Призрак замка Гримуар. Рождественский детектив
– Ты как всегда, – обиделся Женька. – Клещами из тебя ничего не вытянешь, пока ты сама не решишь рассказать… Может, хоть намекнешь?
– Потом. Пока это все равно не важно…
Женька крякнул.
– Ладно, а кто из гостей все-таки отдал записку сыщику? – спросил он.
– Только мадам Бриль, Елена, повар, Ван Фу и летчик, – ответила Мари. – Остальные, как они говорят, посчитали ее розыгрышем. Или просто не нашли, как хозяин.
– А почему ты тогда не поставишь для каждого, кто отдал записку, прочерки в таблице? Ведь они тоже теперь вне подозрений!
– Нет-нет. Это еще не является доказательством невиновности. Записку можно было передать сыщику, а потом все равно подняться в библиотеку. Я поставила прочерки только для тех, кто точно был на виду во время ловушки.
– Можно я взгляну? – Леонид наконец высвободил блокнот из-под громко мурчащей упитанной тушки Амадея и провел пальцем по таблице.
– Да, круг подозреваемых сузился значительно, – одобрительно кивнул он. – Кстати, а вы заметили, что Симон на время ловушки не имеет алиби? Мюллер сказал, что он отлучался из холла, чтобы взять таблетки. И у летчика есть мотив! Как ни крути, он пока одна из самых подозрительных личностей.
– Так почему бы нам не арестовать всех до поры до времени? А там пусть полиция разбирается! – воскликнул Женька.
– Презумпция невиновности, Евгений… Нам не удалось поймать никого на горячем, и у нас нет доказательств, одни предположения… – Мари потерла подбородок. – И все же, как преступник умудрился скрыться из библиотеки? – Она стукнула ладонью по ручке дивана. – Это не дает мне покоя. Это просто физически невозможно! – Мари встала и прошлась по комнате. – Пока мы этого не выясним, любые наши подозрения – пустые догадки!
Она взяла блокнот у Леонида и перелистнула страницу.
– Список вопросов не уменьшился ни на строчку, – вздохнула она. – А сейчас он еще и пополнится новыми вопросами без ответа… Почему не все отдали сыщику записку? Действительно ли управляющий хотел устроить засаду или просто отвлекал внимание? Как преступник незамеченным проник в библиотеку? Куда он исчез? И как Амадей попал на карниз?
Они помолчали.
– Что будем делать? – спросил Леонид.
Женька почесал затылок.
– Может, уже пора начать паниковать? – предложил он. – Когда ничего не остается, нужно впадать в панику. Я всегда придерживаюсь это правила.
– И как, помогает? – ухмыльнулся спортсмен.
– Да не очень, – пожал плечами тот. – Но так, по крайней мере, у меня всегда есть занятие.
– Пора приступать к допросам, – сказала Мари.
Она отставила чашку с какао в сторону и поднялась с дивана.
В комнату кто-то постучал. Дверь отворилась, и на пороге показалась мадам Бриль.
– Кажется, я знаю, из какого оружия в вас стреляли. – Она вздохнула. – У Мюллера, знаете ли, украли мой револьвер.
Глава 39
– Чего ради его туда понесло? – спросил я, разглядывая зловещую стену.
– Позвольте мне погрузиться в прошлое, – проговорил владелец, склонил голову и приложил кулак со штопором к лысому лбу.
На лестнице Мари столкнулась с сыщиком. Тот был явно не в духе.
– Да-да, Мари, – сказал он, теребя уже почти оторванную пуговицу на рубашке. – Револьвер украли из моего номера. Кто-то пробрался ко мне в комнату. Никудышные замки… – Он почесал за ухом. – У меня только один вопрос: Алексей или летчик – кто из них?
Мари быстро спустилась в холл. Симон сидел на самом краешке своего кресла у камина, обхватив себя за плечи руками. Спина его была напряжена. Он тяжело дышал и постукивал кончиком ботинка по полу, выбивая неровный ритм.
Увидев Мари, летчик угрюмо кивнул ей, немного помолчал и вдруг разразился гневной тирадой:
– Эта полицейская ищейка меня подозревает! – Он хлопнул себя ладонью по колену. – Меня, Мари, меня! Вопиющая бессмысленность! И, знаете ли, это очень ранит. В мои-то годы, в моем положении… Нет, ну что за Армагеддон тут творится?
Мари присела с ним рядом.
Летчик глянул на нее исподлобья и насупился.
– Я же вижу, что и вы меня подозреваете! Но поверьте, это не я! – Он потряс кулаками в воздухе. – Этот парень, Феликс… Он порядком действовал мне на нервы. И, хоть это и грешно, я очень рад, что провидение избавило меня от него. Мне теперь не нужно выкладывать астрономическую для меня сумму, влезать в долги… Каюсь, я азартен! – Он опустил голову, прикрыл лицо ладонями. – Но я не убийца, Мари! Я не убийца! – Симон запустил пальцы в волосы, помотал головой, потом в бессилии откинулся на спинку кресла.
Мари внимательно посмотрела на летчика.
– Я ни в чем не обвиняю вас, – ровным голосом сказала она. – Поверьте, я тоже очень хочу разобраться в этой истории. Пожалуйста, расскажите мне, как пропало снотворное.
– Снотворное? – Симон заморгал и медленно покачал головой из стороны в сторону. – Почему вас это так интересует? Я уже всем рассказывал: это все Феликс! В тот вечер перед самым рождественским ужином он заходил ко мне в номер. Феликс и украл, даю руку на отсечение!
– Почему вы так уверены, что это он?
– А кто же еще? – буркнул летчик и скривился.
– Расскажите подробнее о том вечере, – попросила Мари.
– Хм… – Он задумался. – Ну, я поднялся к себе, чтобы принарядиться перед ужином. Хотелось, хм… – Он смущенно откашлялся, потянул себя за воротник, щеки его покрылись румянцем. – Хотелось, верите вы или нет, произвести впечатление на даму. Она такая элегантная женщина, ну прямо тигрица в перьях! Надо и мне соответствовать, я же с самыми серьезными намерениями… – Он развел руками. Мари заметила, что мочки ушей его порозовели. – В общем, я как раз выбирал галстук к рубашке, и тут в дверь постучал Феликс! Он сразу же протиснулся ко мне в номер, этот наглец! Спросил, когда ужин и нет ли у меня чего-нибудь перекусить, представляете? Праздничный ужин вот-вот должен был начаться! И Феликс прекрасно знал об этом! Я ему так прямо и сказал! И попытался выставить его за дверь. Мне же еще нужно было выбрать галстук, понимаете! А он не ушел. Начал бродить по моему номеру, встал у окна… – Летчик нахмурился, припоминая, подергал себя за бороду. – Кажется, сказал, что снаружи метет, как в аду… А бутылочки с лекарствами у меня как раз на маленькой тумбочке у окна, чтобы легко можно было дотянуться ночью… Там-то и было снотворное! – Летчик крякнул и поднял вверх указательный палец. – Ага!
– То есть Феликсу зачем-то срочно понадобилось зайти к вам в номер, и он подходил к тумбочке, где стояло лекарство? М-да, это подозрительно, – задумчиво сказала Мари. – А когда вы обнаружили пропажу?
– Да уже ночью.
– А после Феликса вы никого не видели?
Симон секунду помедлил.
– Нет. Больше никого!
Мари внимательно посмотрела на его порозовевшие щеки и сменила тему. «Интересно, – подумала она. – Пожалуй, следует попробовать тактику с вороной и сыром. Ворону надо отвлечь, и она выронит сыр…»
– Скажите, а куда направился Феликс после того, как заходил к вам?
– К лестнице, – тут же ответил летчик. Он выдохнул и заметно расслабился. – Я думал, что он, наверное, пойдет к себе в номер. Но когда я выглянул в коридор, он шел в другую сторону. Да-да, он пошел к лестнице или куда-то дальше, я уж не знаю. Из коридора плохо видно… А около его номера была мадам Б… – Симон внезапно запнулся и испуганно замолчал. Лицо его покрылось красными пятнами. Он прокашлялся. Через мгновение он взял себя в руки поправился: – Я выглянул в коридор, и Феликс шагал в сторону лестницы, а не к себе. Я это точно видел! – Он насупил брови и исподлобья посмотрел на Мари.
«Вот как, – подумала она. – Фаина у нас не только шикарная, но и весьма любознательная дама». Она внимательно посмотрела в глаза летчику.
– Симон, значит, вы видели мадам Бриль возле номера Феликса, так? Она заходила к нему в комнату?