Мифы Дальнего Востока. От хозяина тайги Дуэнте и шаманки Кытны до духов вулканов и мухоморных девуше
Ворон погнал оленье стадо на то место, где когда-то было чукотское стойбище. Рассыпан там старый мох, служивший в ярангах подстилкой, валяются всякие отбросы и объедки. Ворон говорит: «Вот хорошее место: и оленям мох, и мне еда». И стал клевать объедки. А Кулик пригнал оленей в тундру, где рос свежий мох и было много грибов и ягод.
И снова хозяин лебединого стойбища похвалил Кулика. Потом задал он Ворону и Кулику третью задачу — привезти дров из тундры.
Взял Ворон большие нарты и длинную веревку. Не доехав до тундры, нашел гнилую палку, привязал веревкой к нартам и вернулся в стойбище. А Кулик нарубил в тундре много дров, да еще застрелил медведя. Положил медвежью тушу поверх дров и поехал обратно. Увидел Ворон убитого медведя, испугался. Бежит, кричит: «Прячьтесь скорее. Кулик страшного зверя везет!» Забился в ярангу под шкуру да и просидел там целый день. Вылез, когда медведя уже съели.
Хозяин стойбища сказал Ворону: «Уходи отсюда, нет у нас для тебя невесты!» А Кулику отдал в жены белую Лебедушку.
Т. В. Муравьева. Хозяин неба и кулик.
Архив автора
Идет Ворон по тундре, злится. А тут еще солнце прямо в глаза светит. Подпрыгнул он до самого неба, склюнул солнце и спрятал себе за щеку. Стало на земле темно и холодно.
Кулик говорит: «Не иначе это Ворон сделал! Придется теперь из-за него всем жить во тьме!» Но его жена Лебедушка сказала: «Я верну солнце на небо». Полетела она следом за Вороном. Видит — сидит Ворон, а щека у него оттопырилась.
Лебедушка говорит: «Сделай милость, отпусти солнце! Как жить без него?» Но Ворон только головой помотал. Подошла Лебедушка к Ворону поближе, пощекотала ему шею. Ворон ежится, но рта не раскрывает. Тогда стала она щекотать его под крыльями. Не удержался Ворон, засмеялся, разинул клюв. Вылетело солнце, поднялось на небо, и стало опять в мире светло.
В большинстве сказок, где образ ворона представлен комично, он выступает как отрицательный герой — обманщик, трус, лентяй и обжора, но иногда проявляет великодушие и смелость, защищает слабого и наказывает злодея.
Однажды убегал заяц от волка и провалился в глубокую яму, где жил злой великан. Увидел он зайца, обрадовался: «Обед сам ко мне пришел!» Но в тот день великан был уже сыт, поэтому решил оставить добычу на завтра. Поднатужился заяц, подпрыгнул как можно выше и выскочил из ямы. Бросился бежать со всех ног, а великан — за ним. Налетел заяц на Куркыля, закричал: «Спаси меня, спрячь от великана!» — «Ладно, — говорит Куркыль, — ложись на землю, а я тебя прикрою». Лег заяц на землю, лапы подобрал, уши прижал, а Куркыль на него сверху сел и крылья распустил. Тут подбежал великан: «Эй, Куркыль! Не видал ли ты зайца?» — «Он вон в том кустарнике спрятался». Полез великан в кусты, а Куркыль говорит зайцу: «Беги скорее отсюда, да впредь будь осторожнее».
Убежал заяц. А великан никого не нашел и вернулся к Куркылю: «Обманул ты меня! И за это я тебя съем». Рассмеялся ворон: «Никому еще не удавалось меня съесть, и тебе не удастся!» Начал он расти, обернулся гигантской птицей, так что великан рядом с ним показался не больше собаки. Испугался великан, задрожал. А Куркыль говорит: «Так уж и быть, помогу тебе изловить твою добычу. Видишь на луне белое пятно с длинными ушами? Это заяц, я его туда забросил». — «Как же мне до него добраться?» — «А я тебя подниму». Схватил ворон великана когтями, взмахнул огромными крыльями и взмыл в небо. Поднялся высоко-высоко и спрашивает: «Какой отсюда кажется земля?» Отвечает великан: «Как большое круглое озеро». Поднялся Куркыль еще выше: «А теперь?» — «Теперь не больше яранги». — «Ну значит, луна уже совсем близко. Теперь ты сам до нее долетишь». — И разжал когти.
Полетел великан камнем вниз, ударился о землю, да так сильно, что вонзился в нее головой, только ноги остались кверху торчать. И превратился великан в скалу с двумя выступающими утесами.
В сказках у Великого ворона большая семья: жена Мити и много детей. Мити хотя и происходит, как и ее муж, из птичьего (сорочьего) рода, но в сказках всегда предстает в образе обычной женщины. А вот сыновья и дочери Куркыля, как и он сам, обладают двойственной природой и легко меняют птичий облик на человеческий и обратно. Домашние Куркыля иногда выступают против его плутовских проделок, которые, как правило, заканчиваются неприятностями для всей семьи, но иногда помогают ему.
В одной из мифологических сказок Куркыль живет с женой и детьми на высокой горе и однажды замечает, что у подножия пасется стадо оленей. Он отправляет младшего сына Сисильхана к небесному владыке Тынагыргыну узнать, чьи это олени.
Обернулся Сисильхан вороном, полетел на небо. Зашел в ярангу Тынагыргына, снова принял человеческий облик. Спрашивает его Тынагыргын: «Зачем пришел?» — «Меня отец прислал узнать, чьи олени пасутся у нас под горой».
Сдвинул Тынагыргын с места жировой светильник, которым освещалась его яранга, — образовалась в небе большая дыра. Посмотрел Тынагыргын через эту дыру на землю и сказал: «Это олени таннитов10».
Сисильхан был таким же плутом, как его отец, и, вернувшись на землю, не сказал правды, а объявил: «Тынагыргын говорит, что это наши олени». Обрадовался Куркыль и велел Сисильхану и его старшему брату Эмемкуту перегнать стадо на гору.
Танниты тем временем хватились своих оленей. Долго искали, наконец таннитский старейшина поднялся на гору и увидел там свое стадо. Но поскольку все олени похожи друг на друга, он засомневался, их это стадо или чужое. Спросил Куркыля: «Чьи это олени?» Тот ответил: «Наши!» Таннит поверил и ушел, но олени узнали хозяина и побежали вслед за ним.
Увидел это Куркыль и возмущенно закричал в небеса: «Эй, Тынагыргын, помоги! Наше стадо угнали!» — «Я же сказал твоему сыну, что это олени таннитов». Понял Куркыль, что Сисильхан его обманул, но терять оленей ему было жалко, и он отправился к таннитам. Отыскал старейшину и сказал ему: «Я нашлю на твоего сына тяжелую болезнь, но если ты отдашь мне стадо, то исцелю его, и он останется жив». Танниты закричали: «Целое стадо за лечение — слишком много! Столько и шаманы не просят!» И набросились на Куркыля, чтобы его убить. Тот произнес заклинание — и провалился под землю, прошел под ней и благополучно вылез в своей яранге.
Но ему хотелось заполучить оленей, поэтому он солгал сыновьям, что танниты испугались и отдали ему стадо, и снова послал Эмемкута и Сисильхана перегнать оленей на гору. Однако танниты были настороже и крепко поколотили братьев. Притащились они домой еле живые, стонут, охают. Эмемкут сказал отцу и младшему брату: «Больше я никогда не буду помогать вам в ваших проделках. Из-за вашей лжи и жадности мы едва не погибли». И ушел из дома.
ПИСВУСЪЫН И КЕРЕТКУН
Как и все древние народы, чукчи обожествляли природу и верили, что мир населен многочисленными духами — хозяевами различных природных объектов и явлений.
Оленные чукчи, жившие в тундре, больше всего почитали Писвусъына — духа-хозяина диких оленей. Кочевое оленеводство составляло основу всей жизни. Главной пищей в тундре было оленье мясо, из шкур шили одежду и обувь, а также покрывали ими яранги. На продукты оленеводства выменивали у береговых жителей жир морских животных, который использовали для заправки светильников, а также тюленью кожу, из которой делали летнюю одежду. На оленях ездили верхом и запрягали их в нарты.