ПАУК. Смерть врагам! (СИ)
Между тем девица застыла в нерешительности и выжидательно уставилась на меня.
— Спасибо за поднос с едой, — улыбнулся я. — Вы свободны. Хотя, можете помыться, но печка уже остыла, поэтому жара нет. А воды еще достаточно, — я взял пирожок и откусил большой кусок.
Она покрылась красными пятнами, глаза увлажнились, и нижняя губа стала чуть подрагивать. Мне даже стало совестно, что я вот так вот взял и отшил любвеобильную девицу, но мне, если честно, претило такое поведение. Секунды три она смотрела на меня телячьими глазками, затем быстро оделась и выскочила на улицу. Ну, я не прогонял, могла бы и помыться.
Съев всё, что было на подносе, я поплелся к дому. Мышцы после бани еще сильнее заныли, но это была приятная боль, которая говорила о том, что они начали работать и расти.
В доме было темно, только на кухне горел ночник и светило бра на стене у лестницы. Я порадовался тому, что есть электричество и не надо искать свечу или лучину. Когда проходил мимо комнаты дяди, увидел, что он не спит, а читает газету. Я зашел в комнату, поздоровался и прикрыл за собой дверь. Мне нужно было поговорить о том, что произошло во время сражения.
Когда дядя услышал вопрос, то замолчал ненадолго, затем аккуратно сложил газету и заговорил:
— Все отступили. Я даже успел распорядиться, чтобы открывали вина и жарили мясо для наших воинов. Потом… — он задумался. — Последнее, что я помню — это ты. В своих позолоченных доспехах, с красным плащом за спиной. Я знал, что ты закрыт паутиной-оберегом и все еще выкачиваешь чью-то энергию, но это была уже победа. Больше никто не осмелился выступить против тебя. Затем… наступила темнота. Это произошло так внезапно, что я сначала подумал, что ослеп. Помню, что видел кого-то, но так и не смог вспомнить кого. Потом мы все проснулись здесь. Без магии, без войска и без денег. Они отобрали все, что у нас было.
Мы посидели немного в тишине, погруженные в свои мысли. Затем дядя сложил газету и положил ее на тумбочку.
— Я опять не смог прочитать ни слова. Зрение совсем испортилось, — пожаловался он. — Но привычка брать газету в руки перед сном осталась… Чувствую, как жизнь утекает.
Он накрылся одеялом и закрыл глаза. Я пожелал ему спокойной ночи, прикрыл дверь и ушел в свою комнату. Миха опять полулежал на кровати и рассматривал тот же самый истрепанный журнал. Я достал с сундука чистые трико с рубашкой, переоделся и лег в кровать. От усталости и переживаний, долго не мог уснуть, и проворочавшись не меньше часа, погрузился в дрему.
Сначала мне ничего не снилось, только темнота. Но вдруг вспыхнул кружок света и в нем появился граф Воронов.
— Ну что, Макс, ты уже понял, что проиграл?
Глава 7
В мой сон опять пробрался прилизанный Воронов. Он щелкнул пальцами, и в центре светлого круга появилось бархатное кресло.
— Ты не против, если я сяду? — с издевкой спросил он и развалился в кресле.
— Что ты хочешь? — мой голос прозвучал приглушенно, будто я находился в небольшом замкнутом пространстве.
— Ничего, — усмехнулся он. — Просто зашел в гости. Нельзя?
— Нельзя! — рявкнул я. — Я тебя не звал. Убирайся отсюда! Но помни, что мы обязательно встретимся и тогда…
— Ой-ё-ёй, как страшно! — перебил он и расхохотался. — Ты себя-то видел? А годы идут, и ты будешь стареть, как «пустой» человек. Потому что ты и есть «пустой»! Весь ваш род вымрет, как и остальные неподвластные нам. А мы будем жить не три столетия, а пять или шесть. Пока не знаем, насколько хватит тех сил, что мы выкачиваем из вас.
— Твари! Я доберусь до вас, можешь не сомневаться! — я бы с удовольствием навалял ему, но не знал как, потому что не чувствовал своего тела.
— М-м-м, — Воронов озадачено сдвинул брови. — Ты поменялся. За последние годы ты успокоился и принял свою новую жизнь. Что же произошло?
— Не твое собачье дело, ублюдок! Отпусти нас и верни трон, иначе ты уже мертвец!
— Зачем же так грубо? Я пришел к тебе с благими намерениями.
— С какими же? Подразнить меня? Поздравляю, тебе удалось. Можешь не сомневаться — я убью тебя! Выпотрошу твои кишки и…
— Закрой свой рот! — взвизгнул он и вскочил на ноги. — Я не хочу это слушать!
— Нет, ты послушай! Что произошло во время сражения? Что вы сделали? Ведь ты прекрасно знаешь, что это мы, Богословские, победили. Мы должны править империей!
— А вот и нет! — заорал он и весь затрясся, теряя самообладание. Его лицо раскраснелось, а длинные черные волосы в беспорядке разметались в разные стороны. — Мы просто ждали, когда останется один враг, чтобы не тратить силы. Мы победили вас!
— Мы — это ты и император? — спокойно спросил я. — Или с вами еще кто-нибудь был?
— Нет-нет, никого, — энергично замотал он головой.
Его глаза бегали, а лицо побелело. Я понял, что что-то нащупал и решил давить дальше.
— Так, кто там еще был?
— Всё! Разговор окончен! — прокричал он и пропал вместе с креслом и кружком света.
Остаток ночи прошел без происшествий. Я так устал, что даже сны не снились. Утром проснулся от яркого солнечного луча, бьющего в глаза. Миха храпел с журналом на лице.
После сытного завтрака, состоящего из молочной рисовой каши, вареных яиц и пирога с малиной, я вышел на улицу и рысцой побежал к сетке. Я решил, что буду вытягивать столько энергии, сколько смогу. Рано или поздно я сумею наполнить источник хотя бы на четверть. Однако за два часа смог накопить лишь на то, чтобы поджечь спичку. Такими темпами мне придется копить силы в течение нескольких лет, но меня это не устраивало. Тем более, когда нас собираются переселять в город в крохотную квартирку.
Когда вернулся домой, то у калитки меня встретил Миха.
— Скоро придут.
— Кто? — не понял я.
— Охранники. Проверка сегодня, — увидев мой недоуменный взгляд, он пояснил. — Раз в квартал приходят с какой-то штукой и у каждого измеряют уровень магии. Больше одного деления быть не должно, иначе уведут и вернут через день в истощенном состоянии. Тебя три раза уже уводили. И откуда ты только магию черпал?
Я промолчал. Видимо, раньше я тоже пытался вытягивать из сетки, но меня ловили на этом и снова лишали всей магии. Вдруг сзади послышался звук двигателя и из-за поворота появился коричневый внедорожник. Я решил, что лучше не попадаться с ворованной из сетки магией, поэтому быстро использовал ее на то, чтобы вырастить подсолнух. Растение прямо на глазах вытянулось и раскрыло лепестки, обнажив черную сердцевину спелых семечек.
Внедорожник остановился у забора, и из него вывалились пятеро молодчиков. Они неспеша подошли к нам, и один из них вышел вперед. Это был крупный мужчина с густыми темными бровями и огромными мускулами, обтянутыми серо-зеленой формой.
— Уже ждете меня, детки? — усмехнулся он. — Соскучились по дяде Вене? А чего такие напуганные? Опять что-то натворили?
— Мы не детки. И ничего не творили, — с вызовом сказал Миха. — Доставай свою хрень и проверяй.
«Дядя Веня» усмехнулся и вытащил из кармана круглый амулет с красными камнями и непонятными знаками. Миха расстегнул рубашку на груди и подошел к нему. Тот приложил амулет к груди брата, и все воззрились на камни. Один красный камушек сначала слабо замигал, но уже через пять секунд потух.
— Норм, — кивнул мужчина. — Следующий!
Он многозначительно посмотрел на меня. А я еле сдерживался, чтобы резким ударом не положить его на землю и прижать коленом, требуя извинений.
— Ну-у-у! — прогудел он. — Шевелись, дохляк!
Миха повернулся ко мне и еле заметно кивнул, будто предупреждал, чтобы я не злил этого «дядю Веню» и сделал так, как он говорит.
— Ладно, — выдохнул я. — Дай мне эту штуковину. Я сам проверю.
— Щас-с-с! Не зли меня, бывший граф, — он сплюнул. — Довольно ты нам нервы попортил свои поведением. Опять за старое взялся?
Сзади послышался шелест ткани, и я понял, что к нам торопится мама. Пришлось нехотя расстегнуть рубашку и подойти к нему. На амулете сначала вспыхнули два камня, но второй пару раз мигнул и погас. Зато первый горел ярким красным пламенем.