Око василиска (СИ)

Дед сидел в любимом кресле у камина, который, конечно же, не горел. Призрак стоял рядом, сложив руки на груди. Сегодня он выбрал в качестве одеяния высокие сапоги и просторную рубашку, но с пышными кружевными манжетами. На боку красовалась длинная шпага.
— Александр! — патриарх потряс газетой. — Ну что это такое?
Рассмотреть, что там такое, я решительно не мог, пресса мелькала слишком быстро. Но догадывался.
Родоначальник вдруг разулыбался, едва сдерживая смех. Что бы там ни было, духа это развеселило не в меру.
— А вы не смейтесь, Митрофан Аникеевич, — дед покачал головой. — Ничего смешного в этом нет. Вот придут к нам, что делать будем?
— Да кто придёт-то, Лука? — призрак разве не хрюкал от распирающего его смеха. — Из канцелярии по отлову мифических тварей? Да и чего сразу к нам?
— Кто-нибудь наверняка видел, как гаргулья у нас приземлилась, — упрямо сжал губы патриарх.
— Ну и что? Пускай ищут живую гаргулью. Или как там? Драконааааа, — протянул дух, хватаясь за живот. — Не могу, дракон, ёшкин кот.
Всё, как я и предполагал. Даже неинтересно. Могли бы придумать что-то не такое банальное. Мои надежды на фантазию журналистов не оправдались.
— Так в чём проблема? — я старался не обращать внимания на хохочущего предка, он там заразительно это делал, что я сам еле сдерживался.
— В смысле? — обиженно спросил дед. — Скандал же.
— Вообще-то, в имперских законах нет запрета на содержание и выгул питомцев, если те не опасны для окружающих. Она ни на кого не нападала и не шумела даже. Так что не вижу ничего дурного, за что нас могли бы спросить.
К такому доводу граф не был готов. И задумался, явно припоминая законодательство. Я же специально изучил, в том числе и химеры были разрешены. Пока никого не обижают, держите на здоровье.
Но я к химерологии относился не очень одобрительно. Всё же живые существа использовались для их создания.
— Вот правильно говорит! — восторжествовал предок. — Кого желаем, того и заводим!
Да уж, даже призраков… Но вслух я такое, ясное дело, говорить не стал.
— Ну не знаю… — сдался Лука Иванович. — Зверушки, конечно, славные. Но странно это всё.
— Скажи спасибо, что твой внук не некромант! — выдал дух и осёкся.
Тоже понял, что и до этого дойдёт. Я нахмурился, призрак виновато пожал плечами и быстро испарился.
— Типун тебе на язык… — дед огляделся. — Вот так всегда. Как только аргументы кончаются, сразу исчезает.
— Есть у меня аргументы! — послышался недовольный голос из воздуха. — Некогда мне, дела.
— Вот какие у него дела? — накинулся патриарх на меня.
— Митрофан Аникеевич к защитной сети привязан, так что наверняка его дела с этим связаны, — заступился я за предка.
— Ну-ну, — скептически отозвался дед, но продолжать не стал.
— Заааааавтрак! — донеслось из холла.
Мы дружно насторожились и прислушались. Скорее по привычке. Столик на колёсиках дребезжал ещё громче, но пока посуда оставалась целой.
Граф Вознесенский-старший поднялся и бросил газету на кресло. В столовую торопиться было не нужно. На скорость передвижения Прохора столик никак не повлиял.
После трапезы я навестил василиска в лаборатории. Проверил, что процесс идёт как нужно, и к вечеру будет готово. После чего вызвал барона Кусова.
Глава гильдии моему звонку обрадовался неимоверно. Я едва смог вклиниться в поток его надежд и ожиданий. Договорился на вечернюю доставку артефакта. План был — поместить статую в хранилище под видом ценного груза.
А уже после закрытия и приступлю к активации.
Платон Серафимович на всё согласился и пообещал быть на месте, никуда не отлучаясь.
После этого я вызвал грузчиков, обозначив им размер и примерный вес. За срочность пришлось доплатить, но меня подгоняла интуиция. Я был уверен, что после неудачного покушения на меня и мою лабораторию, грабители решатся действовать как можно быстрее. Сыграют на опережение.
Как бы мы ни встретились этой ночью…
В связи с такой вероятностью, свободное время я посвятил собственной защите. Мне понравилось, как мастер Овражский использует стихию земли для усиления мышц и костей. Так что я хотел создать нечто подобное.
 
Да и вообще зарядить родовой перстень стихиями. На пару ударов, но хватит, чтобы выбить противника из колеи и успеть придумать, как его обезвредить. Ну а более слабого сразу обезвредить.
Со сплавом, предназначенным для артефакторики, работать было одно удовольствие.
Металл поддавался легко, плетение само укладывалось, как мне было нужно, а удерживающий состав впитался моментально. Пусть работа была не такой сложной, как со статуями, но заняла почти весь день.
Из камня я сделал броню. Чем мощнее атака, тем меньше время действия, чтобы не затрачивать много силы. Против высокорангового мага выстоит секунду, но мне этого хватит.
Из огня самый банальные шаровые сгустки и стену пламени. Отпугнуть, ну или подпалить кому-нибудь штаны.
Водную стихию внедрил как накопитель. Потушить пожар, напиться при жажде и воздействовать на любые источники и водные пространства. Шторм устроить не получится, но опрокинуть лодку, например, смогу.
Над воздухом я подумал. Простой поток можно отбить, а то и отзеркалить. В итоге добавил вакуум, щит и воздушную подушку. Вдруг упаду с большой высоты, не разобьюсь.
Использовал я также иллюзию, чтобы отводить взгляд от носимых при себе артефактов. Таких, как тёмный браслет, например. Опытного мага может привлечь любое украшение. А там, сумев сконцентрироваться, и о его природе сможет догадаться. Да и от ловких воров это поможет.
Можно было добавить ещё пару возможностей, но это я оставил на будущее. Столько небольшой предмет физически не мог вместить в себя всё разнообразие магии. Был риск разрушить перстень.
Впрочем, работой я остался глубоко удовлетворён. Ещё один шаг к готовности перед любыми неприятностями. Ну и способ сильно удивить врагов.
Закончил и взглянул на часы. Совсем скоро уже приедут за василиском. Нужно было успеть подкрепиться перед ночной частью работы.
Прогулявшись по саду, чтобы проветрить голову, я заметил Прохора, который суетился у ворот.Подошёл и увидел, как старик прилаживает какую-то фанерку, привязывая её к прутьям.
— Ты что делаешь?
— Предупреждение вешаю, — объяснил он.
На импровизированной вывеске красной краской с подтёками было выведено «осторожно, злые статуи».
— Надо бы заказать в мастерской приличную, — с гордостью посмотрел Прохор на своё творение. — Бронзовую, с чеканкой вензелями и позолотой. И головой Васьки. Такой, чтобы пасть распахнутая с клыками.
— Какого Васьки? — оторопел я.
— Ну харгульи вашей, барин, — старик махнул рукой на дом.
— А почему Васьки? — его ответ мне ничего не прояснил.
— Кот я меня был в детстве, — тепло улыбнулся слуга. — Дюже драчливый, но ко мне ласковый. Ещё б, я ему все рыбьи хвосты отдавал. Ох и доставалось мне за это от мамки. Так вот, его Васькой и звали. А других имён звериных я и не знаю, молодой господин.
Ну вот и придумалось имя.
— Ну хорошо, пусть будет Вас…илиса, — согласился я.
— Это как в сказке, штоль? Годно, — одобрил Прохор. — Она и сама как из сказки.
Я посмотрел на особняк. Сказочная гаргулья Васька смотрела вдаль с фронтона. Ощутил призрачные эмоции поблизости — княжне имя тоже понравилось. Велев птичке отзываться на оба варианта, я отправился в дом.
— Александр, — дед перехватил меня у выхода из своего крыла. — Ты сегодня больше не собираешься пользоваться лабораторией?
— Нет, на сегодня там я закончил. Только статую заберут чуть позже.
— Вот и славно. Я тогда займу её до ночи. Кое-чего хочется попробовать, — загадочно улыбнулся патриарх.
И точно, он над чем-то усилено трудился всё это время. Теперь, когда запрета на использование лаборатории не было, артефактор мог наконец вернуться к любимому делу. Хороший артефактор — это увлечённый артефактор. Лука Иванович же был отличным артефактором.