Призрак замка Гримуар. Рождественский детектив
Она усадила приятеля на стул, подхватила с подноса пирожное и ловко отправила его Женьке в рот. – Садись, жуй и дыши глубже!
Женька покорно сел обратно на софу и принялся пережевывать пирожное.
– Прости, – продолжила Мари серьезно. – Если в этом доме есть зло, потустороннее или вполне обычное, земное, моя обязанность – разоблачить его. Я должна навести порядок. Я не могу иначе. Извини, друг. Если ты хочешь уехать – я тебя не держу.
Женька как-то сразу сник, насупился и исподлобья посмотрел на Мари.
– И что с тобой будешь делать… – пробормотал он, смахивая крошки со щек тыльной стороной рукава. – Как же я тебя снова одну оставлю…
Мари вздохнула.
– Смотри сам, Женька. Может быть, тебе и правда лучше уехать, пока дороги не замело…
– Ну, рождественский ужин я уж точно не пропущу… А там посмотрим! – Женька уже снова ровно дышал, и лицо его приобрело привычный персиковый оттенок.
– Мари, я все никак не пойму, почему же ты такой опасный свидетель – хоть для привидения, хоть для гостя? – Леонид поскреб в затылке.
– Журналисты – всегда нежелательные очевидцы. Персоны нон грата, – пожала плечами Мари. – Да и по роду своей деятельности я знаю многих и многое. На чердаке моей памяти может храниться нечто, представляющее для кого-то опасность. Хотя я пока, увы, и понятия не имею, что именно… А еще я, можно сказать, частный детектив, – продолжила Мари, – распутала пару нашумевших историй. А принадлежность к полицейским ищейкам любого рода, вида и родословной вряд ли добавляет мне привлекательности в глазах человека с криминальным прошлым.
Спортсмен приподнял брови.
– Ты детектив?
– Да-да, расскажу позже, – отмахнулась Мари. – Кстати, кроме меня в отеле есть еще и настоящий сыщик! Полицейский, путешествующий инкогнито, частным образом. Это герр Мюллер. Он сейчас в отпуске, – добавила она. – Но, по-моему, лишь я одна знаю о роде его деятельности.
– А теперь и мы, – добавил Женька.
– М-да… Ну что же, я бы пока не стал особенно беспокоиться обо всем заранее, – сказал Леонид. – Но нам в любом случае нужно быть очень осторожными. Либо привидение перешло грань добрых шуток, либо кто-то из гостей выдает себя за другого человека.
– А гостей со странностями у нас предостаточно, – шумно вздохнул Женька.
– О да… – Мари прищурила глаза. – Потрясающая коллекция! Безумный ученый, религиозный фанатик, растленный аристократ, флегматичный полицейский… Кто там у нас еще? Блоковская фея, бессовестно-богатый клерк, майор в отставке. Милая заботливая мама с детьми, озорная старушка, экзотический иностранец. Я постараюсь сойти за первых суфражисток – решительных юных дам, интересующихся наукой и стремящихся к приключениям, – рассмеялась она. – А тебе, Леонид, похоже, придется быть отважным путешественником…
– А меня забыла? – обиженно спросил Женька.
– Хм! Винни-Пух подойдет?
Евгений расхохотался и закинул ноги на подлокотник дивана.
– Ну и веселая компания у нас собралась! Нет, все-таки как здорово, что мы здесь! Такое приключение – и такой талантливый повар! – Он похлопал себя по животу. – И кресла у них удобные… И снег за окном – как на рождественской открытке!
– Ты же только что паниковал и хотел срочно отсюда уехать? – приподнял брови Леонид.
– Я? А, ну да. Ну я вообще отходчивый…
Тут телефон Мари пискнул, и на экране высветилось новое сообщение. Лили.
– А вот и мой заклятый враг…
Она прочла сообщение: «Что-то от тебя ни слуху ни духу… Как твои дела, как самочувствие? Ты что, так быстро замерзла в снегах? Разочаровываешь меня! Твой цветочек».
Мари быстро набрала ответ: «Приятно получать весточки от давних друзей! Благодарю, что беспокоишься о моем здоровье! Сегодня выложу отчет в блог – для ценителей моего творчества, и, в первую очередь, для врагов, которые порой внимательнее друзей!»
– Твоя подруга?
– Можно и так сказать, – сказала Мари и рассеянно откинула со лба прядь волос. – Нас связывает давняя взаимная м-м… неприязнь, основанная на несовпадении взглядов на некоторые фундаментальные вопросы бытия… – Она усмехнулась. – Как известно, всякому уважающему себя детективу непременно нужно иметь верного врага. Так что это всего лишь дань традициям, не более того… – Мари потерла колено и скривилась. – Вот и боевая рана уже тоже есть, так что все идет по плану…
– Очень болит? – спросил Леонид.
– Да как сказать…
– Сейчас я дам тебе ценный совет, подруга! – Женька взмахнул рукой в сахарной пудре. – Тебе немедленно нужно съесть пирожное. Много пирожных. Когда я сломал ногу в прошлом году, я ел много пирожных с кремом.
– И как, помогло?
– Да нет… – Женька пожал плечами, вздохнул и отправил в рот дюжину печений за раз.
Спортсмен с ужасом посмотрел на него.
– Не смотри на меня так! – возмутился тот. – У меня сегодня еще росинки маковой во рту не было!
– Мы же только что поели… – начал было Леонид, но тут же передумал, махнул рукой и подвинул ближе к Женьке графин с водой.
– Слушай, Мари, я тут подумал… А вдруг эта лента на спуске предназначалась вовсе не тебе?
Мари кивнула.
– Да, все может быть… Я тоже думала об этом. Но рядом с лентой мы видели совсем свежий лыжный след, который еще даже не успело замести снегом. Похоже, ленту натянули не более чем за пять минут до моего падения, – Мари посерьезнела. – Это может быть совпадением, но во время нашей лыжной прогулки я дважды видела силуэт человека – справа, среди елок, совсем рядом от нас. И этот некто вполне мог услышать, какой дорогой я собираюсь спуститься. Как раз с той стороны есть еще один быстрый спуск, он вливается в дорогу, по которой я ехала – ты сам мне показывал. Незнакомец вполне мог успеть спуститься к развилке, натянуть ленту внизу моего склона и благополучно скрыться. У него как раз был запас времени минут в пять-семь…
– Да, все верно, – задумчиво кивнул Леонид.
– Космический кабачок… То есть ты видела преступника между елок? – удивился Женька. – И какие у него особые приметы? Родинки там? Косящий глаз, может быть? Одна рука длиннее другой?
– Да ты что, Женька! Мне даже сложно сказать, мужчина это или женщина. Я видела лишь силуэт. Кстати, самое главное! Когда мы вернулись к дому, у входа лежали три пары лыж. Взрослых, я имею в виду, детские нам не интересны. Две пары – Алексея и его жены. А вот третья пара лыж, – она сделала паузу, – а вот третья пара должна принадлежать нашему дорогому незнакомцу!
– Не может быть! – Женька снова вскочил с дивана. – И чьи же это лыжи?
Тут в дверь постучали.
– Входите, открыто! – крикнула Мари.
В комнату вошел хозяин. Мари подумала, что в темном одеянии он похож на фанатичного католического проповедника.
Он схватился за дверной косяк и перешагнул через порог.
– Пришел вот вас проведать, узнать, как ваша нога, Мари… – Он нервно постучал длинными пальцами по косяку. – Надеюсь, сегодняшний случай не слишком выбил вас из колеи? Не хотелось бы, чтобы это происшествие затмило ваше пребывание в нашем прекрасном «Гримуаре». Может, вы все-таки хотите домой?..
– Ах, что вы, право, все в порядке! – заверила его Мари. – Поверьте, мне у вас с каждым часом все интереснее и интереснее.
– Ну что же… Да, увы, погода ужасная, – рассеянно пробормотал хозяин, смотря куда-то мимо присутствующих. – Метет… Но великий рассвет уже близится! Кстати, Мари, это вы оставили ваши лыжи внизу? Я попросил Ван Фу почистить их и вернуть вам.
– О да, благодарю… Все верно, я оставила их у дверей. Там же лыжи Леонида, Алексея и его жены. И, кажется, еще чьи-то… – Мари вопросительно взглянула на Зиггера.
– Да-да, – пробормотал хозяин, осматривая комнату. – Это лыжи летчика.
Мари, Леонид и Женька молча переглянулись.
– Что же, Мари, вы выздоравливайте, а я пойду. Ах да, вечером гости собираются около камина. Я не любитель подобных сборищ и развлечений, – он презрительно скривил тонкие губы, – но вам может понравиться. Прошу вас, присоединяйтесь.