Легко ли сбежать от принца... (СИ)
Кофе выпит.
— Ответишь, как так получилось, что ты оказалась в таком грустном положении? В полицию ты не пошла. Какое то разочарование в мужчине? Сбежала от мужа, или от любовника?
— От жениха, — машинально ответила я. Какой он, однако, неглупый.
— Круто. Ты случаем не из Бразилии?
Я допила свой кофе и отставила чашку.
— Не важно, что случилось со мной и откуда я появилась. Все у меня наладится. Постепенно… Давай лучше о вас с Ваней поговорим.
— Я благодарен тебе. И еще я приглашаю тебя пожить с нами. Если ты, конечно, сама хочешь. Может быть, ты собираешься уехать?
— Пока нет. Расскажи мне, что случилось с родителями и как вы дошли до жизни такой. Вернее, как ты дошел до пьянства такого.
— Родители погибли год назад. Через месяц после их гибели я подписал документы, передающие долю отца в бизнесе его компаньону. Пил потому что беспробудно. Потом пришлось бросить универ, хотя оставался всего один год до диплома, устроился на работу. Работаю разносчиком в Макдональдсе. Девушка моя меня сразу же бросила. Пью. Ваньку жалко. Но, пока трезвый, просто не знаю, что мне делать. Оказалось, что я жить без родителей не умею. Ванька умеет. А я нет.
— Давай составим план. Первое, бросить пить. Второе, восстановиться в универе. Третье, найти подработку, чтоб можно было совмещать с учебой, если учеба позволит. Последний курс. Диплом. Так что, посмотрим еще, будет ли возможность работать. Дальше пока не знаю. Потом придумаем, когда первые три выполним.
— Хм. Вернуться в универ? Не уверен. Сбережения у родителей кое-какие остались. Но очень небольшие. Я не хотел эти деньги на себя тратить. Они лежат в банке под проценты для Ивана.
Да. Нормальный парень. Брат хороший. Я решила ему немного помочь. Основное он должен сделать сам, но небольшой артефакт, снимающий тягу к алкоголю, я для него сделаю.
— Нет, Алексей. Ты поможешь брату, только если сможешь устроить свою жизнь. Нормальную. Так что, получи диплом сначала. Деньги заработаешь. Ты, кстати, на кого учился?
— Физик-ядерщик.
— Прекрасно. В понедельник возьми отгул, съезди в универ, все узнай. Как восстановиться. И сразу начинай это делать. Ты, кстати, как учился?
— Хорошо. Отлично даже.
— Это хорошо, что хорошо. И мне надо будет какую-нибудь подработку найти, коли я тут у вас подзадержусь.
— Жених тебя будет искать?
— Обязательно будет, — я усмехнулась, представив, как принц обшаривает города и страны. Почему то я была уверена, что быстро он не успокоится. Будет искать, яриться и дальше искать. Принцы не прощают своеволия никому. А особенно игрушкам, которые должны были стать любимыми игрушками.
— Но не найдет. Он не знает, куда я свалила, — я снова усмехнулась. Да уж! Свалила, так свалила.
— Кстати, предлагаю позавтракать и сходить втроем в кино. Ты как? Не против?
— Давай. На какой фильм? Решила?
— Э, нет. Это вы с Ваней решайте.
14
С этого дня у всех нас началась нормальная жизнь. Алексею я зачаровала браслет из кожаных ремешков с камешками и металлическими вставками, который он постоянно носил на запястье. Металл держит магию. Конечно не так как драгоценные камни, но нам хватит. Пришлось ночью его усыплять беспробудным сном, снимать браслет, колдовать и надевать зачарованный браслет назад. Если Алексей твердо решит напиться, браслет не поможет. Но легкую тягу, неправильную мысль он исправит. В школу я ходила каждый день, провожая и встречая Ваню. С классным руководителем поговорила. Нормальная тетка оказалась. Не злая. Ваню очень хвалила. Я слушала и балдела от удовольствия. Ваня счастливо улыбался каждый раз, когда смотрел на меня. А я каждый раз думала — ведь это он наладил жизнь всем нам, включая меня, попаданку.
Много времени занимало лечение домовых, которых становилось все больше и больше. В квартире они появлялись партиями. И все время, пока Ваня учился, я делилась магией с домовятами. Надо было найти альтернативу нашей квартире. Но ни я, ни домовые пока ничего не придумали. Домоводство я не без удовольствия забросила. Все делала неугомонная четверка: Ионыч, Котов, Серый и Трифон. Остальные домовые наперебой предлагали свою помощь. Но четверка всех гнала, твердо оккупировав места моих приближенных. Котов так и звал меня Цветочек, Серый так и бурчал по поводу и без, Ионыч застенчиво мне улыбался, а вот Трифон, набрав команду домовых, теперь только руководил процессом готовки, и еще каждый день пытался заразить меня своей одержимостью компьютерами и интернетом. Я сопротивлялась, так как времени катастрофически не хватало. Домовые, Ваня и даже Алексей, который, кстати, восстановился на факультете, все требовали моего внимания. Алексея взяли на бюджетное место. Во-первых, как перспективного студента, во-вторых, сыграло свою роль то обстоятельство, что он сирота и опекун младшего брата. Помог декан его факультета. Пару часов в день он все же работал разносчиком. А вот я никак не могла определиться с работой. Моя любимая артефакторика здесь была мифом и историями из книжек с драконами на ярких обложках. А что я еще могла делать в этом мире? Наверное, надо получать какое то здешнее образование. Доноры моих знаний о мире были строителем и врачами. Строительство меня совсем не прельщало. Возможно, придется поступать в медицинский. Но это так сложно. Начиная с подделки всех документов и кончая реальными школьными знаниями, которые еще надо системно получить. В общем, это не сейчас. А пока мы жили на заработок Алексея и пособие Вани. И с этим надо было, что то делать. Я думала о работе продавца, официантки, консьержки. Но как то все это было скучно, и, главное, отнимало бы целый день. А это мне не подходило. И опять все случайно наладилось. Хотя случайности обычно не случайны. Возможно, я нужна этому миру и он мне помогает.
Началось все с Ионыча. Он прибежал ко мне поздно вечером расстроенный до слез. Оказалось, что в соседнем подъезде из квартиры срочно выселилась и куда-то уехала молодая семья. Уехала, не взяв с собой свою собаку. Оставили ее в подъезде. А из подъезда ее выставили соседи. На улицу.
В моем мире я как то не удосужилась завести никакого зверика, но животных я всегда любила. У нас все их любили. И ситуация, что бы кто-то выбросил своего питомца на улицу, была немыслимой. Ага. Человека в ящик могли засунуть, но обидеть животное — никогда. Хотя я знаю только одного человека с ящиком, моего бывшего жениха. В этом мы отличались в лучшую сторону от этого моего нового мира.
— Настя, что делать?
— Веди меня к ней. Где она? Во дворе? Как звать?
— Лапа. Она молодая, почти щенок. Хозяева ее на улице подобрали. Я так радовался на них. А они вот как. Выбросили и уехали. А она милая, как наш Ваня. Веселая. Игрушки любит. Очень добрая.
Ионыч всхлипнул.
— Ионыч, перестань расстраиваться. Мы ее берем себе. Прямо сейчас и берем.
— А хозяева то не будут против? Тут ведь никогда никаких животин не было.
— Не было, так будут.
Ваня, который вместе с Алексеем смотрел фильм в гостиной, крикнул мне оттуда, — Настя, ты с кем разговариваешь?
Действительно, мы с Ионычем от волнения вслух говорили. Выглядит, как будто я сама с собой разговариваю двумя голосами. Шиза сплошная.
Я быстренько крикнула братьям, что говорю по телефону, что ухожу во двор, и через 5 минут вернусь.
Сама я уже надела куртку и возилась со шнурками кроссовок.
— Ионыч, поводок добудешь?
— Да. Все добуду.
Ионыч пропал, а я взяла ключи.
В этот момент в прихожей возникли оба взволнованных брата.
— Ты куда?
— Ты уходишь?
— Я ухожу на пять минут. За собакой. Ее выкинули на улицу. И мы ее забираем себе. Зовут ее Лапа. Если кто-то из вас против — пусть молчит, потому что мы ее все равно берем.
— Ура! — завопил Ваня.
Алексей стоял и улыбался. А ведь выскочил растерянный и расстроенный.
Отлично. Значит, братья не против.
Я вышла из подъезда и сразу увидела ее. Довольно крупная. Не доберман, конечно, но и не болонка. Короткошерстная, черная с подпалинами, лопоухая. Она лежала возле соседнего подъезда, под козырьком, спрятав нос под хвост. Вся ее поза говорила об одиночестве и несчастье, постигшем ее. Бедняжка.