Караван к Наташке. Дилогия (СИ)

 Глава 4 
Как? Каким образом? Этого Кирилл сам не понял – слишком уж невероятно и удивительно.
После обеда и второй обязательной пробежки с бараном на плечах мастер Алексий в очередной раз швырнул ему тренировочный деревянный меч и, как всегда при спарринге, начал избивать. Барон работал тяжелым учебным оружием виртуозно, не переставая демонстрировать свое отточенное многими десятками лет умение, комментировал каждый достигший цели удар и затем подробно объяснял, что герцог по-прежнему неправильно делает. Сэр Стоджер упрямо повторял один и тот же прием, но у Кирилла все равно не получалось парировать больше, чем один из пяти ударов. Скорость? Учитель всегда говорил, что молодой дворянин достаточно быстр. Умение держать оружие? С четырех лет, когда отец торжественно вручил мальчишке один из своих лучших кинжалов, его каждый день за редким исключением тренировали работе с различным холодным оружием. Но сколько бы не пытался герцог повторить этот злосчастный прием, удовлетворительно не получалось – элементарно не хватало силы. В свои четырнадцать он перерос многих взрослых, но вот мышечной массы пока катастрофически не хватало.
  
Но не в этот раз… Почему вместо движения тупого клинка внизу по горизонтали, чтобы отбить меч противника, Кирилл резко дернул свое деревянное оружие по замысловатой траектории вверх и нанес снизу короткий косой удар точно по запястью мастера? Мышцы сами сделали все необходимое, как будто бы по давно наработанной методике. Глухой стук выроненного учителем на брусчатку тренировочного клинка, и очень большое удивление в его глазах.
Четырнадцатилетний мальчишка достал лучший меч герцогства! Один из лучших мечей известной ойкумены! Пусть на обычной тренировке, когда мастер и не думал особо напрягаться, но достал!
Барон сэр Стоджер потер руку – удар у Кирилла получился отнюдь не слабым – поднял меч, встал в стойку и коротко потребовал:
– Повтори, твое высочество!
Второй раз новый защитный прием, основанный не на силе удара, а на скорости и весьма высокой точности исполнения, получился сам собой – еще один синяк почти на том же месте у мастера, и опять выроненный им меч.
Герцог, ничего не понимая, смотрел на свою правую руку, которая, казалось, сама все сделала, а сэр Стоджер на Кирилла. Мастер, проведший сотни, если не тысячи поединков, мечник, с которым даже отец ни разу не рискнул на спарринг боевым оружием.
– Еще раз, – почти спокойно произнес сэр Алексий, опять поднимая с брусчатки свой меч.
"Ничего не понимаю, или одно из двух" – пронеслась в голове мальчишки-герцога выплывшая из подсознания присказка, когда клинок учителя снова звякнул о камни двора. Во, это пословица или поговорка? И откуда Кирилл ее знает? Учитель словесности никогда такого не говорил. На собственную память юноше жаловаться не приходилось – почти всегда запоминал что-то новое с первого раза. Это не приемы боя различным оружием, когда необходимо вырабатывать мышечную память.
– На сегодня достаточно, – сообщил мастер, в очередной раз получив по запястью и бросив короткий взгляд на солнце. Высота светила выдавала где-то около двух часов пополудни.
– Интересно у тебя получилось, твое высочество, – вслух сказал барон Стоджер, а в глазах читался вопрос "Как ты это сделал?"
Тренировка на следующий день выявила умение Кирилла выполнять еще несколько неизвестных ранее никому приемов боя на мечах. И тоже основанных исключительно на скорости и высокой точности исполнения. Как это ни странно, но учитель, получая очередной синяк от мальчишки, сначала морщился от боли, но затем обязательно улыбался – сэр Стоджер был весьма доволен его успехами.
А вечером сэр Алексий неожиданно заявился в келью герцога, держа под мышкой какую-то древнюю книгу. Молча посмотрел, как Кирилл с Сашкой и заметно подросшим Зверюгой – так герцог назвал пардуса – катаются с хохотом по большому ковру из волчьих шкур. Потом прокашлялся, привлекая внимание, и движением головы указал слуге на дверь.
– Надо поговорить, твое высочество, – заявил барон.
Запыхавшийся Кирилл указал сэру Стоджеру на кресло у стола и распорядился выходящему Сашке:
– Легкого вина и на закуску чего-нибудь сообрази.
Пока сервировался стол, герцог привел себя в порядок – причесал костяным гребнем волосы и нацепил на камзол ремень с кинжалом.
Зверюга – за прошедших два месяца котенок набрал уже под четверть центнера – грациозным движением легко запрыгнул на противоположную часть стола и уселся на задние лапы, обернув их длинным хвостом. Гепард почему-то очень любил эту позу, замирая в ней как статуя. Только зрачки глаз внимательно следили вокруг. Барон посмотрел на наглого пардуса, хмыкнул, но ничего не сказал.
– Слушаю вас внимательно, учитель, – подтвердил готовность к беседе Кирилл, садясь в кресло напротив сэра Алексия и разливая вино по чаркам.
Барон отхлебнул, кивнул с одобрением, отщипнул кусок сыра, закинул в рот и испытующе посмотрел на герцога. Потом раскрыл на закладке принесенную с собой книгу, положил перед герцогом и ткнул пальцем:
– Читай, твое высочество, отсюда.
Кирилл с некоторым трудом – уж больно много в почерке переписчика было всяких совершенно ненужных завитушек – разобрался в тексте. Затем, придерживая страницы, посмотрел на обложку.
– Избранные высказывания Создателей, – вслух прочитал название. Поднял голову, переведя взгляд на учителя:
– Это ты к чему, сэр Стоджер?
– Ты, твое высочество, уже слышал ранее о Великом пророчестве? – вопросом на вопрос молвил учитель.
Герцог задумался, глядя на барона. Вот тебе и тупой солдафон! И как теперь выкручиваться? Хотя… Отец сэру Алексию доверяет, а Владислав Сангарский в людях разбирается.
– Ты же прекрасно знаешь, что все разговоры об этом запрещены инквизицией, ибо утверждается, что ересь, – Кирилл смотрел прямо в глаза барона. Тот на слова герцога никак не отреагировал.
– Что-то предложить желаешь, учитель?
– Да, твое высочество. Отныне не надо чужим людям видеть, как ты тренируешься и осваиваешь новую школу боя, – говорить, что эта школа пришла от Создателей, барон не стал. – Твой слуга Сашка, граф Кристиан и, пожалуй, сэр Лонокса Караваев. Они хоть и молоды, но люди надежные, нашему герцогству весьма преданные. Твой дружок Кристиан, конечно, тот еще лоботряс, но не болтун. С завтрашнего дня тренироваться будете в моих покоях, там места хватит, а чужих глаз нету.
– Разрешаешь, значит, и Сашку новым приемам учить? – после небольшой паузы спросил герцог.
– Обязательно. Он тебе, твое высочество, по гроб обязан и никогда не предаст, – сэр Стоджер отломил кусок сыра, понюхал и положил перед гепардом, еле успев отдернуть пальцы от щелкнувших клыков возмущенного такой наглостью пардуса.
Кто это тут имеет право, кроме хозяев, ему под нос такую вкуснятину подсовывать?!
Кирилл молча подвинул сыр чуть ближе. Зверюга немедленно схватил кусок, пару раз сжал челюсти, проглотил и облизнулся.
– Ну-ну, – хмыкнул барон, поднимаясь и беря книгу, – вот еще бы этого научить службу нести.
– Легко и непринужденно! – хмыкнул герцог. Хмыкнул и задумался. Эти два слова вырвались, как давно привычная присказка. Но ведь раньше Кирилл никогда так не говорил…
****
– Бешенный… – устало, но очень довольно протянула Сюзанна, откинувшись на подушку. Обычно скромная и стеснительная, сейчас девушка наоборот наслаждалась его бесстыжим взглядом, по хозяйски блуждавшим по ее нагому телу. Чуть отдышавшись, опять прильнула к мужчине.
– Пашенька, я уже заранее скучаю. Полгода, если не больше, тебя не будет! Умру ведь от тоски! Кажется, ревную к этой Наташке, как к другой женщине. Сволочь ты все-таки, Пашка – сначала влюбил в себя, а теперь бросаешь!