Любовь зимой/Зимний спутник (ЛП)

Он с трудом сглотнул, отбросив свою гордость.
- Да, я... я хотел бы.
- Очень хорошо. - Она подождала, пока он наденет шляпу и пальто, а затем снова подождала, пока он придержит для нее дверь. Когда она проходила через проход, он уловил аромат цветов апельсина, исходивший от ее волос.
Его пальцы крепче сжали дверную ручку, закрывая дверь за собой. Они не обменялись ни словом, пока спускались по извилистой горной дороге, Пол и Джоунси трусили впереди.
Дождя в данный момент не было, но ветер был пронизывающий, как лед. Он взъерошил юбки мисс Хартрайт и длинные ленты на ее шляпке. Она плотнее закутала Берти в плащ.
Невилл молчал, опустив голову от холода и засунув руки в карманы своего черного шерстяного пальто. Вдалеке над морем собирались грозовые тучи.
- Мистер Аткинс мертв, - сказал он наконец.
- Джентльмен, которому вы писали? - Она наморщила лоб. - О, боже. Как неудачно. Это произошло совсем недавно?
- В прошлом м-месяце. Часть его имущества продается. Домашний скот и... и... - Он перевел дыхание. - В январе состоится публичная распродажа. Его вдова желает вс-встретиться со мной чтобы... чтобы поговорить о диких пони.
Казалось, она поняла, в чем трудность.
- И вам кажется, что вы не можете поехать? Что не сможете с ней поговорить?
Он покачал головой, на его щеке задергался мускул.
Она долго молчала. Их шаги вниз по скалистой дороге были медленными и размеренными, совсем не похожими на их торопливый шаг накануне. Он услышал, как она перевела дыхание.
- Могу я спросить... простите меня, если я слишком дерзка, но…что стало причиной вашего нарушения речи?
Она помолчала.
- Это ведь нарушение речи, не так ли?
Он ответил не сразу. Он не мог. Это было совсем не то, что он когда-либо представлял, что будет обсуждать с ней.
- Вы родились таким? - спросила она. - Или—
- Я упал, - хрипло сказал он.
- С лошади?
- Оттуда.
Он указал на скалы вдалеке, те, что изгибались вдоль моря в нескольких милях отсюда. Они отличались от скал под аббатством. Не существовало никаких выступающих каменных глыб, которые могли бы помочь кому-то спуститься на пляж. Скала была голой и отвесной, обрываясь прямо к бурно пенящемуся прибою внизу.
- Оттуда? - Свист ветра почти заглушил ее голос. - Но как?
- Мы карабкались вниз, и... и я упал. Я ударился головой и упал... в море. Алекс спас меня.
По пути они шутили друг с другом, пребывая в приподнятом настроении .
Невилл повернулся, чтобы что-то сказать. Умное, смешное замечание. В то же мгновение скала под ним осыпалась.
- Мистер Арчер? - Она замедлила шаг и остановилась. - Когда?
Он неохотно остановился перед ней.
- Давным-давно. Когда я был мальчиком.
- Что, черт возьми, вы двое там делали? Конечно, вы должны были знать, что это опасно.
Конечно, они знали. Но спуск по утесам, казалось, стоил того, чтобы рискнуть. Это был единственный способ добраться до пляжа внизу и лодки, которая была пришвартована там. Они пользовались ей, чтобы спуститься вниз по побережью к аббатству Грейфрайар.
В то время аббатство было домом сэра Освальда Баннистера. Он был главным покровителем приюта и, по слухам, отцом нескольких его воспитанников.
Джастин был одним из них. Алекс, скорее всего, тоже.
Добавьте к этому соблазн легенд, в которых говорилось о зарытых пиратских сокровищах, и они вчетвером едва могли удержаться от того, чтобы не пробираться на территорию аббатства несколько раз в неделю. Иногда они подшучивали над сэром Освальдом. В другой раз они искали сокровище.
В конце концов, только падение Невилла смогло остановить их вылазки.
- Торнхилл и Финчли тоже были там, - сказал он. - Мы н-не заботились об опасности. Мы не боялись.
- Мальчики никогда не боятся, когда дело доходит до глупых затей. Мой собственный брат, возможно, сломал бы себе шею дюжину раз, если бы мы с мамой не контролировали его.
Невилл поднял на нее взгляд. В его груди бушевала буря, такая же бурная, как та, что бушует над морем.
- У меня не было... м-матери. Или сестры. Ни у кого из нас не было. Мы были п-приходскими сиротами.
  
- Все вы?
Он ничего не сказал.
Этого было достаточно для ответа.
Мисс Хартрайт молча переваривала полученную информацию.
- Мне жаль. Я не знала этого.
Его горло сжалось. Его взгляд метнулся к морю. К коварным утесам за ними, с которых он свалился так давно.
- Что случилось потом? - спросила она.
- Я не помню. - Его рот сжался. - Долгое время я... я даже не помнил, как упал. Только как псронулся... в сиротском приюте.
Только позже вопосминания вернулись к нему. Сначала в ночных кошмарах, а затем в воспоминаниях наяву. Ужас, когда он упал и ударился головой. Порыв соленого ветра, когда он стремительно падал вниз, лишил его дыхания еще до того, как он коснулся воды. И само море. Живой организм — холодный, темный и безжалостный. Оно поглотило его целиком за несколько секунд до того, как он потерял сознание.
Он вспомнил те ранние ночи в приюте, когда внезапно просыпался в своей узкой кровати, а простыни были мокрыми от пота.
- Я н-не могу дышать, - выдохнул он, когда впервые смог говорить.
Но воздуха было предостаточно. Приюту недоставало именно сострадания.
- Они отослали меня прочь, - сказал он.
- Куда?
Он продолжил свой путь к конюшням.
- В... монастырь.
Клара поудобнее устроила Берти у себя на руках и последовала за мистером Кроссом. Маленький мопс привык к тому, что его носили с собой, как ценный сверток, и не возражал против того, чтобы его держали под ее теплым плащом.
- Вы имеете в виду что-то вроде больницы? Здесь, в Девоне?
Он покачал головой.
- Святой Криспин в... Эббот-Холкомбе, мистер Бутройд все устроил. Сестры у-ухаживали за мной.
Его слова были медленными и протяжными, как будто он извлекал каждое из них со дна темного колодца. Клара поняла, что ему было трудно говорить длинными предложениями. Объяснять ей вещи любой степени сложности. Его разочарование этим процессом было ощутимым. Если бы его руки не были засунуты в карманы, она была уверена, что обнаружила бы, что одна из них снова сжата в кулак.
- Вы знали мистера Бутройда мальчиком?
- Да. - Он смотрел прямо перед собой, стиснув зубы.
- Сиротский приют… Это было пл-плохое место. Он... он помогал нам.
Клара снова замолчала. Все это было очень сложно. Гораздо больше, чем она могла бы предположить по своему первому или даже второму впечатлению от жителей и гостей, собравшихся на домашнюю вечеринку.
И все же она не была полностью удивлена.
В этой комапании людей был элемент темноты. Элемент затянувшейся трагедии. Она почувствовала это с того самого момента, как прибыла в аббатство, расположенное так высоко на вершине утесов, возвышающихся над морем. В то время она приписывала это готической архитектуре этого места, а также ветру и дождю, которые бушевали повсюду.
Но атмосферу создавали люди. Мистер Торнхилл со своими шрамами от ожогов. Мистер Финчли с его уставшими от мира голубыми глазами, которые выглядели намного старше всего остального в нем. И даже мистер Арчер. То, как он смотрел на свою жену. То, как он держался рядом с ней и держал ее за руку. Конечно, это была любовь. Но там было и кое-что еще. Жажда человека, слишком долго лишенного воды.
А что насчет мистера Кросса? Самый загадочный джентльмен из всех.
Он был не похож на других. И она начала понимать почему.
- Как долго вы оставались в монастыре? - спросила она.
- Пока я не- не приехал сюда. Когда Торнхилл... купил аббатство. Почти п-четыре года назад.
Четыре года?
Она не могла скрыть своего смятения.
- Вы хотите сказать, что прожили в аббатстве всего четыре года? Что вы провели большую часть своей жизни в монастыре?