Любовь зимой/Зимний спутник (ЛП)

Дорогая Клара,
Саймон столкнулся с какими-то неприятностями на учебе. Я не в курсе всех подробностей, но понимаю, что они носят серьезный характер. Одному из нас следует отправиться туда и оказать ему посильную помощь, чтобы ситуация не привела к его отчислению.
Я советую тебе отправиться в путешествие как можно скорее после Рождества. Я не могу поехать сама. У нас в школе десять учеников, и миссис Гинч не сможет справиться с ними в одиночку.
Пока будешь в Кембридже, пожалуйста, обрати внимание на прилагаемые счета продавца и счета из университета за различные нужды академической жизни Саймона. Большую часть из них я оплатила сама. Остальное ты должна оплатить из своих сбережений. Что касается остального, вам придется договориться об условиях.
Помни о своем долге.
С уважением,
миссис А. Хартрайт
В груди Клары нарастало чувство страха. Саймону грозила опасность быть отчисленным? Что, черт возьми, он натворил? Она никогда не слышала, чтобы кого-то отчисляли из Кембриджа, за исключением случаев азартных игр или публичных драк. И даже в этом случае поведение, о котором идет речь, должно было быть вопиющим.
Она отложила письмо матери, чтобы изучить пачку счетов, лежащих под ним. Когда она просматривала их, один за другим, ее страх быстро сменился гневом.
Необходимости академической жизни?
Там были счета от постельничихи, чистильщика обуви, повара и прачки. И это были всего лишь счета из университета. Она нашла счет от сапожника, портного с Бонд-стрит и ювелира, который продал Саймону пару запонок с гравировкой. Был даже счет от кузнеца, который, по-видимому, подковал лошадь для ее брата в начале ноября.
У Саймона даже лошади не было.
Клара дрожащими руками сунула пачку счетов обратно в конверт.
Ее сбережения были скудными. Только те гроши, которые ей удалось скопить за время работы учительницей, и несколько фунтов, которые она откладывала каждый год с тех пор, как стала компаньонкой. Этого хватило бы на оплату некоторых счетов Саймона, но не всех.
Как, черт возьми, она должна была договариваться об условиях?
Вряд ли она могла пообещать оплатить остаток долгов Саймона позже. У нее не было возможности найти на них деньги ни тогда, ни сейчас. Ее квартальная зарплата должна была быть выплачена только в следующем месяце, и у нее не было ничего, что она могла бы продать. Ни ценных семейных реликвий, ни дорогих украшений.
- Запонки, - пробормотала она себе под нос, переодеваясь. - Подковы.
Ее кринолин требовал стирки, а платье нужно было протереть губкой и выгладить, но на это не было времени. Миссис Бейнбридж ожидала ее возвращения меньше чем через полчаса.
Клара предположила, что сможет потратить несколько минут на то, чтобы набросать письмо. Но кому она могла написать? Еще одно письмо маме было бы бесполезным. Письмо Саймону - тем более.
Она снова была полностью предоставлена самой себе.
И теперь мама ожидала, что она поедет в Кембридж. Чтобы перевернуть свою жизнь и поставить под угрозу свое новое положение. Бросить все, чтобы прийти на помощь Саймону.
Было бы все так же, если бы много лет назад в Хартфордшире все сложилось по-другому? Если бы Клара не помешала урокам своего брата? Не превратила бы несколько добрых поступков в нечто большее?
Ее брат сказал, что простил ее, но Клара знала правду. Жизнь в рабстве - с упорядоченными мыслями и привычками - никогда не возместит того, что она испортила перспективы Саймона. Ожидалось, что она заплатит за свой грех, и ожидалось, что она будет продолжать платить, пока жива.
Но она не могла позволить чувству вины и горечи поглотить ее. У нее не было такой роскоши. Не с надвигающимся кризисом, с которым нужно было бороться.
Пригладив волосы и в последний раз встряхнув юбками поверх нижних, она направилась в комнату миссис Бейнбридж.
Дверь была открыта. Внутри была служанка, застилавшая постель. Та самая служанка, которая поцеловала мистера Кросса под омелой.
  
Увидев Клару, она остановилась и вытянулась по стойке смирно. Это была высокая девушка с темными волосами и смеющимися глазами цвета хереса.
- Доброе утро, - сказала Клара. - Мэри, не так ли?
- Да, мисс.
У Клары было слишком много забот на уме, чтобы слишком долго размышлять о вспышке ревности, пробежавшей у нее по спине, или об узле меланхолии, который сжался у нее в животе, когда она вспомнила слова мистера Бутройда в карете.
Я не верю, что мистер Кросс когда-нибудь покинет аббатство. Если он вообще женится, то на тамошней служанке или, возможно, на деревенской девушке.
- Вы ищете миссис Бейнбридж? - спросила Мэри.
- Да.
- Она ушла не более десяти минут назад, мисс. Она спрашивала о вас.
Настроение Клары упало еще больше.
- Вы знаете, куда она пошла?
- Она сказала, вниз, на кухню.
Клара поблагодарила горничную, прежде чем вернуться в свою комнату, чтобы забрать Берти. Он уже поел этим утром, но повар был щедр с собаками, всегда раздавая кусочки хлеба или бекона. И Берти не мешало бы немного откормиться.
Она несла его вниз по главной лестнице, пока не добралась до холла, а затем спустилась еще на один пролет по лестнице для прислуги на кухню, прижимаясь всем телом к изогнутой каменной стене.
Ей хотелось, чтобы мистер Кросс был рядом и протянул ей руку.
Как было бы прекрасно опереться на кого-нибудь. Не только на крутых, изгибающихся лестницах, но и в жизни. А мистер Кросс был из тех джентльменов, на которых можно опереться. Он был защитником. Надежным. И достаточно сильным, чтобы защитить тех, о ком он заботится, от любого зла.
Но мистера Кросса нигде не было видно.
Что, на самом деле, было к лучшему. Она не должна привыкать полагаться на других людей.
Она спустилась на кухню. Пол и Джоунси были в противоположном конце комнаты, развалившись перед камином. При ее появлении Джоунси поднял голову. Он не зарычал. Он просто посмотрел на нее, словно прикидывая, есть ли у нее в кармане печенье.
- Вот и вы, мисс Хартрайт. - Миссис Бейнбридж стояла у плиты рядом с кухаркой. Перед ними дымилась кастрюля с каким-то кипящим веществом. - Я уже начала отчаиваться.
Клара пересекла каменный пол, чтобы присоединиться к ним.
- Все в порядке?
- Да. - Миссис Бейнбридж взяла у кухарки клочок бумаги и спрятала его в широкий рукав своего крепового платья. - Кухарка дала мне рецепт тех чудесных пряников, которыми она угощала нас на Рождество. Разве это не было восхитительно? Мы все обратили на это внимание.
- Это патока, мэм, - сказала повар. - Есть те, кто заменяет ее растворенным сахаром и поташом, но не я.
- Старые способы лучше всего, - согласилась миссис Бейнбридж.
Клара опустила Берти на землю. Он прошаркал к столу и плюхнулся рядом с Полом и Джоунси.
- Оставьте собаку здесь, мисс. - Кухарка вернулась к помешиванию в кастрюле. - У меня есть мозговые косточки для них всех.
Она бросила короткий взгляд на Берти.
- У него все зубы целы, не так ли?
- Большинство из них, - сказала Клара.
Миссис Бейнбридж бросила на Берти сочувственный взгляд, когда они с Кларой выходили из кухни.
- Какое это испытание - быть старым.
Снаружи раздался еще один раскат грома.
- И в такую погоду. Сырость, знаете ли. Но внутри достаточно приятно.
Миссис Бейнбридж начала подниматься по лестнице. Похоже, ей было не так трудно передвигаться по ней, как Кларе.
- Собаки, безусловно, предпочитают это, а не пребывание на свежем воздухе. Что наводит на некоторые размышления.
Клара последовала за ней, держась одной рукой за стену.
- Да, мэм?
- Я надеюсь, ваш мопс терпим к кошкам. Сорока не потерпит, чтобы за ней гонялись или огрызались. Она многих собак поставила на место.
Они вдвоем вышли через дверь с лестницы для прислуги и пересекли холл к главной лестнице. Клара поднялась рядом с миссис Бейнбридж.