На грани счастья (СИ)

Она, собрав какие-то ничтожные остатки сил, решила обойти штаб, чтобы побыстрее оказаться рядом с машиной и двинулась в нужном направлении.
В эту же минуту, Истомин, увидев жену, рванул к ней, обходящей здание штаба, почему-то с другой стороны, навстречу.
— Калерия Александровна, куда вы?! — раздался позади Лавровой обеспокоенный голос военного. — Назад, немедленно! Там нельзя!
Но Калерия была почти у цели, тем более, она уже явственно разглядела Игоря, бежавшего к ней.
В эту минуту, раздался один из многочисленных выстрелов, грохочащих вокруг и девушка ощутила резкую, ни с чем не сравнимую, сводящую с ума, парализующую боль в спине. Как будто ей перебили позвоночник. Эта боль просто сбила её с ног, а в глазах засверкало миллион звёздочек.
Истомин увидел, как Лера, идущая к нему, невзирая на слова военного, после выстрела в одну секунду рухнула на колени, а потом на спину, как подкошенная. В виски́ ударило осознание: в неё попали. И мужчина ринулся к девушке.
Она лежала на земле, а по щекам катились слёзы и глаза закрывались.
— Лерочка, девочка моя, ты меня слышишь? — обеспокоенно произнёс он, приподняв Калерию за плечи и оперев её голову себе на руку.
Она не отвечала. Лера почти ничего не понимала и не видела. Всё плыло, в ушах звенело, боль казалась невозможной и непреодолимой и Лаврова стремительно теряла сознание. И только одно явственно ощущалось: аромат его одеколона Dior «Homme». Как в том прекрасном сне.
  
Глава 22
 
— Что случилось? — им навстречу вышел Шатров.
— Быстро позови Закира Тиграновича! — обходя вниманием его вопрос, рявкнул бледный, как стена Игорь.
Калерия лежала на носилках, которые держали спасатели.
— Все на операциях, я вот только освободился… Закир тоже оперирует. — озадаченно произнёс Артём и бросился к Лере. — Что с ней?
— Её ранили. В спину. Неужели нет кого-то поопытней? — закричал у него над ухом Истомин.
— Никого. Я и выдернуть никого не могу… — растерялся парень. — Давайте, я её осмотрю. Для начала надо понять характер ранения и…
— Не прикасайся к ней! — взревел бизнесмен и чуть ли не силой оттащил его от носилок.
— Послушайте, Игорь Максимович, — теряя терпение, начал пояснять Артём. — у меня есть своя жена, а Лере необходимо…
— Лере необходимо, чтобы ты не появлялся в её жизни! Я сам сейчас же пойду и вытяну всех врачей с операций! — ругался мужчина, у которого, похоже, сносило крышу от страха за любимую женщину. — И вообще, надо срочно организовать вертолёт и переправить Калерию в Москву или Питер! — продолжал громыхать он.
— Игорь Максимович, скорее всего, Леру вообще нельзя сейчас никуда отправлять! Она может не перенести транспортировку! Первичную операцию надо делать здесь! — пытался достучаться до разума Игоря, молодой врач.
— Её будешь делать не ты! — горячился Истомин.
— А вы видите кого-то ещё?! Мы будем идти на поводу у дурацких принципов, или побеспокоимся о спасении её жизни? — вспылил в ответ Шатров.
— Ладно. — сдался бизнесмен, потухшим от пережитых эмоций голосом.
— Игорь Максимович, я сделаю всё, что смогу, обещаю. Она мне тоже очень дорога.
— Если ей будет хуже, или не дай Бог, случится непоправимое, — снова заискрил мужчина, схватив бывшего соперника за грудки. — я тебя убью! Мне терять нечего! — тряс он парня.
— Игорь Максимович, держите себя в руках! Иначе скоро, Калерию спасать будет некому! — напомнил ему тот и Игорь отпустил врача, сам понимая, что перебарщивает.
Операция тянулась нестерпимо долго. Истомин ожидал её окончания, нервно ходя из угла в угол, как тигр в клетке. Впервые в жизни ему было настолько страшно. Именно страшно. Страшно потерять свою девочку, страшно, что ей будет хуже. Он корил себя в том, что не уберёг её, в том, что это по его вине всё произошло. Если бы не дурацкий спор с братом, она бы эти почти три года и сейчас, не собой рисковала в разных странах, в ужасных условиях, а была бы с ним и он хранил её от всего…
 
Мужчина, изнывая от неизвестности и тревоги, то садился, то вставал, постоянно шептал слова всех молитв, которые только помнил и смотрел на часы. В таком состоянии, его и застал начальник госпиталя, только вышедший с очередной операции. Игорь всё ему рассказал.
— Тут главное не паниковать. — начал свою миссию психолога-утешителя, Закир Тигранович.
— Как не паниковать? — взорвался едва успокоившийся бизнесмен. — Если это не экстренный случай, то я не знаю какой тогда экстренный! Почему, почему нельзя сразу вызвать вертолёт и организовать транспортировку! — сетовал он.
— Ну тебе же Артём объяснил. И объяснил всё правильно. Её нельзя было транспортировать в таком состоянии! — занял позицию убеждающего врач.
— Ну почему всё сваливается именно на неё?! Почему нельзя как-то поделить неприятности? Половину мне, половину… Не знаю… Ещё кому-то! — продолжал нервничать Истомин. — Да я бы всё забрал, лишь бы с ней всё было в порядке!
— Игорь, такими вот настроениями, ты делу не поможешь. Успокойся. Артём достаточно способный и талантливый хирург, чтобы сделать всё правильно. Несмотря на свой возраст.
— Да, а вы знаете, что ваш Артём… — заорал было мужчина, но Закир Тигранович знаком пожурил его за такой повышенный тон и тот стал говорить тише: — Ваш Артём-это бывший парень Леры! Они встречались, потом она бросила его, отказавшись от его предложения и вышла замуж за меня!
— Ну и? Ты думаешь, он станет мстить? Нет. Он профессионал и я уверен в нём на все сто процентов. А ты не накручивай себя почём зря, ради Бога!
— Закир Тигранович, ради всего святого, прошу вас, посмотрите, как там дела! — взмолился Игорь. — Вы же начальник госпиталя, можете.
— Хорошо. — вздохнул тот в ответ и скрылся за дверями, где располагались операционные.
В это же время, Истомин, взяв себя в руки, сделал несколько звонков: отчиму, которого посвятил в сложившуюся ситуацию и спросил, куда именно лучше организовать транспортировку Калерии. Бизнесмен рассматривал только Питер, но Ростовцев, с минуту подумав сказал:
— Если и перевозить, то только в Златоглавую. Есть там несколько клиник, а в одной из них работает очень хороший врач, хирург, мой знакомый. Сейчас пришлю координаты.
Затем, мужчина выяснил про то, как и где можно нанять вертолёт для транспортировки раненых.
Вскоре, к нему вышли оба: Закир Тигранович и Артём.
— Как прошла операция? — с тревогой кинулся к ним Игорь.
— Прошла. — не особо весело ответил Шатров. — Пулю я вытащил. Из хорошего: она прошла рядом, не задев спинной мозг. Из плохого: я не знаю, задеты ли отростки позвоночника и у Леры, ко всему прочему, ещё и серьёзное ранение живота. С ним тоже справился, но вот позвоночник… Я даже никогда не сталкивался. Нужны специалисты. Состояние очень тяжёлое, близко к критическому. — сообщил он.
— Я уже нашёл клинику, в которую организую транспортировку Леры. — глухо сообщил Истомин, у которого внутри всё переворачивалось от того, что сообщил ему парень.
— К сожалению, вертолёт прилетит лишь через два дня. — с горечью произнёс Закир Тигранович.
— Я найму другой. — отрезал бизнесмен, понимая, что Калерию надо спасать немедленно. — Она скоро придёт в себя?
— Не думаю. Пока без сознания, но это и хорошо. Ту боль, которую она будет чувствовать, когда очнётся, лучше как можно дольше не знать. — ответил Артём, а Игоря ещё сильнее сжалось сердце от жалости за его девочку. Он бы всё отдал в тот миг, чтобы поменяться с ней местами и забрать всё плохое себе и только. Лишь бы с ней всё было в порядке.
 
Дальше предстояли очень сложные сутки: прилетевший вертолёт, дорога в Москву, в клинику, где их уже ждал профессор Гурьев и вот, Калерию, после обследования, увезли на новую операцию. Увидеться им не дали, отчего Истомину, и так измотанному до предела, было ещё хуже. И снова потянулись долгие, монотонные часы ожидания, прерываемые лишь звонками родных и Анны, которая случайно услышав о том, что муж возвратился из «командировки», — именно так бизнесмен обозначил цель своего отъезда на неопределённый срок, чтобы не давать ей повода для истерик и ненужных выяснений отношений, — интересовалась, почему он не возвращается домой.