Про людей и ямадутов (СИ)

— Давай резко обход здания справа! — заорал Макс мехводу.
Машина рванула напрямую через когда-то украшавшие обширное пространство перед санаторием газоны.
— Выйдешь за угол и встань мордой к реке!
Они пронеслись под самыми стенами корпуса и обогнув здание, выскочили на пятачок с которого открывался вид на широкую зону прилегающей территории, вплоть до берега реки. Видимо, не так давно тут были разделённые высокими, лёгкими, сетчатыми заборами игровые площадки. Отдыхающие могли порезвится в волейбол и теннис, баскетбол и бадбинтон. Теперь по искореженным стальным сеткам неспеша маневрировала БМП и короткими очередями постреливала из пулемета в сторону берега. Разведчик успел разглядеть, что за небольшим домиком, стоящим в центре зоны с площадками, укрываются пятеро бойцов и поглядывают из-за угла в сторону реки. Макс понял, что это часть нападающих, которые очевидно готовятся под прикрытием огня бронемашины сделать рывок к берегу и зачистить его от людей Руса. Сделать это им будет несложно, учитывая подавляющим огонь ПКТ.
  
— Здесь тормози! — заорал он мех воду.
Однако тот не отреагировал и продолжал гнать машину через площадки в сторону берега.
— Тормози тут, говорю! — проорал Макс ещё раз, но машина продолжала набирать скорость.
Спайди понял, что водитель сделал свой выбор, отказавшись быть игрушкой в чужих руках и участвовать в уничтожении своих. Макс выстрелил. Врезало по ушам. Мехвод завалился в сторону, и ослабевшая нога соскользнула с педали газа. Машина остановилась метрах в двадцати от берега.
Самое плохое было то, что этот рывок увёл Макса с позиции с которой ему была видна корма и бок обстреливающей берег БМП. Теперь она находилась к нему самой укреплённой своей частью: лобовым наклонным бронелистом и лобовой бронёй башни в 30 мм. Мелькнула мысль что может удастся прикинуться своим, пришедшим на поддержку и дождаться пока противник развернется к нему удобным для поражения боком, но Спайди тут же прогнал её. Наверняка те, кто руководил штурмом уже поняли потерю одной из своих коробочек и по радиосвязи известили об этом все группы. Значит, как только противник его обнаружит то тут же откроет огонь из своей «тридцадки».
Макс решил бить первым. Он навёл прицел в стык башни и корпуса и выдавил кнопку спуска на «чебурашке». Пушка задергалась, изрыгая пламя и по вражеской машине забарабанили попадания. Только сейчас слыша грохот взрывов, он понял, что не успел взглянуть на пульт управления огнём и узнать какая лента заправлена в орудие. Это были осколочно-фугасные, а значит обеспечить пробитие они были не в состоянии.
— Сука…. — простонал Макс.
Однако, по тому, что уже было начавшая разворачиваться в его сторону башня машины противника остановилась, он догадался, что достиг лучшего эффекта чем ожидал. Сама машина тоже остановилась и перестала подавать признаки жизни. Вероятнее всего попадания мощных пушечных снарядов, их разрывы вызвали контузию у экипажа. Ну или хотя бы у какой-то его части.
Разведчик вспомнил, что именно эти коробочки в первую очередь обеспечили интерес Руса и участие его в вылазке, и отпустил кнопку спуска. Машину нужно было сберечь. Он развернул башню в сторону домика за которым оставались пятеро стрелков нападающей стороны. Те быстро поняли к чему идет исход дуэли бронемашин, а значит в каком они окажутся положении через минуту и не став дожидаться развязки бросились через поле спорт площадок к зданию санатория. Но эти мужики уже были обречены, оказавшись между молотом и наковальней. На верхних этажах санатория ещё оставались стрелки обороны, а сзади по ним открыли огонь выбравшись из обрывистого русла люди Руса.
Макс не стал наблюдать за этим расстрелом и поспешил выбраться из ставшей неподвижной бронемашины. Железная коробка словно давила на голову со всех сторон. Он всегда предпочитал совсем по другому делать свою работу, имея возможность двигаться, чувствовать и доверять своему телу, видеть и ощущать всё, что происходит вокруг. Сейчас, находясь внутри бронированного чудовища он всего этого лишался, потому хотел побыстрее закончить этот вынужденный союз.
Спайди спрыгнул на землю и глядя на подбегающих к подбитой им БМП стрелков, вызвал их командира!
— Рус, Спайди, на связь!
— На связи, друг мой! Рад слышать тебя живым и здоровым! Прием!
— Да, Рус, спасибо! Только мы ещё не закончили! Две группы — человек двенадцать зашли в санаторий, успели! Нужно их достать поскорее, что бы они там дел не натворили! Приём!
— Да, Спайди! Принял тебя! Это правда, не наша специализация, мы не антитеррор, но если ты поведешь, мои тебя прикроют! Хорошо прикроют! Приём!
— Конечно поведу! Только давай людей скорее! Приём!
— Куда группу прислать?
— К моей БМП!
— Не забывай, дружище, к моей БМП, — усмехнувшись Рус ввинтил напоминание об условиях договора! Отправляю! Старший у них — Казино! Жди!
Рус опять не давал забыть, что он всё таки наёмник и работает по договору. И Макс понимал, что скорее всего, если возглавив группу, он ляжет при зачистке, группа тут же вернется на базу. Их часть договора выполнена: они поддержали его, основной штурм сорвали, БМП свои получили и заниматься теперь чем-то вроде спасения заложников им не с руки. Судьба тех, кто остался внутри здания Руса интересовала мало. В его понимании он и так приложил массу усилий для того что бы облегчить их участь.
В здании санатория слышалась стрельба. Это было хорошо, значит защитники продолжают бороться с проникших внутрь боевиками.
………………………………………………………………………………………………………………………………………………………………
Макс нервно озирался в поисках группы, отправленной Русом.
Парни, которые выбрались из русла реки уже вытаскивали из чрева бронемашины тела экипажа. Так же, как и в той что брал Макс, их было двое. Их выложили перед машиной и обыскивали.
От бойцов, занимающихся экипажем отделился молодой парень и подбежал к Максу.
— Спайди, я Казино. Рус говорит надо помочь тебе. Какая задача?
Макс пожал протянутую руку.
— Казино, надо вычистить человек 10–12 из здания. Сколько с тобой?
— Семеро.
— Бля. Да что ж так мало то? Рус что, не понял, что я ему сказал?
— Да всё он понял, брат. Просто и ты пойми, впрягаться в полноценную зачистку мы не будем. Тут нужно «эргэдэшек» штук 50–60 в лучшем случае истратить. Ну кто на это пойдет? Мы ж не МВД и не ВС РФ. Мы на само обеспечении. Поэтому Рус и поставил мне задачу тебя прикрывать, а не штурм укрепления устраивать. А восемь человек, которые тебя грамотно кроют, сам знаешь, брат, это сила. Но вскрывать засевших там пацанов — твоя работа.
— Да понял я, понял. Моя работа.
— Брат, да ты не грусти. Мы же их сейчас зажмем с двух сторон. Может они заëрзают, да и заднюю дадут. Переговоры нормально проведём, объясним им всё…
— Ох, Казино, херовый я переговорщик. Да и на нервах весь. Стреляем, прыгаем уже минут двадцать. Адреналин шкалит.
— Ладно, понял тебя. Давай тогда посиди, перекури. Ты и так уже вон сколько дел переделал, — Казино махнул в сторону двух БМП вокруг которых суетились наёмники, осваивая технику.
— А я пока подготовлю для нас почву для быстрого решения нашего вопроса. Решать его всё равно придется, раз меня Рус к тебе прикрепил, значит тут и мой интерес есть.
Парень достал из подсумка оптический прицел и внимательно осмотрел окна верхних этажей. Остановился на одном, подкрутил резкость.
— Вот и отлично! Вот на пятом этаже рожа со стволом маячит! Он то нам и нужен! — затем подбежал к БМП и забравшись на него, замахал приветственной руками, глядя на окна пятого этажа.
  
— Корень, Корень! Закричал он одному из мужиков, возившимся возле БМП, — ко мне!
— Радейку дай ка свою!
Взяв в обе руки рации свою и Корня, Казино поднял их вверх и снова помахал ими, демонстрируя стрелку в окне своё техническое оснащение. Потом подбежал к стене и принялся выжидательную подглядывать вверх.
Через минуты три, видимо поняв замысел Казино, из окна вниз спустили верёвку с привязанной тряпичный сумкой. Казино забросил в сумку одну из радиостанций и два магазина к АК. Верёвка с подарками ушла наверх.