Мы ненавидим всех. Преданные

– Серьезно, бейби? – лукаво усмехаюсь. – Ты и впрямь решила об этом вспомнить после того, как я дважды за час заставил тебя кончить?
– Вот именно: заставил, – злобно фыркает Астра.
– Извини, но кажется твои стоны были настолько громкими, что я не расслышал между ними «нет».
– Ты придурок! – Она сжимает свободную руку в кулак и бьет меня в грудь.
– Бейби, боюсь твои попытки причинить мне боль только еще больше возбудят меня.
  
– Извращенец и мазохист! – злится она и заносит руку, чтобы еще раз ударить, но я вовремя перехватываю ее запястье.
– Для тебя я готов быть кем угодно, звездочка.
Быстро чмокнув Астру в нос, я резко подхватываю ее на руки и забрасываю себе на плечо.
– Какого хрена ты вытворяешь?! – вскрикивает она. – Моряк! Немедленно верни меня на место!
– Ты ведь хотела в душ. Разве я могу проигнорировать твое желание? – выхожу из спальни и направляюсь с Астрой, перекинутой через мое плечо, в сторону ванной.
– Тогда исполни еще одно: иди в задницу!
– Ты в этом уверена? – Я запускаю руку ей под задранную футболку и, нащупав нагую ягодицу, припечатываю к ней ладонь. Астра вскрикивает и впивается ногтями мне в ребра. – Ведь именно это я и проделаю с твоей задницей, если ты еще хотя бы раз пошлешь меня в том направлении.
– Даже не мечтай!
– Поздно. Я уже успел это представить, бейби. Сама виновата.
Так же легко, как поднял Астру на руки, опускаю ее на пол, добравшись до ванной комнаты.
– А теперь отстегни меня и выйди, – командует Ревендж, когда я зажигаю свет.
– Ни за что. – Оглядываю ее растрепанный вид: волосы взъерошены, щеки раскраснелись, по распухшим губам растерта алая помада, но теперь больше кажется, что я просто зацеловал ее с такой силой, что на губах проявились засосы. – Я был с тобой неосторожен, поэтому сам должен привести тебя в порядок.
– Еще чего! – ожидаемо возражает Астра, но я делаю вид, что не замечаю ее протеста.
Я дотягиваюсь до крана в душевой кабине и включаю воду, а затем стягиваю с себя джинсы и боксеры и комкаю их ногами в груду ткани. Стоящая напротив меня Астра заметно напрягается, но я без толики стеснения смотрю прямо в ее карие глаза, которые еще секунду назад косились в область моего паха. Из меня выходит сдавленный смешок, когда я ловлю ее за тем, как она разглядывает мое тело. А в особенности – член.
– Не переживай, бейби, он весь твой. До утра. Как и договаривались.
Астра фыркает и закатывает глаза.
– Теперь займемся твоей футболкой. – Я подхожу к ней ближе и хватаюсь обеими руками за края растянутой домашней майки.
– Что? Нет! – Она бьет меня по рукам.
– Я подарю тебе новую. А этой скажи «пока». У вас две секунды, чтобы попрощаться.
– Моряк, ты не посмеешь порвать на мне мою любимую футболку! – Астра пятится, но один ее шаг назад приравнивается одному моему вперед.
– Итак, раз… – облизываю губы.
– Я тебе этого не прощу.
– Я заслужу твое прощение, бейби, обещаю.
Подтолкнув Астру вплотную к тумбе с умывальником, я нависаю над ней с высоты своего роста, склонив голову набок. Ее растерянность и испуг в глазах разжигают во мне адское пламя. Я приближаюсь к ее губам, которые в сию же секунду распахиваются. Дыхание Астры обдает мою кожу жаром. Я касаюсь ее губ языком, но не целую, хоть она уже и готова принять мой поцелуй. Вместо этого я медленно опускаюсь перед ней на колени и начинаю выстилать дорожку из поцелуев вдоль ее бедра, подбираясь к самому интимному месту.
– Дарио… – Мое имя на выдохе вылетает из ее рта, но я не останавливаюсь.
Продолжая задирать футболку выше, я прохожусь языком вдоль клитора, и чувствую, как бедра Астры вздрагивают и усыпаются мелкой дрожью. Чувствительность ее тела и реакция на мои ласки делают меня слишком твердым. Я возбуждаюсь от малейшего прикосновения к ней. Голова идет кругом. Запах ее кожи, тела, волос – все сводит меня с ума. Пьянит похлеще алкоголя и вызывает во мне зависимость. Мой нос скользит вверх по ее плоскому животу, и я делаю глубокий вдох. Астра пахнет маслом миндаля и цветками жасмина. Хочется впитать этот запах в себя. Хочется, чтобы мои руки и губы пахли лишь ею. Хочется, чтобы мои простыни хранили в себе ее аромат.
Мои ладони скользят по изгибам стройной фигуры, с натиском повторяя сексуальные формы, и подбираются к груди. Астра часто дышит, но уже не отталкивает меня. Я выпрямляюсь на ногах и стягиваю с ее головы футболку, которая повисает на наших скованных наручниками запястьях.
– Прости, моя звезда. – Целую ее в губы и с треском разрываю рукав футболки, позволяя ей упасть к ногам Астры.
Но кажется, Астре уже все равно и футболка утратила свою ценность. В данный момент ей куда важнее я. Она обхватывает ладонями мое лицо и притягивает меня к себе, углубляя жадный поцелуй.
– Черт возьми, Астра, я сейчас трахну тебя прямо здесь, и ты так и не доберешься до душа, – сквозь поцелуй томно стону я.
– К черту душ. – Обнаженное тело Ревендж прижимается ко мне крепче, потираясь о затвердевший член. Он дергается и пульсирует, желая поскорее протиснуться в тугую, влажную киску, растянуть ее стенки и заставить содрогаться от стремительных рывков, а потом извергнуться внутрь и заполнить ее всю.
– Нет, бейби, сначала я как следует тебя подготовлю.
Взяв ее за руку, я ступаю в душ под теплые струи воды и притягиваю Астру к себе. Ее ладони упираются в мою мокрую грудь, а бедра слишком тесно прижимаются к паху. Член мгновенно реагирует на контакт с телом Астры и дергается, когда она привстает на носочки, чтобы потереться промежностью о мою каменную эрекцию.
– Блядь… – выдыхаю я, ощущая, как нарастающее возбуждение разливается по венам, смешиваясь с кровью.
Я весь – сплошной оголенный нерв. Касания Астры отражаются на моем организме электрическими разрядами. Член снова вздрагивает, и тогда Ревендж обхватывает его рукой, смотря мне в глаза.
– Бейби, ты играешь не по правилам. – Я растираю большим пальцем ее щеку, наблюдая, как в карих глазах мелькают языки пламени.
– Если нет игры, то нет и правил, моряк. – Кончик ее языка проходится по нижней губе. Ее волосы намокли, и капли воды скатываются по красивому лицу, падая на обнаженные груди. – Ты ведь сам сказал, что уже давно не играешь со мной.
– А ты? – Я склоняюсь ниже, оказываясь в паре дюймов от ее губ.
– Как знать, – хитро прищуривается Астра, поглаживая член вверх-вниз. Я стискиваю зубы, превозмогая желание развернуть ее лицом к стене и взять сзади напористо и быстро.
Когда она такая игривая, мне с трудом удается сдерживать себя. Но я должен. У меня на нее уже совсем другие планы. Поэтому я не торопясь отвожу ее руку в сторону и слабо подталкиваю Астру к стене.
– Не нравится, когда я у штурвала, моряк? – Она бросает беглый взгляд на мой ярко выраженный стояк, торчащий вверх как гребаная мачта.
– Не нравится, когда меня отвлекают от главной цели.
Я подхватываю Астру под ногу нашими скованными руками и отвожу бедро в сторону, раскрывая ее перед собой. Она невольно ахает, когда большой палец свободной руки надавливает ей на клитор и, плавно скользя, спускается вдоль вульвы к мокрому входу.
– Кажется, я оставил в тебе кое-что свое… – Мой указательный палец проталкивается вглубь тесной киски, и с губ Астры срывается непроизвольный стон.
– Не парься, моряк. Я не собираюсь дарить тебе незапланированную тройню. – Она сдерживает подкатывающий всхлип, когда второй палец проникает в ее лоно, и я начинаю совершать поступательные толчки. – Я… – сглатывает, – на таблетках.
– Замечательно, – улыбаюсь, наблюдая за ее выражением лица: на щеках проявляется румянец, взгляд постепенно утрачивает ехидство, а брови сдвигаются, образовывая вертикальную морщинку. Стенки влагалища расслабляются, пропуская меня глубже. – Значит, в этот раз я наполню тебя доверху. – Я ласкаю ее быстрее, то сгибая, то разгибая пальцы. – А о тройне поговорим немного позже. Когда я сделаю «Тар Хилз» чемпионами мужского дивизиона, а потом пошлю этот гребаный баскетбол к чертовой матери и увезу тебя на другой край света.