Граф Суворов 2 (СИ)

Именно поэтому я шел первым, влив прану в третий глаз. Сейчас возможность видеть ауры противника даже за деревьями — многого стоила. Тем более учитывая снег. И хотел бы я сказать, что она нам совершенно не пригодилась, но аристократы все же полными идиотами не были. Наглыми зажравшимися детками — да, в большинстве своем. Но их готовили как бойцов, хоть и одиночек. Так что и в этой группе нашелся сообразительный или достаточно самостоятельный командир.
Примерно на полдороги мы встретили взвод, прущий в контратаку напролом. Ну как, наверное, они считали, что идут тихо. Но от ломаемых веток стоял такой шум, что даже не включай я виденье аур — заметил бы их за сто метров. Будто им этого было мало — они переговаривались почти не скрываясь.
— Все-таки эти первогодки — дебилы. — заметил один из прошедших буквально в метре от меня бойцов противника. — У них даже ни одного страуса нет, а туда же, на игры. И чего ради они их тогда у себя держат, ради того, чтобы остальным не достались?
— Не худший вариант, мы их технику даже проверить не можем. Слышал, что они ее вообще на запчасти разобрали и втихую толкают на сторону. — ответил второй. Интересно, это из-за того, что нам пришлось сиденья снять, такие слухи поползли?
— Чернь, чего от них еще ждать? — с явным пренебрежением проговорил первый, и в этот момент отряд наконец прошел мимо моей позиции. Чуть сместившись за ствол, я дождался пока они пройдут дальше, и только проконтролировав что мои люди в безопасности двинулся дальше.
Валить этих придурков можно, но наша главная цель куда важнее, а тут кто-то орать может начать, еще спалят… нет, будем придерживаться плана, тем более оно того стоит. Почти час нам понадобился, чтобы, пропустив мимо еще одну, куда более шумную и многочисленную группу, выйти к задней стене замка.
— Лебедку. — скомандовал я, и подбежавший Краснов тут же скинул рюкзак. Таскать в руках конструкцию из гарпуна, двигателя и пятидесяти метров толстой лебедки — не самое умное занятие, так что вся бандура хранилась у изобретателя сего чуда в рюкзаке. Но оно того стоило.
С легким шипением гарпун взмыл в небеса и спустя несколько секунд грохнулся о крышу сторожевой башни. Шум был вполне серьезный, но без него не закрепить такую толстую конструкцию. Схватившись за лебедку карабином, я кивнул, и взвизгнувший двигатель, оставшийся на земле, начал крутить трос.
Получилось что-то вроде одноместного фуникулера, только опасного и достаточно быстрого. На сторожевой башне я оказался спустя всего пару секунд, и отцепившись от лебедки тут же залег у бойницы. Шум, естественно, заметили, но большого внимания не обратили, и сейчас ко мне двигалось не больше десятка лениво переговаривающихся бойцов. Хотя, какие они к черту бойцы?
Дождавшись пока, они подойдут вплотную к стене, я открыл огонь сверху, накрыв одной очередью сразу всю толпу. По условиям «военных игр» противники должны были стоически молчать, но попробуй не орать, когда тебя расстреливают почти в упор.
— А-а! Твари! — кричал кто-то из детей боярских, за что тут же получил от меня предупредительный выстрел в голову и взвыл куда тише, хоть и проникновеннее. Теперь я по крайней мере поверил, что он не играл, но вот внимание этот крик привлек, и в сторону башенки тут же обрушился настоящий шквал из пуль. Мне оставалось только вжаться в бетонный пол, и надеяться, что меня не заденет рикошетом.
Впрочем, все это, включая повышенное внимания к моей скромной персоне, лишь играло нам на руку. Пока я отстреливался, не глядя, в пятидесяти метрах от меня, у соседней сторожевой башни, послышался новый хлопок и сразу за ним металлический лязг, но увлекшиеся обстрелом противники не обратили на это внимания. Ровно до того момента пока ребята не укрепились и тогда застрочил пулемет.
Снятый со страуса скорострельный Максим, полувековой давности, представлял из себя крайне надежную машинку, жрущую патроны не десятками даже — сотнями в минуту, а учитывая лобовую пластину, которую мы установили для защиты, и крохотные бойницы даже с внутренней стороны замка, у противников внизу просто не было ни шанса. Даже выставив индивидуальные щиты они ничего не могли поделать с чудовищной скорострельностью пулемета, одного за другим выбивающего слабых дарников. Укрытий во дворе замка не имелось, они даже баррикад никаких не возвели. Осознав, что они словно на раскрытой ладони, они заметались в попытках укрыться во внутренних коридорах замка.
 
— Повезло то как. — пробормотал я, осмотрев себя с ног до головы. Ни одного пятна краски, и это несмотря на несколько залетевших в бойницу пуль. В отличие от противников я не собирался мухлевать на пустом месте. Мне и подготовки хватало, и других… скрытых талантов.
— Коридоры держать! — крикнул я, спустившись на стену. — Никого не выпускать!
Стараясь не наступать на лежащие под ногами «трупы», я прошел до ближайшей двери, за которой угадывалось сразу несколько аур. Толстые бетонные стены мешали точно определить местоположение противников, но для меня это было не принципиально. Благо у нас сейчас иная задача.
Выдернув из «мертвых» рук ближайшего противника автомат, я подпер им металлическую дверь, совершенно не собираясь выкуривать противника из коридоров. А потом, чуть ли не прогулочным шагом, дошел до флагштока и спустил висящий посередине стены флаг, обозначив что крепость пала.
— Внимание! Раунд окончен! — прогудел голос Романа из колонок, вмурованных в стены. — Победила первая команда ускоренного обучения. Раунд окончен! Всем собраться на построение. Обеим командам собраться на построение.
Стоило командующему закончить, как «мертвецы» со стонами и руганью начали подниматься. Кто-то пытался отряхнуть с одежды краску, но похоже это было не так просто. Другие просто ругались, с ненавистью глядя на наш отряд. Мы же собирали вещи, и обмундирование, сматывали тросы и вытаскивали крюки из бетона.
Учитывая нестандартный подход к ситуации нам вполне могло влететь, так что я собирался на скорую руку всучить все наше оборудование бойцам в доспехах, чтобы оправдать его в соответствии с приказом Строгонова, но когда мы собрались перед полигоном, стало понятно что в этом нет никакой нужды. Большая часть противников была окрашена в синий, а по рядам обороняющихся то и дело доносились стоны.
Нашим тоже досталось, я видел больше десятка человек с кляксами на одежде и броне, но перевес все равно оставался на нашей стороне. И существенный.
— Кадеты! Рад объявить первый раунд военных игр оконченным. Крепость пала, а значит команда У1 получает свой первый заслуженный балл. Однако это не все. — громко сказал Роман, стоя перед нашими шеренгами. — Количество убитых — семьдесят два у обороняющихся, против тринадцати у атакующих. При норме потерь один к трем в противоположную сторону. Можно сказать — чистая победа. Через два часа будет проведен новый бой. Стороны меняются местами. Удачи бойцы!
Однако в этом случае удача нам совершенно не понадобилась. В отличие от противников мы прекрасно осознавали свои слабости, сразу заняв не весь замок, а только башни и участки возможные для прорыва. А с учетом нашего тотального превосходства в живой силе и того, что большая часть противников оказалась ранена и неспособна быстро бегать и высоко прыгать — мы просто удерживали стены на протяжении четырех часов.
Нет, они конечно и на штурм шли, и пробовали в обход заявиться, только на сей раз их ждал я. Ну и пулемет на башне, конечно же. В результате после первой же отбитой попытке штурма и диверсии побитые и уставшие дарники врага капитулировали. А мы получили свою вторую победу уже с минимальными потерями и отправились спать.
Штаб военных игр.
— Кто разработал план атаки? — спросил Роман, когда луна уже была на середине небосклона. Первая пара закончила как они и рассчитывали, но с гораздо боле внушительным перевесом. Понятно, что специально подобранный для Иванова и его роты противник был слабейшим из оставшихся и самым недисциплинированным, но даже так, потери в один к пяти в двух раундах — это нечто фантастическое.