась сестра Алия, словно услышала нечто невозможное.
— Письмо. Хочу написать прошение о пересмотре своего дела. Считаю себя и свой род невиновными, обвинения герцога Одоевского лживыми, состоявшийся судебный процесс предвзятым. Над формулировками мы, если честно, ещё не думали. Только над тем, что такое письмо обязательно должно быть написано.
— Тебе никто не позволит его отправить, — заявила сестра Алия. — Ты смертник. Собственность Крепости. Существо, вычеркнутое из мира живых. 
— Вот мы и подошли к главному. Когда мне нужна помощь — ты идёшь в отказ. Когда тебе нужна информация — ты наседаешь с вопросами. Не ты ли говорила о взаимном сотрудничестве, куратор? Я не наблюдаю ничего похожего. 
— Повторю — барона Максимилиана Валевского больше не существует. Он умер. Официально. Если в канцелярии императора появится бумага за подписью умершего человека, эту бумагу отправят в архив. Или сожгут. Но это если бумага там вообще появится — для смертников лист бумаги и ручка стоят дороже калиманского табака и шурганского вина. То, что ты спокойно пользовался письменными принадлежностями в академии, является лишь исключением из правил. Но даже там у служителей Света есть строгая задача пересчитывать листы, фиксируя всё в своих отчётах. Ты не только не сможешь отправить письмо, ты даже не сможешь его написать.
— Поэтому мне и потребуется твоя помощь. Помнится, ты говорила, что можно нанять убийц? Значит, можно сделать так, чтобы у меня появилась возможность написать письмо, после чего оно появится в канцелярии императора. В папке «Важное». Обеспечь мне это и тогда мы сможем нормально работать. Что касается предупреждения относительно Крепости — спасибо, буду внимателен. 
— То есть ты даже намёка мне не дашь о том, почему из гварда не был получен еми? 
— Прямо сейчас мой ответ: «Понятия не имею, о чём ты говоришь». Но он может измениться, если я получу желаемое. Гарантированно получу. С подтверждением. Снимай полог, нечего пугать мою группу.
Сестра Алия смерила меня недовольным взглядом, но подчинилась. 
— Второй, у нас проблемы. Судя по словам нашего куратора, письмо от смертника даже рассматривать не станут. Есть идеи, как это победить?
— Нужна литература, — законник вернулся на своё место и посмотрел на сестру Алию. — Свод правил смертников, полный свод законов о смертниках и, пожалуй, свод законов о реабилитации. Последний самый предпочтительный. Думаю, начать изучать процесс нужно оттуда. Как я могу это всё получить? 
— У вас впереди второй разлом, вы вольны заказать себе всё, что угодно. Если сможете доказать, что это целесообразно, — произнесла сестра Алия безжизненным голосом. — Сегодня вас ознакомят с правилами Крепости, где указаны основные пункты взаимоотношений смертников с церковью. Всё, что вне этих правил — только за дополнительную плату.
Второй недовольно скривился, но не посмел выразить своё несогласие. 
— Может, мы всё же постараемся найти общие точки сотрудничества? — предложил я. — Моя группа знает, кто я такой и почему ты приставлена ко мне. 
— Твоя группа будет расформирована, как только вы попадёте в Крепость, — голос сестры Алии не изменился. Он оставался таким же холодным и безжизненным. — Она не зарегистрирована, люди выделены для прохождения разломов, но никто не ожидал, что мы вернёмся в Крепость раньше, чем закончим с ними. В следующий разлом ты можешь отправиться в составе другой группы. У меня есть задача и я собираюсь её выполнять. В списке переменных этой задачи фигурирует только смертник Макс, но никак не его группа. 
— Что нужно сделать, чтобы наша группа осталась единой боевой единицей? Даже после попадания в Крепость?
— Регистрация. Но это практически нереально. Первое — эти смертники ещё официально не числятся в братстве. Второе — группа не может состоять из людей, официально не числящихся в Крепости. Это о тебе. Раз в неделю группа обязана принять или отказаться от принятия задания. Через три недели ты вернёшься в академию и пробудешь там два с половиной месяца. Это десять недель. Десять непринятых заданий, каждое из которых уменьшает рейтинг участников на пятьсот единиц. Их убьют раньше, чем ты попадёшь в Крепость.
 
— Почему я не могу раз в неделю закрывать разлом? Много времени это не займёт.
— Потому что сейчас тебе выделяют разломы, находящиеся в нескольких часах пути от столицы. Через три недели такой поблажки не будет и разломы могут оказаться у самых окраин империи. Куда только ехать придётся несколько дней. Закон запрещает тебе покидать академию более чем на трое суток. 
— Практически нереально и нереально — разные сущности, — заметил Первый. 
— Разные, — согласилась сестра Алия, не переставая буравить меня взглядом. — Только я не понимаю, для чего мне нужно заботится о вашей судьбе? Вы не являетесь моим заданием. 
— То есть тебе что-то нужно от Макса, но он отказывается тебе это давать? — продолжил Первый свою мысль. — И ты встала в позу, решив надавить на него через нас?
— Ещё одно подобное высказывание, смертник, и я прикончу тебя. У тебя нет права разговаривать таким тоном с представителем церкви Света.
— Прошу простить мне мою бестактность, — побелел Первый, но сдаваться явно не собирался. — Забылся и позволил себе лишнее. Хотя… Насколько я помню, я ещё не ставил подпись под ознакомлением с правилами Крепости. Откуда простой смертник может знать принципы общения со служителями Света, если эти самые служители даже не удосужились ознакомить смертников с ограничениями?
— Не стоит испытывать моё терпение, смертник, — сестра Алия даже не думала повернуться в сторону Первого. 
— Но я всё же продолжу свою мысль. У Макса есть информация, которая вам нужна. У вас есть возможности, которых нет у нас. Может, имеет смысл пойти друг другу навстречу и дать каждому то, что тому нужно? Мы вам информацию, вы нам свод законов и регистрацию группы? Если вы приставлены к Максу как точка его соприкосновения с Крепостью, может, есть смысл пойти на уступки и показать, что эти отношения могут приносить не только цепь на шею, но и пользу? Что вы не только наш кнут, но ещё и можете быть пряником?
— Предположим, я действительно могу сохранить текущий состав группы и даже знаю, как выделить вам наиболее близкие разломы для прохождения, — в голосе сестры Алии появились эмоции. — Предположим, я помогу вам получить требуемые законы и даже обеспечу доставку бесполезного письма. Что я получу взамен? Очередное фырканье со стороны Макса и слова «понятия не имею?». Так они у меня и так есть. До тех пор, пока между нами нет подписанного договора, я являюсь лишь куратором группы, не более. 
— Ты получишь информацию о том, что произошло с гвардом и почему вы не получили того, что хотели, — решился я. — Согласен с Первым — прежде чем начать доверять, нужно научиться сотрудничать. Давай попробуем. 
— Я должна знать это до того, как мы попадём в Крепость, — безапелляционно заявила сестра Алия. — Мне нужно понимать, каким образом выстраивать вашу защиту. То, что Крепость лишилась ценной добычи, должно быть обосновано. 
— Какие у меня есть гарантии, что ты выполнишь свою часть сделки? — спросил я.
— Моё слово. Большего ты не получишь.
— Хорошо, пусть будет твоё слово. Давай попробуем доверять друг другу. Информация должна быть закрытой или я могу говорить в присутствии других?
Сестра Алия, наконец, снизошла до того, чтобы посмотреть на трёх других смертников. Какое-то время девушка думала, после чего произнесла:
— Выбор за тобой. Если они станут частью нашего договора, то к ним будут применяться те же правила, что и к тебе. За тем исключением, что они простые смертники.
— Сразу вопрос. У меня может появиться камень. Верховный епископ уже предупредил, что для меня он бесполезен, но что насчёт моей группы?
— Ты невнимательно слушал, — Второй пришёл на помощь. — То, что нельзя тебе, нельзя будет и нам, о чём бы ты ни спрашивал. Пока у нас нет информации о тебе и том, что хочет от тебя Крепость, мы являемся никому ненужными смертниками. Но как только получим доступ, появится зависимость. Я не против того, чтобы ещё раз отодвинуться в сторонку. Лишних проблем в будущем нам не нужно.