Призрак замка Гримуар. Рождественский детектив

Тот внезапно помрачнел и резко отвернулся. Анюта смущенно повела плечами. Никогда не поймешь этих взрослых. С ними всегда так сложно разговаривать!
В коридоре послышались шаги, и в комнату вошел управляющий.
– Я, так сказать, в целях информационного обмена от нашей команды, на минуточку… Узнать, как у вас дела. – Он смущенно взглянул на мадам Бриль.
Доктор Коста сделал шаг, освобождая место для вошедшего, но оступился, взмахнул руками и растянулся на полу.
– Эй, осторожнее! – прикрикнул на него Феликс.
Управляющий покачал головой.
– Охота на привидений – опасная затея! – грозно сказал он. – Это вам не шутки. Это еще цветочки, а то ли еще будет…
Фаина задорно вскинула подбородок:
– О, с такой женщиной, как я, нам нечего бояться! У меня в сумочке всегда мой маленький револьвер! – Она похлопала рукой по расшитому бисером клатчу.
– Хм, у вас есть револьвер?
– Да-да. Дамский. С тех самых давних пор, как меня спасли из плена у одного туземного племени… На вертолете.
Гости непонимающе переглянулись. Алексей хохотнул.
– Ну, я тогда фотографировала диких зверей у водопоя на Ниле. И меня снесло течением. Прямо в руки к туземцам… – пояснила Фаина. – Мой покойный муж потом настоял, чтобы я всегда носила с собой оружие. Мол, с моим характером и образом жизни по-другому нельзя… – Она довольно улыбнулась.
Феликс задумчиво покачал головой.
– Дамский револьвер? Дамские ни на что не годны, кроме самообороны.
– Да-да, хозяин мне сегодня утром уже сказал, что такими в Лондоне собак отпугивают… – рассеянно ответила мадам Бриль. – Но он не совсем дамский. Маленький, конечно, но не игрушка!
– Надеюсь, у нее есть все нужные бумаги на ношение оружия, – пробормотал куда-то в сторону Мюллер. – Я в отпуске и не собираюсь заниматься бюрократией, но эта взбалмошная дама что-то не вызывает у меня никакого доверия…
Мадам Бриль уже стояла в коридоре.
– Ну же, пойдемте дальше! Привидение не ждет!
Дети вышли из комнаты и зашагали дальше по коридору. В крыле хозяина было очень темно, лишь у балкончика горели светильники.
– Ну все. Больше ничего мы здесь не найдем, – вздохнула девочка.
– Пойдем вниз! Мы еще не были на кухне и не нашли двери в подвалы! Там всегда все самое интересное.
Они пошли дальше.
Вдруг из-за угла послышались чьи-то голоса.
Дети чуть замедлили шаг.
– Ты думаешь, он согласится дать деньги? Ты говорила, он простофиля, каких свет не видывал! А я смотрю, что он упрямый как осел…
– Ах, конечно же, согласится! Куда он денется. Надо лишь немного поднажать…
Анюта взяла Мишеля за руку и потянула его дальше.
– Ох уж эти взрослые… Пойдем отсюда!
Из кухни доносились умопомрачительные ароматы. Дети втянули в себя воздух. Жаренный во фритюре картофель, жаркое и зеленый лук… А еще – сладко-пряный шоколад, жареный миндаль и карамель. А это – корица и запеченные яблоки!
Дети сглотнули слюну и ускорили шаг.
Вход в кухню преградил Ван Фу. Завидев детей, он столбом стал в проеме двери, скрестил руки на груди и расплылся в сладкой улыбке.
– Проголодались? Нет-нет, сюда никак нельзя! Это – святая святых!
– Ну пожалуйста! – Мишель сложил руки в просительном жесте. – Мы только на минуточку! Посмотрим одним глазком – и сразу обратно!
– Нет-нет, в кухню никому нельзя. Только мне, повару да управляющему можно здесь находиться! Даже и не просите, а то мне потом несдобровать, если я вас впущу…
Дети расстроенно вздохнули.
– Давайте я вам лучше печеных яблок дам на дорожку…
Он отправился вглубь кухни. Дети воспользовались моментом и заглянули в большую жаркую комнату. У огромной плиты стоял человек в белом колпаке. Его лицо пылало от жара, а фартук и руки были перепачканы мукой. Он улыбнулся детям, стоящим на пороге, и погрозил им пальцем.
Ван Фу всучил Мишелю и Анне по блюдечку с еще горячими, сочащимися медом яблоками и тут же захлопнул перед ними двери.
– Пойдем обратно, – вздохнула Анюта. – Все равно они нам не разрешат пройти дальше…
Мишель кивнул.
– Ладно, тогда пойдем в библиотеку…
 
Боковая лестница сияла новыми ступенями и блестящими перилами. Дверь растворилась легко и неслышно, впустив детей в комнату. Они ступили на мягкий ковер и тут же оробели от звенящей тишины, мягкой полутьмы и запахов прелых листьев.
Библиотека молчала и ждала, давая гостям прийти в себя.
Дети выдохнули.
– Как здесь тихо… – прошептала Анюта. – От этих взрослых у меня уже голова разболелась… Им только дай поболтать!
Луч света из окна упал на проем между рядами шкафов, заставленных книгами, как бы призывая детей следовать за ним.
– Пойдем? – Мишель несмело шагнул вперед.
Дети двинулись вдоль полок, держась за руки. Тихо, тихо…
И тут в звенящей тишине раздался громкий шепот!
– Раз-два… Пусть горит трава… Три-четыре… Вы одни в квартире.
Дети вздрогнули и остановились.
– Пять-шесть… Черепов не счесть…
Анюта тихо пискнула. Мишель сделал страшные глаза и зажал ей рот рукой.
В глубине библиотеки, в самых недрах ее, кто-то был. Кто-то притаился там, за книгами, и шептал, бормотал, напевал в тишине пугающие слова. Кто-то, чьи намерения вряд ли можно считать добрыми.
Дети переглянулись.
– Призрак!
У них подогнулись колени, и липкая рука страха сжала их слабые грудные клетки когтистыми пальцами. Ни пошевелиться, ни вздохнуть.
– Семь, восемь…
Мишель первый пришел в себя. Он глубоко вдохнул, сделал знак Анне оставаться на месте и прокрался гибкой кошкой вдоль книжных шкафов. Помедлил секунду, завернул за угол, к креслам, и резкой пружиной выпрыгнул вперед, в неизвестность.
– Ата-та! – закричал он что есть мочи.
Раздался грохот, кто-то заверещал высоким тонким голосом, охнул и тут же выругался сквозь зубы. Стало очень тихо. Анюта осторожно выглянула из-за шкафа. На полу, около большого кресла с подлокотниками, сидел Зиггер, хозяин замка, и потирал ушибленное колено. Его потемневшие глаза горели разъяренными колючими искрами. Рядом стоял растерянный Мишель.
– Что это за игрушки? – тонким голосом взвизгнул Зиггер. – Вам что, заняться больше нечем, негодные вы ребятишки?
– А зачем вы нас пугали? – насупился Мишель. – Сами виноваты!
– Я вас пугал? Не говорите глупостей!
– А кто тут про черепа пел? Мы думали, вы призрак…
– Черепа? Тьфу на вас. Я… Я изучаю фольклор! Детские считалки. – Хозяин быстро прикрыл рукой обложку книги, лежащую на полу рядом с ним. – А теперь – вон отсюда! И чтобы духу вашего здесь больше не было!
Дети попятились спиной к двери.
Прочь, прочь, еще один шаг. Вот уже и порог… Можно наконец выдохнуть.
Дверь в библиотеку захлопнулась, и дети устало опустились на пол, оперевшись о стену.
– Ну что, никакой это не призрак… – расстроенно сказал Мишель. – Натворили мы с тобой дел.
Анюта тяжело вздохнула.
– Знаешь, только ведь никакой фольклор он не изучает… Я успела прочитать название книги до того, как он прикрыл ее рукой! И знаешь, что там было написано? Ни за что не угадаешь!
– Ну же, не томи!
– Ритуалы воскрешения из мертвых! И какие-то римские цифры и иероглифы, я уже не разобрала…
Мишель скептически поджал губы.
– Да ладно, это еще ни о чем не говорит. Пусть это никакой и не английский фольклор… Но он мог считалочку и просто так повторять, без книг…
– А зачем он тогда прятал от нас обложку? Да и вообще, станет ли взрослый нормальный человек петь песенки про черепа?
Мишель неопределенно пожал плечами.
– Смотря что такое нормальный человек… – пробормотал он.
…Взрослые уже разошлись.
В опустевшей зале мадам Бриль склонилась над камином и ворошила едва тлеющие угли. Потом повернулась к комоду и принялась выдвигать ящики.
– Наверное, она и правда поверила в привидение, – прошептал впечатленный усердием бабушки Мишель.
Мимо широким шагом прошел Феликс, что-то весело насвистывая. Фаина проводила его задумчивым взглядом.