ПАУК. Смерть врагам! (СИ)

— У нас и делать-то нечего. Разве только, — она оценивающе посмотрела на меня. — Пущу, если поработаешь грузчиком.
— Я согласен! — тут же ответил я.
— Завтра должны прийти грузчики, чтобы перетаскать керамическую плитку из склада в новую ванную. Если это сделаешь ты, то до утра останешься здесь, а деньги за работу я возьму себе. Согласен?
Делать было нечего, поэтому я согласился и пошел вслед за ней. Склад находился на цокольном этаже соседнего дома и был насколько низкий, что приходилось стоять, согнув голову. Зато плитки было столько, что я невольно присвистнул. Похоже, всю ночь придется возиться с ней. Надеюсь, хоть пару часов смогу поспать. Сложность еще заключалась в том, что новая ванная была на втором этаже. Однако пасовать перед сложностями было не в моих правилах, поэтому я закатал рукава и приступил к работе.
Я брал в каждую руку по коробке, в которой было по десять плиток, поднимался с цокольного этажа, переходил дорогу и шагал на второй этаж гостиницы. Затем шел до конца коридора и только туда складывал коробки. Сначала считал, сколько рейсов сделал, но потом мне надоело, и я просто делал свою работу, обдумывая при этом дальнейшие шаги в поиске виноватых за испорченное настоящее.
Только в полночь я отнес последнюю коробку в ванную и совершенно обессиленный подошел к стойке администратора.
— До восьми утра, — строго сказала она. — Потом, извольте покинуть помещение. У меня начальство может заявиться. А за такое не только уволят, но и зарплату не выплатят.
Я устало кивнул и побрел по коридору первого этажа в поисках нужной комнаты. Даже в теле штангиста я не так уставал, как сегодня. Все-таки хорошая вещь, этот артефакт. Правда, теперь он принадлежит Палицкому. Конечно, если он его нашел. Все-таки тайник с артефактом был в совершенно неожиданном месте и если бы не моя удушающая паутина, котроая сдавила колонну так, что та рассыпалась, то я бы ни за что не догадался, что в центре гладкой мраморной колонны хранится такая здоровская вещь.
С трудом заставив себя помыться, я завалился на кровать и тут же уснул. Сначала мне приснилась прежняя счастливая жизнь. Будто мы с дядей устроили бал в честь его помолвки. Дамы в роскошных нарядах, господа во фраках. Море спиртного и длинные столы, ломящиеся от разных яств. Мама танцует со своим генералом, Миха хохочет в кругу милых прелестниц, а я за всеми наблюдаю и радуюсь. Мы многое сделали для того, чтобы обрести эту спокойную, размеренную и роскошную жизнь. Кроме моей семьи, никто не видел и не знает, сколько всего мне пришлось пройти в академии, чтобы стать Пауком. Но я был уверен, что только так у нас появится шанс победить в Великом сражении и сесть на престол. И мы победили, но ценой жизни многих близких друзей.
Вдруг, совершенно неожиданно все пропало и наступила темнота. Я огляделся, но не увидел ни намека на свет. Странно, что за сон такой?
— Попался! — послышался радостный незнакомый голос, но я по-прежнему ничего не видел. — Я так и думал, что таких, как ты, лучше ловить во сне. Ну, здравствуй, Макс! Это я — граф Воронов.
  
Глава 5
 
Я не мог понять, это всего лишь сон или то, что услышал, прозвучало наяву. Вдруг вспыхнул яркий кружок света и осветил высокого статного молодого мужчину с черными волосами, блестящими и зачесанными назад.
— Я знал, что надо быть на страже с такими, как ты, — сказал он и поправил синий атласный платок на шее. — Макс Богословский.
Воронов с нажимом произнес мое имя и будто прислушался, как оно звучит.
— Наслышан о тебе. Не волнуйся, все говорили только о том, какой ты сильный маг и отличный человек. Жаль, что не смогу познакомиться с тобой поближе, — он печально вздохнул и посмотрел на часы. — Я нашел тебя и уже отправил своих людей… Прощай!
Я хотел ответить и уже набрал побольше воздуха в легкие, но тут граф пропал, а я вернулся в свой сон. Бал был в самом разгаре. Все веселились, танцевали, ели и пили. Но я знал, что мне надо проснуться. Притом немедленно! Я соткал паутину, способную вытащить меня из сна, но в тот момент, когда она активировалась и должна была сработать, вдруг магия пропала! Я был уверен, что ее оставалось достаточно для такого легкого заклинания, но сколько бы не пытался, не мог себя разбудить.
 
— Выдохни, — сказал я себе. — Ты просто устал. Этот лоснящийся хрен обманул, а если нет, то тело само проснется, когда появится опасность.
Я попытался сфокусироваться на прекрасном сне, но беспокойство не давало окунуться в приятные ощущения. Червь сомнения и тревоги бередил душу. Вдруг меня подняли. Нет, не во сне, а в реальности. Я почувствовал, как мои руки плетьми болтаются в воздухе, а плечи и ноги крепко сжимают чьи-то руки.
— Эй-эй-эй! Что вы делаете?! — завопил я, но получилось только во сне.
Почему я не просыпаюсь? Я пощипал себя за нежные места, отвесил пару пощечин, даже с разбегу ударился о стену, но проснуться никак не получалось. Между тем, я чувствовал, что со мной происходит в реальности. Сначала меня бросили на что-то твердое, затем этот твердый настил подо мной заплясал, отчего голова и локти постоянно об него бились.
— Меня везут куда-то или это такие пытки? — подумал я, прислушиваясь, но звуки не проникали в сновидение.
Примерно через полчаса, или около того, меня снова схватили за плечи и ноги и понесли. Похоже, это все проделки Воронова. Только попадись мне, паскуда, я тебе не только башку маслом намажу, но и целиком в бутылку засуну! По частям!
***
Я уже потерял счет времени. Меня снова положили на что-то, но на этот раз мягкое. И я буквально провалился, будто лег на перину. Полежал немного, силясь пробудиться, и на этот раз удалось.
— Проснулся, наконец-то, — пробурчал знакомый голос, когда я только открыл глаза.
Я повернул голову и увидел Миху. Тот полулежал на своей кровати и щелкал семечки, разглядывая красочный журнал. Я снова лежал на кровати в комнате того дома, откуда сбежал. Меня не убили, уже хорошо. Осторожно пощупал себя и, удостоверившись, что со мной все хорошо, резко сел.
— Что я здесь делаю?
— Ночью тебя охранники привезли. Сказали, что нашли без сознания возле стены… Хотя это очень странно, я там проходил, когда искал тебя, — Миха задумчиво посмотрел вверх, но не найдя ответа, снова вернулся к изучению журнала с полуголыми девицами.
— Вранье! Я сумел выбраться наружу и даже добрался до города и поселился в гостинице, но этот гад Воронов что-то сделал со мной, и я не смог проснуться, пока они везли меня сюда.
Я прикрыл глаза и попытался нащупать остатки магии, но источник был пуст. М-да, надо все начинать с начала. Но я не расстроился, потому что уже знал, как действовать. В животе громко заурчало и я решил подкрепиться, прежде чем приступить к обдумыванию следующего плана побега. Но как только вышел из комнаты услышал слабый голос дяди.
— Максим, подойди ко мне.
— Здравствуй, дядя! Как ты себя чувствуешь? — нарочито бодро сказал я и улыбнулся, но он оставался серьезным.
— Меня предупредили, что если ты еще раз попытаешься сбежать, то они нас всех убьют.
— Вас-то за что убивать?
Дядя тяжело вздохнул и покачал головой.
— Нам нельзя покидать пределы этой деревни без разрешения. Ты забыл? Я уже старый, поэтому меня не жалко, но подумай о своей матери и брате. Император не допустит конкуренции, поэтому не выпустит нас к людям. Мы проживем остатки жизней здесь.
— О чем ты говоришь? Какой конкуренции?
Дядя с кряхтеньем приподнялся на подушках и, вперив в меня помутневшие глаза, еле слышно сказал:
— Мы проиграли. Нас одолели во время Великого сражения, хотя по силе мы во много раз превосходили противников. Я не знаю, как так получилось, — он закашлялся. — С тех пор на троне сидит Федька Палицкий. Тьфу, какой же он гнилой и подлый человечишка, — дядя брезгливо скривил губы, мельком взглянув на портрет императора. — Он не убил нас. Но, по-моему, я знаю, почему.