Не отступать и не сдаваться. Том 4 (СИ)

— Я всегда знал, что ты сумасшедший, Витя. У тебя реально опилки вместо мозгов. Или гребаная боксерская груша. Ты меня слышишь или нет? Завтра бой! Надо готовиться!
— Вы можете потише? — в очередной раз вклинился пожилой тренер. — Идите разбирайтесь на улицу.
Хороший совет. Хватит уже пререкаться. Я самого Касдаманова не слушался, а уж с Худяковым и подавно справлюсь.
— Я скоро вернусь, — ответил и развернулся. — Встретимся в гостинице.
Схватил Славку за локоть и потащил к выходу. Приятель хромал, но стоически терпел боль. Сзади раздавались звуки ударов.
Я так и не понял, кто выиграл, но когда добрался до выхода, удары сзади прекратились, раздался звук падения тяжелого тела на ринг и одобрительный гул боксеров. Кто-то кого-то вырубил, но я уже не видел. Ладно, неважно.
Выбравшись на улицу, мы уселись в мою чернобровую малышку. Только я хотел тронуться с места, как сзади открылась дверца и в машину уселся Худяков.
— Я еду с вами, — заявил он. — Посмотрю, что это за чертовы гонки.
Я посмотрел на Славку. Приятель пожал плечами. Моя хата с краю, решай, как знаешь.
— Как хотите, Игорь Николаевич, — ответил я и выехал на дорогу. — Как хотите…
Не буду же я его выталкивать из салона, в самом-то деле. Ладно, пусть поедет, проветрится.
— Хотя, я кажется, знаю, продолжал тренер, глядя в окошко, а ветер трепал его редеющую шевелюру. — Только не говорите, что это Янтарная Волга.
— Она самая, дядя Игорь, — заверил Славка.
Худяков помолчал, а потом сказал:
— Я уже сказал, Витя, что ты самый безумный боксер из всех, кого я встречал. Но даже от тебя я не ожидал такой дичи.
Я чувствовал, что он сегодня напьется в своем номере.
Через полчаса мы приехали на трассу в Бикерниеки. Заруливать на стоянку не стали. Высадили Худякова и поехали на трассу.
До старта осталось двадцать минут.
— Уфф, мы еще успеваем, — сказал Славка и вытер пот со лба.
Какого дьявола ты так волнуешься?
— Ничего, — ответил я и заехал на площадку для предстартового техосмотра. — Главное не победа, а участие.
Славка поглядел на меня.
— Витя, ты классный товарищ, безбашенный и рисковый. За это я тебя уважаю. Но позволь сказать, ты нихера не понимаешь в гонках.
Я улыбнулся.
— Само собой. И я не раз говорил об этом.
Но Слава не улыбался. Он смотрел на меня жестко, как будто это в его машине мы едем к старту.
— Ты что, ничего не понимаешь? Вот представь чемпионат Союза по боксу. Ты бы его хотел проиграть?
Я посмотрел на него еще жестче.
— Не надо пороть херню, мой друг.
Но Славка не опустил взгляда. С того момента, как мы заехали на трассу Бикерниеки, он словно напитался мощью моторов и ревом агрегатов. А от запаха бензина у него раздувались ноздри.
— Вот и здесь то же самое, Витя. Эти гонки такие же соревнования, как и твой гребаный чемпионат по боксу. Ты тоже скажешь, что там самое главное не победа, а участие?
Я остановил машину и к нам подошли представители организаторов. Потребовали поднять капот.
— Это все хорошо, Слава, но я не гонщик, а боксер, — сказал я и вылез из машины.
Славка остался сидеть на месте. Я не хотел упускать его из виду. Где эти чертовы контрабандисты? Мне хотелось побыстрее закончить эту грязную историю и сосредоточиться на боксе.
— Эй, Витя, удачи! — донеслось с трибун.
Я огляделся и увидел Худякова, каким-то чудом пробравшегося в первые ряды. Он размахивал бутылкой пива и выглядел довольным жизнью. Ну вот, еще один долбаный фанат гонок. Я усмехнулся и спросил у парня из числа организаторов:
— Ну как, все в порядке?
После прохождения всех процедур, похожих на те же самые ритуалы, которые полагаются и для боксеров перед матчем, мы очутились, наконец, на старте. Славка сидел рядом и возбужденно озирался.
— Ты чего? — спросил я. — Ты в порядке?
Что, неужели ищет своих подельников? Ничего, сейчас прокатимся и может быть, он себя чем-нибудь выдаст.
— Просто я никогда не сидел рядом с водителем, — признался Карпеев. — Мне это в новинку. Но ты, самое главное, слушайся меня. Я буду говорить, когда следующий поворот и ты постарайся в него вписаться.
 
Я посмотрел вокруг. Спереди и сзади, по бокам, всюду стояли другие машины, пузатые «Волги» ГАЗ-21, «Москвичи». Двигатели урчали в ожидании сигнала к началу гонок.
— Что это за уроды? — спросил я, указывая на черно-белую «Волгу», выделяющуюся одним своим видом. — Там тоже двое человек сидят.
— Это же горьковское «Торпедо», команда самого ГАЗа, — объяснил Славка, проследив за моим взглядом. — У них машина специально построена для гонок. На самом заводе. Для участия присылают лучших своих водителей. Это сильные ребята.
Ну ни хрена себе. А что, так можно было? Конечно, с таким подходом горьковчане будут рвать всех на части.
— Да ты издеваешься, — выдохнул я. — Это же тоже самое, что приехать на боксерский матч со свинцовыми вставками в перчатках. Разве это справедливо?
Карпеев пожал плечами.
— А что ты хотел? Вот так, бывает и такое.
Он судорожно схватил меня за руку.
— Давай, готовься. Сейчас будет старт.
Против ожидания, я вдруг и сам незаметно загорелся лихорадкой гоночного заезда. Как ни крути, а это чертовски волнительно, сидеть вот так, вцепившись в руль и ждать, пока все машины разом тронутся с места.
— Самое главное, сначала не торопись, — торопливо говорил Славка, держа меня за руку. — Многие слишком спешат, врезаются друг в друга на старте, ломают машину. Нам это не надо. Потом нагоним, если что. Потихоньку объезжай всех, смотри по сторонам. Нам не надо…
Я отбросил его руку, чтобы не мешал. Ногу в педаль, одна рука на руле, вторая на рычаге коробки передач. Чуток повел плечами, чтобы расслабить мышцы спины и шеи. Почувствовал, как ладони чуть вспотели от волнения.
Что со мной творится, черт подери? Как будто я сейчас буду драться на ринге и жду сигнала гонга! Оказывается, это действительно ничем не отличается от бокса. И там, и тут соперники, которых надо одолеть.
Но самый главный твой противник — это, конечно же, ты сам. Если удастся победить себя, превзойти других — детская задача.
Бах! Выстрел стартового пистолета тут же потонул в реве двигателей. Вчера я смотрел на этот кромешный ад со стороны, а теперь оказался в самой его гуще.
Все машины разом сорвались с места. Некоторые визжали покрышками. Это походило на могучую лавину, неумолимо покатившуюся со склона. Надо же, какое безумие!
Я тоже вдавил педаль газа в пол и чуть не врезался во впереди несущуюся серую «Волгу» ГАЗ-21. Она вдруг резко затормозила и мне тоже пришлось сбросить скорость.
— Осторожнее! — заорал Славка. — Гляди, куда едешь!
Справа и слева меня зажали другие машины и я подумал, что мы сейчас столкнемся, а нас превратят в гребаный вонючий гамбургер, зажатый между двумя железными булками.
— Что они творят? — в отчаянии закричал я и наоборот, снова вдавил педаль газа в пол.
Хрен с ней, с впереди идущей «Волгой». Если понадобится, я вытолкну ее вперед. Но, к счастью, передняя машина тоже ушла вперед и я вырвался из плена. Две машины, что сжимали меня по бокам, немедленно сомкнулись позади меня, стоило только обогнать их.
Бум! Бу-бум! Слева, возле трибуны зрителей, столкнулись две машины, одна перевернулась. Другая врезалась в железное защитное покрытие, смяла его и уткнулась в препятствие из кучи автомобильных покрышек, смягчающих удар. Ну вот, еще двое минус из гонки.
В это мгновение мы выехали со стартовой зоны и помчались вперед. Я обнаружил просветы в плотном строю машин, справа, слева, со всех сторон.
— Йо-ха-ха-ха! — закричал я. — Ты смотри, мы сделали это! Мы вырвались!
Славка оглянулся и заорал в ответ:
— И очень даже неплохо, скажу я тебе! Давай, держи в том же духе!
Мы мчались вперед, а рядом ревели моторами другие машины. За трассой мелькали деревья и толпы зрителей, стоявших и сидевших на возвышенностях вдоль обочины. Некоторые забрались на деревья.