Леди Артур (СИ)

«С помощью сильного приворота они завербовали двух офицеров. Пока те вынесли только учебники по русскому языку. Ведётся слежка. Сливается деза. Возможно, ведьмы потом их устранят, сделав несчастный случай».
— Как всё-таки достала эта Кассия, — повторил подполковник. — Если не уволюсь, то сопьюсь.
— Не ты один, — вслух согласился генерал. — Споём? — ухмыльнулся он и негромко затянул: — Чёрный ворон, что ж ты вьёшься…
А пальцы жили своей жизнью:
«Есть данные, что имеются одноразовые артефакты-шпионы: передают какой-то объём данных, а потом чары стираются. Вероятно, технология отработана в шпионаже за другой гильдией магов. Сейчас идёт сбор информации об их средствах слежки, после чего будет спроектирован новый штабной корпус с подземным пунктом управления. Поэтому Кассию не трогаем. Работаем на живца. Живец — это мы».
Подполковник сделал глоток прохладного сухого вина. Информация для него новая. А ещё странно, что раньше не доверяли. Разведка подтвердила, что он чист? Наверное. Так он подумал, а потом задал вопрос:
— Забавно с профессором получилось. Тащ генерал, а вы знаете, что он ногу с рукой сломал?
— Да ты что? — натурально удивился Пётр Алексеевич, перестав петь. — Нет, упустил как-то из виду. Старею, старею.
А начальник штаба опустил взгляд на руки собеседника:
«По данным разведки Кассия на это отреагировала, сделав выговор приставленной к профессору волшебнице. Вероятно, что-то пошло не по плану, тем более что профессора должны будут вывезти к месту строительства ретранслятора. Но это нам на руку. Мы затребуем инспектора по безопасности контакта с расширенными полномочиями. Для справки: к профессору приставлена ведьма в чине полусотницы тронной стражи. Аналог старлея спецназа ГРУ».
Генерал залпом выпил вино, вопреки всем правилам пития.
«Если это приворотное зелье, я завтра вызову тебя на дуэль из-за красотки, что здесь была», — отыграл он пальцами, а потом встал и произнёс вслух: — Что-то я устал за день: давление, наверное. Сходи, скажи, пусть ко мне приставят фельдшера.
Подполковник поглядел с вытянутым от удивления лицом на стакан, из которого пил, а потом поставил его с опаской на стол и пробурчал:
— Пожалуй, я тоже в лазарет на денёк лягу. Разрешите?
— Да.
Начштаба бросил взгляд на рыбку и задал последний вопрос:
— Почему не работаем по закрытым каналам связи, не пойму?
Пётр Алексеевич пожал плечами, а руки его складывали знаки:
«Шпионы есть не только местные, но и земные. Прозрачная сеть даёт информацию ИИ ГРУ».
Подполковник вышел, оставив начальника одного, а тот откинулся на стуле, снова стукнувшись затылком об аквариум.
— Это не приворотное. Это сыворотка правды, — пробормотал он, а потом развернулся и постучал пальцем по стеклу: — Рыбка-рыбка золотая, а ты желания исполняешь?
Но рыбка не реагировала — в отличие от дежурной видящей, которая записывала оханья и причитания старика в грамоту…
* * *
Уже вечерело. Небесная пара в своём бесконечном танце готовилась ко сну. Уже проснулись сверчки, но ещё не легли кузнечики, и сейчас они соревновались, кто мелодичнее сыграет. Тихо шелестели листья деревьев, подступивших к самому краю нашей стоянки. Слабый ветер лениво гнал облака, медленно наливающиеся серыми, лиловыми и красноватыми красками. По поляне тянулся дым костра, на котором солдатки готовили себе похлёбку с копчёным мясом и пшеницей, размачивая потом в ней сухари. Ароматы еды, дыма и диких трав сливались воедино.
Я глядел на большого чёрного быка. Кстати, все они были кастрированные, то есть волы. Тот, что сейчас мерно крутил генератор, покачивая тяжёлой рогатой головой в такт неспешному шагу, изредка шлёпая хвостом по бокам и сидящим на шкуре мухам, сразу заполучил имя Дизель. Так и напишу в отчёте: Дизель-генератор работает исправно.
Вырученная из лап одержимости призраком поруганного и обесчещенного монашка-суицидника уже пришла в сознание, но до сих пор лишь молча таращилась в потолок шатра. Тем временем сама проклятая поляна превратилась в небольшой палаточный лагерь. По кругу с мушкетом на плече ходила часовая. А в дальней от жилых палаток стороне защитного круга рыли отхожую яму, рядом с которой вкопали небольшой столб. Защитных амулетов на столбе болталось не меньше, чем у молитвенного места. Здешние полагали, что в момент справления нужды они очень беззащитны перед потусторонними силами. И я был согласен: не очень-то приятно сидеть в темноте, когда там, за кругом из золы, кто-то ходит.
 
Катарина сидела у колеса нашего фургона на мешке и самозабвенно чистила шомполом с кусочком ветоши пистолеты. Девушка сняла свои новенькие доспехи и сейчас щеголяла в одной камизе. Перед ней на чистом полотне расстилался целый арсенал: само оружие, пороховые рога, мерники, войлочные пыжи, фляжка с ружейным маслом, мешочек с картечью и пулями, причём и серебряными, и свинцовыми. А ещё ножи, фальшион, топорик, точильные камни, войлок… За такой набор любой фанатик-ролевик бы почку продал.
За фургоном с оборудованием у костра немая Марта начищала золой тарелки и ложки. Обед был действительно вкусным. Остаётся только гадать, как повариха с вырванным языком на соль и специи еду пробует — магия, не иначе. Возница храпела, расстелив одеяло под фургоном с картошкой. А Урсула рассказывала какую-то байку у огня, где собрались свободные от дозора и работ бабёнки. Оттуда часто раздавались взрывы хохота, и мечница распалялась ещё сильнее. Порой даже вскакивала и трагично разводила руками, но от этого женщины только больше смеялись.
А ещё посередине поляны повесили на шест одинокую лампочку. Обычную, накаливания, так как не решились без работающего стабилизатора напряжения подключить что-то более технологичное. Сам прибор решили достать утром: сейчас важнее было обжиться.
Вот так я и стоял. Но думал я не о бычке, а о духах и призраках. Ведь Катарина не права, проклятые места — не стихийные бедствия, а вопросы, требующие решения. И я не просто так пошёл в прогрессоры.
Наверное.
Я хотел сделать что-то настоящее. Но это настоящее никак не наступало. Сперва, попав на Реверс, долго был обычным попугайчиком: улыбнись местной портнихе, отнеси бумажку в ратушу, забери заказ у стеклодувши или кузнечихи. Разве это большое дело? Потом послали в Галлипос, но и там только и делал, что вляпывался против воли в неприятности. Да, выходил из них, но ведь это просто стечение обстоятельств. Ничего большого до сих пор не сделал. Сбежать от уголовников — экое геройство.
Сейчас просто послали пройтись по туристическому маршруту в компании вооружённых девушек и женщин. И хотя маршрут экстремальный — опять ничего большого и геройского. Знай себе катайся в повозке, да нажимай на кнопки непонятных приборов, как тюлень в океанариуме, который дудит в дудки.
Я поглядел в лес. Ведь не просто так видел духа; а если пойти разобраться самому? Но, по правде говоря, идти к нечисти было немного очковато. Ещё слишком свежо было в памяти, как висели в воздухе насаженные на колья люди. Как бесновались вокруг них злобные тени. Как тварь придавила меня к кровати и кричала: «Жрать!»
— Блин, герои мы или нет? — пробормотал я, а потом повысил голос: — Андрей, не хочешь побыть охотником за привидениями?!
— Нет! — приглушённо раздалось из разбитой тут же палатки.
— А что так?
— Инструкцию читаю! — огрызнулся лейтенант.
— Подождёт инструкция. Пойдём.
— Нет! — Андрей был неколебим.
— Да блин, сам же говорил, что пошёл на Реверс, потому что интересно было, — не унимался я.
— Мне было интересно ровно до того момента, пока не начали ловить зомби. А сейчас нет!
 
— Не мужик, что ли? — выдал я традиционный козырь.
В палатке зашуршало, а потом из неё высунулся лейтенант, играющий желваками и сверкающий глазами.
— Я вживаюсь в роль местных бесхребетных слизняков, — процедил он. — И вообще, это ты у нас деятель-доброволец. А я на заставе сидел. И в эту задницу с полтергейстами попал по дебилизму некоторых вышекудахтающих. И эту планету уже начинаю ненавидеть.