Смутное время (СИ)

Челнок приблизился к указанному шлюзу на достаточное расстояние, чтобы его подхватил стыковочный вычислитель станции, и вскоре Лукашевич почувствовал небольшой толчок, когда корабль коснулся стыковочного узла. Контр-адмирал отстегнул страховочные ремни и взмыл над креслом. Добравшись к выходному люку, он остановился перед ним и посмотрел на грузовой отсек, где на полках лежали пристегнутыми раненые матросы и офицеры с фрегата «Юйден». На него уставились десять пар глаз.
— Все, мужики, мы на месте. Сейчас вами займутся медики. И спасибо вам за службу, поправляйтесь, — произнес контр-адмирал, после чего отдал честь и нырнул в распахнувшийся люк.
Уже будучи опытным, он вовремя сгруппировался и легко встал на ноги, когда прошел переходной шлюз и попал под влияние искусственной гравитации станции. Внутри большого ангара его ждала не менее оживленная картина. Тысячи людей и не меньше роботов из медицинской службы принимали постоянный поток людей, появляющихся из шлюзов. Кто-то шел самостоятельно, а кого-то вывозили на тележках. Именно поэтому снаружи столько челноков — они эвакуировали людей из подбитых фрегатов, искали уцелевших в обломках, подбирали спасательные капсулы и свозили всех сюда, на станцию.
Не успел контр-адмирал сделать несколько шагов к выходу из ангара, как был заграбастан в крепкие объятья.
— Живой! — произнес Туров, улыбаясь во все тридцать два зуба.
Лукашевич скривился от боли в левой руке, и Туров сразу же забеспокоился:
— Ранен? Может, медиков позвать?
— Да ерунда, — махнул контр-адмирал здоровой рукой. — Потом сам зайду к ним после того, как в штаб загляну.
— Ну пойдем, я тебя проведу.
Они направились на выход, но у самых гермодверей Лукашевич остановился и посмотрел на аккуратные ряды черных мешков, которые были уложены у стены.
— Много? — обратился он к Турову, кивая на увиденное.
— Точная цифра неизвестна. Пока на данный момент больше десяти тысяч, но думаю, будет в разы больше. Основная часть, десант.
Контр-адмирал сжал кулаки, а на его скулах заходили желваки. Он чувствовал свою вину за произошедшее. Если бы он смог просчитать ход противника, то потерь могло быть меньше. Ничего больше не сказав, Лукашевич направился к открывшимся гермодверям.
Туров не имел возможности наблюдать за ходом сражения, поэтому всю дорогу до центра планирования операций он донимал Лукашевича вопросами. Вскоре они уже входили в просторное помещение, где в центре стоял интерактивный стол. Группа офицеров во главе с генералом Ултерсом что-то бурно обсуждали перед схемой местности, и тот не сразу заметил вошедших.
— А… а, господин контр-адмирал, — улыбнулся генерал и пошел навстречу. — Рад видеть вас живым и здоровым.
— Не дождетесь, — буркнул Лукашевич, пожимая в ответ руку генералу.
Уолтерс хмыкнул и жестом пригласил Лукашевича подойти к столу.
— Вы простите меня, контр-адмирал, мы сейчас со штабом решим важный вопрос, а после поговорим.
Лукашевич лишь кивнул и вместе с Туровым присоединился к остальным офицерам.
— Продолжайте, — сказал Уолтерс одному офицеру в звании полковника.
— Сэр, я считаю, что противник готовит нам сюрприз. — Полковник указал на изображение одной из башен генераторов щита. — Наши глаза на орбите зарегистрировали мощный энергетический всплеск на глубине около пятисот метров под поверхностью. После чего башня прекратила свою работу. Это показалось странным, и я отдал приказ провести глубинное сканирование в этом районе.
Объемное изображение местности поднялось над столом и стало прозрачным, а под башней, на глубине, проявились пустотелые структуры.
— Вот запись последних сорока восьми часов.
Полковник провел манипуляции руками, и с краев изображения к башне потянулись красные нити, заполняя все пустоты. Вскоре нити сомкнулись в центре и образовали нечто, очень похожее на паутину, после чего стали постепенно утолщаться.
— Как видите, противник начал стягивать к башне силы со всей округи. Они спускаются вниз и выходят за пределы возможностей наших сканеров. Зачем противник это делает, непонятно. До ближайших планетарных сил больше пятидесяти километров. Подходов к нашему плацдарму подходящего размера на глубине нет.
 
— Действительно, странно, — с удивлением произнес генерал. — Но если противник знает о возможностях наших сканеров, то таким образом пытается скрыть переброску сил туда, где мы не ожидаем? — Уолтерс обвел всех вопросительным взглядом.
— Разрешите, господин генерал? — вклинился Туров и, получив разрешение, продолжил: — С орбиты мы ничего не увидим, поэтому я предлагаю отправить туда небольшую группу для разведки на месте. Стальные Волки справятся с этим.
Генерал внимательно посмотрел на изображение, а после перевел взгляд на Турова:
— Как быстро ваша группа сможет добраться к цели?
— Думаю, не больше недели, — ответил Туров.
— Еще будут предложения? — спросил генерал, обращаясь ко всем присутствующим.
Но в ответ была лишь тишина.
— Что ж, раз других предложений нет, действуйте.
* * *
Четыре часа спустя. Командный пункт планетарной группировки
— Поздравляю с присвоением внеочередного звания «второй лейтенант».
Иван пожал руку полковнику Акунину и вскользь посмотрел на свою левую сторону груди, где висела звезда Героя Земной Федерации. После чего вытянулся еще сильнее и, приложив руку к голове, произнес:
— Служу Земной Федерации!
— Вольно, лейтенант. Теперь у меня к тебе будет серьезный разговор. — Полковник подошел к висящему на стене проекционному экрану и коснулся одной из пиктограмм. На экране появилось изображение одной из гигантских башен, сделанное с орбиты. — Сверху пришел приказ, — продолжил полковник. — Командование очень интересует, что происходит в этом районе, — Акунин обвел рукой указанное место, — и оно решило направить туда небольшую группу для разведки. Дорога неблизкая, больше пятидесяти километров по вражеской территории. Думаю, что не нужно объяснять, насколько это опасно, поэтому требуются добровольцы.
— Я готов, господин полковник, — не дав договорить, прервал Акунина Иван.
Полковник обернулся и пристально посмотрел на Ивана.
— Я не сомневался, что услышу именно тот ответ. Сколько людей возьмешь?
— Отделения будет достаточно, — не задумываясь, ответил Иван.
— Отлично. Я распоряжусь, чтобы всю имеющуюся информацию скинули тебе на планшет. Иди готовь группу, через пять часов вам нужно выйти. Десант предупрежден и обеспечит необходимое прикрытие для выхода группы.
— Разрешите приступить к выполнению задачи?
— Разрешаю. И удачи тебе, второй лейтенант.
Иван отдал честь и, развернувшись через левое плечо, быстрым шагом направился в свое расположение. Времени оставалось в обрез, и он хотел потратить его для выбора маршрута. После начала боевых действий на орбите вся группировка на планете была в постоянной боевой готовности, поэтому дополнительно готовить снаряжение не требовалось, все и так были на взводе. Разве что необходимо запастись припасами на месяц похода, в особенности кислородом. Добравшись в расположение, Иван объяснил задачу подчиненным и спросил, кто согласен пойти в добровольном порядке. Вызвались все, но Иван, естественно, выбрал Родригеса, Ван И, Онила и Белова.
Как и было оговорено, ровно через пять часов планетарный десант начал имитацию прорыва к соседнему комплексу, чем и воспользовалась группа Ивана. Выйдя сначала на поверхность и под прикрытием боевых действий, пять человек и пять роботов пересекли участок серой зоны и скрылись в ближайших руинах. Орбитальные удары превратили зону радиусом сто километров от плацдарма в постапокалиптический пейзаж. И противник, опасаясь очередных ударов из космоса, перевел все боевые действия под поверхность, оставив наверху только наблюдательные устройства, которые и предстояло обнаруживать и незаметно обходить. Для этого Иван взял с собой более двадцати тараканов, которые двигались впереди, на удалении от километра до двух. Неприятель за все время ведения боевых действий уже привык к тому, что людские разведывательные тараканы ползают по всей округе, и особо не обращал на них внимания, так как те не представляли опасности, если не пытались проникнуть в коммуникации под поверхностью. Этим и пользовалась группа Ивана, двигаясь только по поверхности.