Особенности преддипломной практики (СИ)

Незнакомец был высоким, почти вровень с Инваром, но в отличие от кузнеца, худым и жилистым. Симпатичный, черноволосый, но с такой масляной улыбкой на губах, что он мне сразу не понравился. Не люблю я мужчин, которые при первой встрече показывают свою самцовость. Играют глазами, словами и мускулами, лишь бы запудрить мозги очередной восторженной дурочке. Вот и этот такой же — обаятельный повеса без твердых моральных устоев. Одет он был просто, но добротно, щегольство выдавал лишь красивый пояс из черной кожи с изящной серебряной инкрустацией.
  
Инвар невозмутимо сложил руки на груди и встал у меня за спиной, то ли показывая, что ведьма под охраной, то ли по-мужски хвастаясь, что она уже занята. Я не оглядывалась на него, хотя здоровенная мощная статуя с красными от смущения щеками наверное выглядела интересно.
— Чародейка Моргана, чем могу помочь? — привычно поприветствовала я гостя.
— Здравствуйте, госпожа ведьма, — низко поклонился он, — Мое имя Варрик Стерн и мне очень, — он выделил это слово, — нужна ваша помощь.
— В чем конкретно?
— Мы можем поговорить без свидетелей? — мужчина перевел настороженный взгляд на кузнеца.
Инвар тут же склонился к моему уху и зашептал:
— Он из Стернов, что живут в Сливовом переулке. Госпожа Моргана, это не самый…
Я, конечно, насторожилась, но помня о том, что я взрослая женщина и сама все решаю…:
— Знаю, господин Верренс. Идите, вас давно ждут в кузнице.
Про Сливовый переулок я слышала краем уха. Будучи изначально только маленькой улочкой на краю города, он впоследствии разросся до полноценного района, куда добропорядочные горожане носа не показывали. Там проживали по большей части люди бедные, в основном перебивающиеся небольшими, а порой и разовыми заработками. Но хватало и представителей профессий низкой социальной ответственности: мелкие мошенники и аферисты, воры и вымогатели. Стража регулярно делала контрольные зачистки, но через пару — тройку недель затишья в Сливовом вновь было шумно по ночам. Пару раз ко мне приходили с мелкими заказами криминального характера и я сразу дала им понять, что подобными делами не занимаюсь.
В принципе, кузнец прав, ушки с этим Стерном надо держать на макушке, но живущие в Сливовом не все поголовно преступники, да и я ведь чародейка. Магия при мне, бегать умею, здравый цинизм никто не отменял. Если Варрик просто честный, но бедный — ничего страшного, ну а если мошенник, то… надеюсь, не идиот нападать на меня.
— Моргана! — кузнец качнул головой, отказываясь принимать мое решение.
— Идите! — более настойчиво потребовала я, — Я чародейка, как никак!
Инвар выпрямился, не сводя с меня рассерженного взгляда. Его молчаливое неодобрение ощущалось почти физически. Поняв, что я не отступлюсь, он предупреждающе покосился на Варрика и размашистым шагом вышел из дома, оглушающе громко хлопнув дверью. С косяка посыпалась белесая пыль.
— Что у вас случилось, господин Стерн? — я обернулась к гостю.
— Просто Варрик, госпожа, — улыбка гостя стала еще шире, — Мой брат просит вас помочь ему в одном деле.
— Надеюсь, вы понимаете, — моим ледяным тоном можно было заморозить половину холодильника, — что я действую только в рамках установленного в Шайнвилле закона.
— Разумеется, госпожа ведьма, — от медового голоса Варрика аж зубы свело, — Мы честные люди.
— И мои услуги очень дороги.
За одну только противную слащавую улыбку я мысленно повысила цену какой-либо помощи в три раза. Не верила я в честные намерения гостя, глядя в его очень «честные» глаза.
И отказаться права не имела, и копчиком чувствовала, что явно не за изгнанием шкодливого домового этот Варрик Стерн ко мне заявился.
— Мы в состоянии заплатить, господа Моргана. На этот счет не волнуйтесь.
Я кивнула.
— Хорошо, что от меня требуется?
Варрик посерьезнел. Улыбка слезла с его губ и взгляд сразу приобрел то хищное выражение, из-за которого в Сливоввый добровольно и без охраны я не ходила:
— Марек, мой брат, договорился с одной вдовой из столицы выкупить ее старый дом здесь, в Шайнвилле. Но прежде чем оформить сделку, мы бы хотели, чтобы вы, госпожа ведьма, проверили особняк. Покойный муж вдовы был человеком богатым, мало ли что он мог припрятать в подвальчике. Мы не хотим неприятностей из-за обвинений в воровстве. Если дом чист — хорошо, если вдруг что найдется, то мы сразу же сообщим об этом госпоже Михал.
— А почему госпожа Михал не может ко мне обратиться лично? — с подозрением прищурила глаза.
— Для этого ей пришлось бы самой ехать сюда, в Шайнвилль, а Марта Михал уже далеко не девочка, — в голосе Варрика было столько заботы о престарелой вдове, что я чуть не прослезилась от умиления.
— Послала бы сына?
— У нет нет детей.
— Племянника?
— И родственников.
— Поверенного.
— Вот я и приехал, — Варрик широко развел руками и тут же посерьезнел. — Документы у меня есть. Поверьте, госпожа ведьма, нам ни к чему проблемы. Дом хороший, старый, правда, но его можно отремонтировать. Марек хочет сделать в нем недорогую таверну, сами понимаете, на “Три корочки” у большинства со Сливового просто не хватит денег.
Самая знаменитая таверна города под руководством матушки Шаллисы, и правда, была дорогим заведением. А в Сливовом переулке особо не шиковали.
— Неужели в Сливовом нет мест для развлечения? — недоверчиво потянула я. Чтобы в злачном районе да не было злачных мест — ни в жизнь не поверю.
— Есть, разумеется. “Лев и мартышка”, “Два зеленых краба”, — начал перечислять Варрик, — но мы хотим свое. Брат у меня варит отличное пиво, я тоже кухарить-кулинарить немного умею. Уж ребрышки к пенному зажарить смогу. Поначалу будем друзей собирать, а там и слухи пойдут, развернемся.
Аж завидно стало. Неужели, шайнвилльские мужчины все как на подбор боги кухни. Воздух у них здесь такой, что ли? Или это мировые крохи магии скопились в городе таким занятным образом?
— А не боитесь конкуренции от “Мартышки” и “Крабов”?
— Волков бояться — на работу не выходить, — и многозначительно мне подмигнул, словно я должна была сходу понять, о какой именно “работе” он говорил. — Ну как, госпожа ведьма, возьметесь?
— Пять золотых. Это начальная цена. Итоговая будет зависеть от сложности работы. — озвучила я стоимость своей прогулки в не самый благоприятный район Шайнвилля. Варрик расплылся в широченной улыбке, низко поклонился и начал было благодарить и даже поигрывать бровями, но я оборвала его словоизлияния. — Ждите меня на улице.
Инвар, видимо, и правда ушел в кузницу, зато Йонас презрительно косился на моего заказчика, всем видом показывая, что он ему не доверяет и в дом еще раз ни за что не пустит. Варрик внимания на него не обращал. Прислонился спиной к столбику крыльца, пожевывал тут же сорванную травинку. Завидев меня, он выплюнул измусоленный стебелек, получив в ответ от Йонаса шипение насчет мусора, и галантно подал мне руку.
— Вы куда? — Йонас преградил мне дорогу. От страха перед моей магией и следа не осталось. Парень грозно сдвинул брови и упер руки в боки. — Обед скоро!
— Я ненадолго, — обошла его и решила все-таки предупредить, — Мы идем на Сливовый…
— Садовая улица, дом 25, — поспешил поправить меня Варрик.
— Ах, даже не Сливовый? — обрадовалась я. Все-таки путешествие в обитель криминала немного напрягало. — Ну тогда тем более быстро вернемся. К обеду буду, — бросила я Йонасу и вышла за калитку.
— И чтобы не опаздывать, госпожа чародейка! — потряс он мне пальцем вслед, — И будьте осторожны!
Варрик повел меня каким-то окружным путем. Так быстрее, пояснил он и направился в сторону от главной дороги. Садами и огородами, почти никого не встречая по пути. Я шла за ним, оглядываясь по сторонам, но тайных преследователей не наблюдала. Жилистая фигура моего проводника мелькала между деревьев, я старалась успевать и не терять его из виду. Мимо улицы Светлых прях, где маленькая Янина играла с подружками в салочки, мимо Ткацкой и Иржина Дивайн проследила за нами странным взглядом. Затем Цветочная, Озерный заулок, Липовая аллея, Лесная… Варрик упорно вел меня на другой конец города. По дороге пытался пару раз заигрывать, но я отвечала невпопад, упорно пытаясь припомнить карту Шайнвилля, чтобы понять, где находятся Сливовый переулок и Садовая улица. Кажется, они все-таки соединялись в одном из перекрестков.