Принцип матрешки (СИ)

– Хотеть мало, Юлия. Надо соответствовать требованию творца и родиться в предназначении. Твое предназначение – быть графиней, и не мечтай о другом. Иначе потеряешь и то, что тебе дано, вернешься домой и выйдешь замуж за приживалу.
– Фу-у, – оскорбилась девочка. – Нехейские дворяне грубы и от них воняет лошадью. Не хочу.
– Ты еще маленькая. Расти и о замужестве не думай, – отмахнулся я. – И не говори так о нехейцах. От тебя самой воняло скотным двором, когда я тебя забрал из дома.
– Это меня ключница заставляла свиней кормить. А платье у меня было одно повседневное и одно на выход в праздники. Я не хочу больше такой жизни.
– Ну, свиней тебе кормить не надо, но учиться вести хозяйство ты должна.
– А потом, когда я научусь, ты мне найдешь мужа эльфара?
– Нет. Не найду. Если хочешь, куплю тебе красивого раба метиса, как предлагает Ганга. Но лучше иметь мужа человека.
– А как же любовь? – ответила, шмыгнув носом, сестра.
– Какая любовь? – Я обалдело посмотрел на сестру. – С каких это пор нехейки стали рассуждать о любви.
– С тех самых пор, – ответила сестра, – как я поселилась у тебя. Ты сказал мне больше читать. А в моей комнате все книжки о любви. И там написано, что эльфары влюблялись в принцесс. Я тоже хочу любви…
– Правильно делаешь, малышка, – поддержала ее Ганга. – Любовь – это самое главное для счастья. Любовь – это сила. Нет больше силы, чем любовь. Я за Ирри готова умереть. Потому что люблю его. И за сестру Чернушку, и за Лирду. А наш жених готов умереть за нас. Он уже умирал за меня несколько раз, потому что любит. Правда ты нас любишь, дорогой? – спросила Ганга.
Я лишь кивнул.
– А где ты берешь книги про любовь? – спросил я Белку.
– Она с Лирдой живет в светелке, где жили дочки прежнего хозяина, – ответила Чернушка. – Там много книг.
– Белка, скажу тебе честно, графини и принцессы выходят замуж по расчету. Если хочешь, я найду тебе мужа метиса, как предлагала Ганга. А она, в общем-то, права, это не самый плохой вариант.
– А как же любовь? – почти плача, спросила снова малышка.
– А любовь придет, – ответил я. – Стерпится, слюбится.
– Правда?
– Правда, – ответил я. – Ты думаешь, Ганга сразу меня полюбила? Она сначала хотела меня убить на дуэли за пристальный взгляд.
– Я помню, – рассмеялась девочка. – Ты полизал ее грудь, и она тебя простила. Мне тоже надо будет давать лизать свою грудь?
– Нет, – отрезала Ганга, – для этого надо быть орчанкой и небесной невестой. Меня Ирри завоевал на турнире. Я поначалу его ненавидела.
– Я тоже хочу небесного принца! – капризно проговорила сестра. – Пусть он за меня сразится…
Я закатил глаза к потолку. Мое терпение подходило к концу. Девочка втемяшила себе в голову иметь принца или на худой конец эльфара, и своими капризами выматывала мне нервы.
– Девочка, кормившая свиней, не может стать женой небесного принца, – решительно заявил я.
– Да? – со слезами в голосе спросила Юлия.
– Да, – в один голос заявили три невесты.
– Ну ладно тогда, – смирилась девочка. – А из нескольких метисов я смогу выбрать?.. Того, кто получше.
– Сможешь, – решительно заявила Ганга. – Я сама их подберу для тебя. А сейчас иди спать. Уже поздно.
Белка шмыгнула носом.
– Я ненавижу бабку Фроську. Ключницу. Это она заставляла меня кормить свиней, дура.
И глотая слезы, девочка побрела к себе.
– Вы тут, – обратился я к невестам, когда девочка вышла, – мозги ей не заморачивайте. Какие эльфары и орки? Ей нужен человек.
– Почему? – удивилась Ганга.
– Чтобы быть принятой при дворе. С орком ее и на порог дворца не пустят.
– Есть метисы от снежных эльфаров и рабынь хуманок, – стала рассуждать Ганга. – Ей понравится.
Я задумался.
– Ну, это еще куда ни шло, – согласился я. – Но лучше маг из академии.
– Чем лучше? – спросила Ганга.
– Он человек.
– Ф-р-р-р, – презрительно фыркнула Ганга, – человек.
Но спорить побоялась. Знала, как я отношусь к их презрению к хуманам.
– Мы ее всему научим. Не переживай, – успокоила она меня. – Я тоже отдыхать пойду. Ты, как освободишься, приходи ко мне.
 
Она зевнула, прикрыла клыки рукой и грациозно поднялась. Поддерживая руками округлившийся живот, пошла на выход. На пороге остановилась.
– Ты когда освободишь ставку хана? – спросила она.
– Я над этим работаю, – ответил я и скривился, как от зубной боли.
– Ну-ну. Работай, – Ганга вскинула голову и ушла походкой королевы.
– Брат, – провожая Гангу взглядом, обратился ко мне Черридар.
– Что? – я посмотрел на брата. Тот замялся. – Ты тоже хочешь иметь жену эльфарку? – пошутил я.
Черридар смутился еще сильнее.
– Нет, – отвел он глаза, – метиску, как тана Ганга.
– И только? – серьезно спросил я.
Он кивнул и потупился.
– Это нетрудно. Придет время, сам выберешь себе невесту.
– Правда? – Черридар поднял на меня сияющие от радости глаза.
– Без проблем, – пожал я плечами, а молчавшая весь разговор Лирда закатила глаза. – Но я хотел женить тебя на выпускнице магической академии, моем вассале, – добавил я. – Тебе нужен будет маг, а денег у тебя на жизнь вначале будет немного. Я не буду всю жизнь тебя и Белку содержать. Ты это понимаешь? Дам людей, воинов, денег, а дальше сам.
Черридар опустил глаза и кивнул, но затем обреченным голосом произнес:
– Она старая.
– Кто старая? – не понял я.
– Мегги…
– А ты понимаешь, что это для тебя лучшая партия? – Прищурив глаза, я оценивающе посмотрел на брата Ирридара. Может, я ошибся в нем? И он просто тупой махала мечом.
– Понимаю, брат. Прости, – выдавил из себя парнишка.
– Вот и хорошо, что понимаешь. Иди спать.
– А как же схватка с врагом?..
– Он тебе не по зубам, Черри. Это мой враг, – мягко произнес я. – Иди. И ты, Чернушка, тоже иди. Утром, если получится, загляну к тебе.
Мы остались вдвоем с Лирдой.
– Он в меня влюбился, – сообщила лесная эльфарка и, не вполне искренне вздохнув, посмотрела на меня. – Что теперь делать?
– Сделай так, чтобы он навсегда забыл влечение к лесным эльфаркам, – усмехнулся я. – Влюбился. Вы, лесные жители, умеете внушить ненависть людей к себе.
– Мне заставить его меня ненавидеть?..
– Нет. Бояться как огня.
– Это я умею, – довольно произнесла девушка. – Когда выступаем? – спросила она и застала меня врасплох.
Я рассеянно ответил:
– Ближе к полуночи.
И только потом удивленно посмотрел на нее.
– Не мы, – поправил ее, – а я.
– Я тоже должна идти. Мне надо напоить клинок кровью колдунов.
– Что еще за клинок?
– Вот, – она сунула руку в складки платья и вытащила свой кинжал.
– Хм, – хмыкнул я, – почему ты носишь кинжал в панталонах? Это же неудобно.
– Я не в панталонах, – засмеялась лесная эльфарка. – Я в трусиках. Хочешь, покажу?
– Нет, – тут же замахал я руками. – Рано еще мне смотреть твои трусики.
– Почему рано?
– Потому что мы даже не жених и невеста.
– Неправда. Я твоя невеста, мой господин. Ты лизнул мою грудь.
– Это ничего не значит. Ты еще очень молода.
– Мне что, ждать, когда исполнится двадцать пять, как Ганге?
– Постой, – остановил я ее. – Хорошо, ты невеста и только. Но показывать свое белье мне не надо. Я понимаю, что ты со мной решила поиграть. Ты красивая и все такое. Я мужчина и могу не совладать со своими желаниями. Скажи, чего ты добиваешься?
– А того. У нас будет тройная свадьба. Ганга и Чернушка ждут ребеночка, одна я, как дура, буду не беременна. Все подумают, что я нелюбимая жена.
Я даже обалдел от такого заявления.
– Что значит дура, Лирда? Ты умница и такой оставайся. Успеешь нанянчиться с детьми. Поживи в свое удовольствие. Балы там, праздники…
– Какие тут балы, мой господин, в замке? С кем? – Лирда иронично на меня посмотрела.
– Да, ты права, – понимая, что сморозил глупость, согласился я. – Но это временно. Я перенесу свой престол герцога в Бродомир, и там будут балы. Или у короля во дворце…