Маятник чувств (СИ)

— Да, спасибо, что довёз, — застёгиваю пальто, беру сумочку и тянусь к дверной ручке.
— Сонь, — зовёт, а голос такой нежный.
Поворачиваюсь к нему и вижу, как тянется ко мне. Я замираю, сердце начинает бешено колотиться, в голове вопрос: «Что он делает?». А Ярослав нарушает все границы, оставляет поцелуй на щеке, его губы приятные и тёплые.
— Спокойной ночи, — шепчет и отстраняется.
— Доброй ночи, Ярослав Дмитриевич, — быстро тараторю и вылетаю из машины, залетаю в подъезд и пытаюсь отдышаться. Мне кажется, я вмиг отрезвела, даже снова захотелось выпить.
— Вот и отметила переезд, — с этими словами направляюсь в квартиру.
  
Глава 4. Соня
 
Воскресенье пролетает быстро и болезненно. Головная боль сопровождает меня на протяжении всего дня. Отец подкалывает, что не стоило столько пить, а мама откармливает бульоном. Но к сожалению, это не помогает. Переезд и разборка вещей у меня проходит сложно в том плане, что я ничего не могу толком сообразить.
Савельева звонит, и разговор получается напряжённым, натворила подруга дел, конечно. Договариваемся встретиться в конце недели. Переживаю за неё очень, главное, чтобы больше ничего не сотворила до пятницы. А как встретимся, разберёмся во всех проблемах, а самое главное — поплачется в жилетку и станет легче.
В голове постоянно всплывают моменты из субботнего вечера. Ресторан, Ярослав, его тёплый и нежный поцелуй в щёку. Как мне теперь с ним работать в одном офисе? Он же был трезвым и всё помнит. Как смотреть ему в глаза? Прогоняю мысли и заставляю себя уснуть. Хочу — не хочу, а в понедельник нужно быть на работе.
Просыпаюсь от назойливого будильника и сразу направляюсь в душ — то что надо, а после выпиваю чашку кофе. Я совершенно не выспалась, поэтому нехотя плетусь к шкафу, надеваю джинсы с высокой посадкой и розовую блузку. Смотрю на время, понимаю, что успеваю. До работы минут двадцать, решаю пройтись пешком. Натягиваю пальто, надеваю сапоги и выхожу на улицу.
Полпути пройдено, и с каждым шагом я замедляюсь. Ноги отказываются идти туда, где мне будет неудобно за своё поведение. Чёрт! Как же быть теперь? Завязываю с алкоголем: ни к чему хорошему он не приводит. Когда я последний раз так напивалась? Да когда с Мишей рассталась, а было это около года назад, вот организм и не выдержал литража, который влила в себя.
Останавливаюсь на светофоре, перед глазами всплывает воспоминание, как я в субботу чуть не распласталась перед рестораном. Спасибо Ярославу, который вовремя поймал. От этого становится стыдно. Глаза прикрываю и начинаю глубоко дышать.
Открываю веки и вижу, машина останавливается знакомая, окно опускается, и высовывается довольное лицо Белова.
— Доброе утро, Сонь, садись, подвезу, — он сегодня как-то по-особенному светится. Вроде понедельник, утро, а выглядит, как будто сейчас обед и он не работать едет, а купаться на пляж.
— Доброе утро, Ярослав Дмитриевич, — сажусь и стараюсь избегать его взгляда.
— Мы же ещё не на работе, — сижу, не поворачиваюсь, смотрю прямо, а он делает то же самое, что сделал, когда привëз меня домой. Его мягкие губы невесомо касаются моей щеки.
Белов отстраняется, и машина трогается, а я вообще не понимаю, что происходит. Зачем он это делает? Что это значит? Разве я давала повод со мной так здороваться? В голове столько вопросов и хоть бы на один услышать ответ. Но я продолжаю молчать, когда стоило бы спросить.
— А ты что тут делаешь? Я тебя по другому адресу отвозил, — голос меняется, становится более строгий.
И как он это делает? Только что был жизнерадостным, а теперь сидит мрачнее тучи. Или с каждым приближённым километром к работе он входит в роль строгого начальника?
— Я тут живу недалеко, — Ярослав сжимает челюсти, по скулам начинают ходить желваки. Что за реакция такая?
— А отвозил я тебя куда? — дарит мне мимолётный взгляд и сосредотачивается на дороге.
— Это допрос, Ярослав Дмитриевич? — вопрос сам вылетает, меня забавляет его реакция.
— Обычное любопытство, не более, — заезжаем на парковку возле офисного здания, но мотор не глушит. Поворачивается на меня и пристально смотрит в глаза.
 
— Я переехала на выходных поближе к работе, — готова поспорить, я услышала облегчённый выдох.
Мобильник Ярослава издаёт звук входящего звонка, он отвечает. Я не решаюсь дожидаться его и тем более подслушивать разговор, указываю на выход, он кивает, и я покидаю машину.
Подхожу к двери медленно, хочу обернуться к Белову и взглянуть, как он сосредоточенно разговаривает по телефону, так и манит к себе взглядом. Отбрасываю эту мысль, тянусь к ручке, но меня опережает мужская рука. Поворачиваюсь, а он стоит, улыбается и пропускает вперёд. А мне от этого действия становится приятно.
Заходим вместе, нас встречает Марина, я здороваюсь и направляюсь в кабинет, а Ярослав остаëтся с ней, начинает решать рабочие моменты.
Несколько часов пролетают незаметно, Сергей Романович даёт задание подготовить документы нескольким компаниям, которые хотят с нами сотрудничать. Я без труда справляюсь с поставленной задачей. Собираюсь отправить ему на почту подготовленные файлы, но стук в дверь меня отвлекает. В кабинет заходит Марина и с ней девушка.
— А мы к тебе, — улыбается и садится на кресло, стоящее напротив, а девушка в дверях остаётся и смотрит как-то пристально на меня, словно оценивает, — познакомься, это Елена Александровна — бухгалтер наш, ещё по совместительству моя подруга.
— Очень приятно, можно просто Соня, — стараюсь быть дружелюбной, и у меня получается, потому что Лена в ответ улыбается.
— И мне очень, — выделяет последнее слово или мне так кажется, но не придаю этому значения, — можно просто Лена.
— Ты тут не заработалась? Даже кофе не выходишь пить, — удивляюсь, как она за всеми следить успевает, что в её обязанности вообще входит, раз столько времени свободного? — Пойдём вместе пообедаем?
— Я только за, сама собиралась сходить покушать. Сейчас письмо отправлю Сергею Романовичу, и можно идти, — утыкаюсь в компьютер и делаю несколько кликов мышкой, — готово, — сумочку беру и иду к коллегам, которые уже в дверях ждут. — Мне тут Ярослав Дмитриевич показал одно кафе неподалёку, кормят там вкусно, может, сходим? — спрашиваю, а они как-то странно переглядываются между собой, а я мысли в голове начинаю гонять, может, не стоило говорить, кто именно место показал.
— С удовольствием, — подаёт голос Лена, стараюсь не обращать внимания на её тон, может, у неё манера общения такая.
Всю дорогу Марина делится свежими новостями компании, которые мне совершенно не интересны. Кроме сплетен, с ней есть о чём поговорить? Вопрос, который я не задам ей, потому что воспитывали родители меня по-другому. А Лена отвечает на её реплики. Приходим в кафе, и ноги сами ведут за столик, за которым мы обедали с Беловым. Помню, он говорил, что я могу им пользоваться, так как на обеденное время он всегда для него забронирован, и он как раз свободен. Либо Ярослав лишил себя сегодня обеда, либо решил поесть в другом месте.
— Он же забронирован, — удивляется Марина, когда я за столик сажусь.
— Это бронь Ярослава Дмитриевича, он его постоянно резервирует для себя, разрешил мне пользоваться, когда его нет, — смотрю на Симонову, а у неё брови вверх ползут от удивления, но, к счастью, не задаёт лишних вопросов, а куртку снимает и устраивается напротив. Перевожу взгляд на Лену и не могу понять её эмоции, только губы в кривой улыбке дрогнули.
Обед также проходит под бубнёж Марины. Она когда-нибудь молчит? Ей надо брать пример с подруги — та сидит и изредка поддерживает беседу. Вообще, она странная какая-то. Когда смотрит в глаза своими голубыми, чувство, словно в душу залезть хочет и посмотреть всё тайное.
Лена встаёт и в уборную отлучается, остаёмся с Мариной, а я тем временем прошу официанта принести счёт. Капашусь в сумочке и так погружаюсь в поиски карточки, что не замечаю ничего вокруг. Заставляет взгляд поднять знакомый голос.