ПАУК. Смерть врагам! (СИ)

— Что это такое?
— Люди называют «Стеной безумцев». Нам нельзя выходить за пределы стены.
— Какая же это стена? Это сеть для мух! Они думают, что Макса Богословского можно удержать в этом сачке? Не получится! — я взревел от ярости и негодования и бросился к сетке.
Миха что-то прокричал и побежал за мной, но я его не слушал. Никто и никогда не лишит меня свободы! Когда деревья расступились, я увидел, что сетка натянута между высокими металлическими столбами, а внизу у дороги двустворчатые ворота из металлических прутьев и такой же сетки. Несколько человека в темно-зеленой форме лениво слонялись по ту сторону от ворот.
— Эй! Немедленно откройте ворота! — издали прокричал я, махая руками.
Мужчины переглянулись, неспеша сняли автоматы с плеча и прицелились.
— Вы думаете, что сможете остановить великого мага из древнего рода Богословских? — яростно заорал я и на бегу начал вытягивать энергию из охранников, чтобы соткать нужное заклинание, но вдруг осознал, что ко мне не поступают их силы.
Быть этого не может! Я остановился в двух метрах от сетки, протянул руки к забеспокоившимся мужчинам и злобно процедил:
— Я заберу не только силы, но и ваши жизни!
Закрыл глаза, весь затрясся от напряжения, но источник оставался пуст. Я не смог вытянуть ни капли энергии.
— Не понял, — вытер рукавом пот со лба и посмотрел на Миху. — Со мной такого никогда не было. Похоже, я заболел.
Охранники опустили автоматы. Один из них ухмыльнулся и с издевкой сказал:
— Что, придурок, башкой ударился?
У меня словно сорвало чеку. Яростно заорав, я кинулся на ворота и… улетел назад и больно ударился затылком об землю. Невероятная сила откинула меня от тонкой сетки.
— Вот теперь точно ударился, — я с трудом сел и тут же возле меня опустился встревоженный Миха.
— Ты что делаешь? — зашептал он. — Как-будто сам не свой… У нас больше нет магии и отсюда не выбраться. Только под конвоем.
— Миха, это не наша жизнь, понимаешь? — я тер ноющий затылок. — Много лет мы живет в императорском дворце. Наш дядя — Великий император Александр, а я его наследник. Я не знаю, что произошло, но обязательно выясню и верну всё, как было!
Брат лишь с сочувствием посмотрел на меня и помог подняться на ноги. Охранники о чем-то переговаривались и смеялись, бросая на нас неприязненные взгляды.
— Ну, ничего-ничего, — я презрительно посмотрел на охранников. — Я разберусь с врагами… снова.
Весь вечер я донимал родных и подробно расспрашивал о нашей нынешней жизни. Оказывается, на огороженной территории живут еще три семьи. Они воспротивились приходу новой власти во главе Палицкого, поэтому тоже были наказаны. Общение с нами не поддерживали, потому что во время Великого сражения мы были врагами.
Уровень жизни за сеткой был совсем другим и отставал даже от жизни остальных жителей Неделимых земель, не говоря уж о городе. Мужчины и женщины приходили к нам подрабатывать и старались выглядеть соответствующе. Поэтому и мужик в лаптях и бабы в сарафанах.
— Почему мы живем, как крестьяне? — воскликнул я и указал на котелок с картошкой в центре стола. — В печи до сих пор готовим, как двести лет назад.
— Мы должны быть благодарны и за это, — печально вздохнула мама. — Император мог нас убить, но пощадил.
— Да здравствует император Федор! — провозгласил дядя и поклонился портрету сурового мужчины.
Оказывается, портреты императора висели в каждой комнате. Даже над дверью уличного деревянного туалета. Я шумно выдохнул, но промолчал. Здоровый, сильный император Александр был настолько могущественным магом, что не ходил, а парил над землей. Теперь же он представлял жалкое зрелище. Мало того, что старый и больной, так еще и врагов превозносит.
— Мих, ты говорил, что мы вчера были на ярмарке, — я с трудом проглотил вязкую сухую картошку. — Как мы туда попали, если нам запрещено выходить за пределы сетки?
— Один раз в полгода можем, — пояснил он. — Но с конвоем. Хотя в последние годы они за нами почти не следят. Провожают, пока начальство смотрит, а потом в бар сваливают. На обратном пути мы даже их ждали. Поэтому ты и выпил почти бочонок пива.
 
Я кивнул и вернулся к размышлениям. Отсюда однозначно надо выбираться! Но как? И что это за сетка еб. чая? А куда делась моя магия? Я попытался вобрать в себя немного энергии брата, но ничего не вышло. Похоже, кто-то наглухо перекрыл мои магические каналы. Если этот кто-то попадется мне в руки, то от него останется лишь кучка дерьма, которое он вывалит в штаны, прежде чем я его испепелю огненной паутиной!
После ужина я помог дяде подняться в комнату и уложил его на кровать. Мама осталась внизу. Она сидела в кресле с высокой спинкой и вязала шерстяные носки Михе на зиму. От гордой властной женщины, которую я знал всю жизнь, не осталось и следа. Уставшая, постаревшая и обрюзгшая — она не была похожа на себя настоящую. Я соврал, сказав, что Миха остался прежним. Нет, он тоже изменился. Появилась какая-то покорность и безнадежность в его взгляде. Он напоминал собаку, прикованную тяжелой цепью к опостылевшей будке.
Я зашел в нашу комнату, плотно закрыл за собой дверь и прошептал:
— Мне нужно попасть на ту сторону.
— Зачем? — удивился он. — Нас там никто не ждет.
— Я тебе уже объяснял, что это не наша жизнь, — я обвел взглядом скудное убранство комнаты. — Моя ванная была больше, чем это помещение. И вообще, я привык к роскоши, поэтому деревенская жизнь не для меня… Помоги мне выбраться отсюда.
— Я бы с радостью, но выход только один. И мы сегодня там были. На воротах всегда стоит охрана, а сетка хоть и тонкая, но такая мощная, что частенько находят мертвых медведей или оленей, нечаянно дотронувшихся до нее.
— Значит выйду через ворота, — ухмыльнулся я.
— Нет никакого выхода, — испуганно пролепетал Миха. — Там охрана, я же сказал.
— Что мне эта охрана? — махнул я рукой. — Бац-бац и нет охраны… Кстати, оружие у нас есть?
— Ничего нет, кроме вил и топоров. Брось ты эту затею, только рассердишь Воронова!
— Хм, Воронов? — фамилия показалась мне знакомой.
— Да, прислужник императора. Его правая рука. Он следит за нами и оставшимися магами. Пару раз даже лично приезжал посмотреть на дядю.
— Зачем?
— Не знаю, но был очень доволен. Аж весь сиял от радости. Будто немощь и болезни дяди были для него усладой… Макс, не ходи никуда. Если поймают, мало не покажется. И нам попадет.
— Кто-то украл нашу жизнь и я, как наследник престола, должен вернуть трон и былое величие, — твердо ответил я и сжал кулаки.
***
В полночь, когда в доме погасли огни и по двору перестали сновать работницы, я оделся в лучшее, что нашел в сундуке, и бесшумно выбрался из дома. Где-то лениво брехала собака, легкий молочный туман стелился по земле, рой комаров кружил над головой. Я не знал, что буду делать, но решил, что без победы не вернусь домой. Не хочу видеть, как моя семья погибает в нищете и без магии. Сволочи, могли бы хотя бы долголетие и лечебные силы оставить! Я до вас доберусь и выясню, что вы натворили. Можете не сомневаться!
Застегнув кафтан на все пуговицы, я бодро зашагал по дороге в сторону ворот. Я пока не знал, что скажу или сделаю, но отступать было не в моих правилах. То, что не было никого оружия — удручало, но зато смекалка всегда была при мне. Ворота были видны издали. Они светились голубым неоновым огнем, переливающимся на сетке. Это была магия.
Я не хотел, чтобы меня заметили раньше времени, поэтому сошел с дороги и побрел, прячась в кустах.
— Один, два, три, — сосчитал я охранников.
Они расслабленно стояли у ворот и пялились в экраны своих телефонов. На плечах у них по-прежнему висели автоматы. У меня мелькнула мысль, что автоматы могут быть не заряжены или неисправны, но такое было мало вероятно, поэтому идти напропалую я передумал.
Я подполз к сетке, но, помня о недавнем событии, не дотронулся до нее, а лишь попытался втянуть энергию, чтобы понять, что за магия используется.