Неписанная любовь (ЛП)

С дрожащим дыханием я отвечаю.
Рафаэль: Я не уверен.
Джулиан: Тогда ты принял правильное решение.
Джулиан: Пока что.
Рафаэль: Что значит «пока что»?
Джулиан: Ты не должен целовать ее, пока не поймешь, что не пожалеешь об этом. Потому что как только ты сделаешь этот шаг, пути назад уже не будет.
Мне неприятно это признавать, но Джулиан прав, хотя мне бы хотелось, чтобы это было не так.
Глава 28
Элли
Я чуть не позволила Рафаэлю поцеловать меня сегодня вечером, и что еще хуже, я бы не остановила его, если бы он это сделал. Зная, что я бы поцеловала его в ответ, я чувствую себя виноватой.
После того, как Дариус Ларкин поцеловал меня без моего согласия и разрушил мою дружбу с его девушкой, я поклялась, что никогда больше не окажусь в ситуации, когда человек, облеченный властью, сможет снова воспользоваться мной. И вот год спустя я здесь, рискую своей работой ради острых ощущений.
Я флиртовала с Рафаэлем. Я позволила ему обнять себя. Черт, я подумывала о том, чтобы поцеловать его, но, к счастью, опомнилась прежде, чем это произошло.
В глубине души я знаю, что Рафаэль не уволит меня из-за поцелуя, хотя не уверена, что дело ограничится только этим. Я бы хотела большего, чем он готов дать, и это уже само по себе причина держаться далеко-далеко от него.
Но, говоря себе это, я не останавливаю бабочек в животе, когда думаю о том, как Рафаэль смотрел на меня. О том, как его тело прижималось к моему, как его чл…
Нет.
В панике я пишу сообщение Уиллоу, наполовину надеясь, что она еще не спит в это время, ведь она почти никогда не спит. К счастью, мне не приходится долго ждать, так как через несколько минут мой телефон вибрирует от нового сообщения.
Уиллоу: Что значит, Рафаэль почти поцеловал тебя?
Элли: Ну, мы сидели в джакузи.
Прежде чем я успеваю ответить, приходит следующее сообщение от Уиллоу.
Уиллоу: В ГОРЯЧЕМ ДЖАКУЗИ? С твоим боссом?
Мои щеки пылают.
Элли: Я пришла туда раньше него.
Уиллоу: Но ты не ушла, когда он пришел.
Элли: Нет.
Уиллоу: Интересно.
Уиллоу: Какой купальник был на тебе?
Элли: …
Уиллоу: Я лучше воспринимаю визуально, так что помоги мне.
Я отвечаю, закатив глаза.
Элли: Зеленый.
Уиллоу: Неудивительно, что он к тебе присоединился. В нем твоя грудь выглядит просто феноменально!
Я отвечаю покрасневшим эмодзи.
Уиллоу: И что было дальше?
Элли: Мы разговаривали. Немного шутили.
Уиллоу: Флиртовали?
Элли: Вроде того.
Уиллоу: На этот вопрос можно ответить только «да» или «нет».
Элли: Хорошо.
Элли: Да.
Уиллоу: Я так и знала!
Уиллоу: Продолжай.
Элли: В общем, он обнял меня и, похоже, собирался поцеловать.
Уиллоу: Эй, эй, эй. Ты пропустила все самое интересное.
Элли: Например?
Уиллоу: Ты потрогала его?
Элли: Нет!
Уиллоу: Я разочарована в тебе.
Элли: Я почувствовала его…
Она посылает три эмодзи баклажана перед очередным сообщением.
Уиллоу: Он был твердым? Пожалуйста, скажи «да».
Температура моего тела подскакивает, а сердце колотится в груди при воспоминании о том, как он был возбужден.
Элли: Я не буду отвечать на этот вопрос.
Уиллоу: Значит, был! Приятно слышать.
Элли: Я вдруг слишком устала, чтобы переписываться… Поговорим позже.
Уиллоу: Подожди! Не оставляй меня на произвол судьбы!
Когда я не отвечаю сразу, Уиллоу прибегает к угрозам.
 
Уиллоу: Расскажи мне, что было дальше, иначе…
Элли: Ничего не было. Сначала я вырвалась из его объятий, а потом он отпустил меня и поспешно ушел.
Уиллоу: Никаких речей о том, что он хочет тебя, но не может получить?
Элли: Нет.
Уиллоу: Ну, это неприкольно.
Расскажи мне об этом. Со стоном я набираю еще одно сообщение.
Элли: Как мне завтра смотреть ему в глаза?
Уиллоу: Это он почти поцеловал тебя, так что это его проблема, а не твоя.
Мне кажется, что это проблемы нас обоих, потому что если раньше мы могли отрицать нашу химию, то теперь я не уверена, что это возможно.
По крайней мере, для меня.
После вчерашнего инцидента в джакузи, думаю, мне лучше провести воскресенье в одиночестве, пока Рафаэль и Нико отправятся на глубоководную рыбалку. Мне нужно время, чтобы прийти в себя и обдумать свой следующий шаг, но, к сожалению, Нико не позволяет мне избегать его отца.
— Но я хочу, чтобы ты поехала, — он хватает меня за руку и пытается вытащить из постели. Несмотря на свой рост, ему едва удается поднять меня.
— Я хочу выспаться, — застонала я, прежде чем набросить подушку на голову.
— Но ты уже проснулась!
Мне трудно бороться с этой логикой, поэтому я переворачиваюсь и притворяюсь мертвой.
— Что происходит? — глубокий голос Рафаэля прорывается сквозь мольбы Нико.
— Элли отказывается вставать с кровати.
— Почему?
— Она говорит, что хочет спать дома.
— Значит, нас таких двое.
— Papi (Папа), — говорит он со стоном.
— Если она не хочет идти…
Очевидно, что он не хочет, и это только усиливает мое смущение из-за прошлой ночи.
— Ты должна пойти! — Нико срывает подушку с моей головы, заставляя меня смотреть в глубокие карие глаза его отца. В те самые глаза, в которые я смотрела прошлой ночью, когда он крепко прижимал меня к своей груди, глядя на меня так, будто я имела значение.
Как будто я была его.
Взгляд Рафаэля опускается к моим губам. Взгляд мимолетный, но ощущение такое, будто он дернул за невидимую ниточку, обвивающую мое сердце.
Что-то изменилось между нами прошлой ночью. Энергия стала другой. Электрической. Опасной.
Кровь приливает к моей нижней половине тела — это еще одна причина, по которой мне нужно держаться подальше и взять себя в руки. Мне нужно побыть в одиночестве и переоценить нашу ситуацию, пока я не вспомню, зачем я здесь и что могу потерять, если позволю себе поддаться желанию.
Я рискую не только работой, но и отношениями с Нико, потому что Рафаэль ни за что на свете не позволит мне продолжать работать на него, если мы когда-нибудь перейдем эту черту. На его месте я бы так и поступила, а значит, мне нужно взять себя в руки и сосредоточиться на том, зачем я вообще приехала в этот отпуск.
Чтобы помочь Нико совершить путешествие всей жизни.
Нико показывает на меня.
— Скажи ей, что она должна поехать с нами.
Я молча прошу Рафаэля не обращать внимания на сына, но этот ублюдок делает вид, что не замечает этого.
— Эль.
Опять он произносит прозвище, от которого у меня замирает сердце. Глупо, конечно, что одно слово так влияет на мое сердце, но меня задевает не оно само.
А тот факт, что Рафаэль вообще дал мне прозвище, которое принадлежит исключительно ему.
— О. Эль! Мне нравится, — Нико хлопает в ладоши.
Рафаэль бросает взгляд на сына.
— Это мое прозвище.
Нико закатывает глаза.
— Значит, я не могу так ее называть?
— Рад, что ты понял.
Я проглатываю смех, а Нико смотрит на него, выглядя еще более смущенным, чем раньше.