Любовь зимой/Зимний спутник (ЛП)

- Она растет на дубах, - сказал Невилл. - За с- соснами.
- Вам придется показать ее мне. - Мэри снова хихикнула.- Я никогда не найду ее сама.
Невилл не ответил.
Том бросил на него вопросительный взгляд. Он понизил голос.
- Она...?
- Нет, - решительно сказал Невилл.
- Остерегайся совращать служанок, мой мальчик, - вполголоса посоветовал Алекс.
- Он не делает ничего подобного, - сказала Лаура таким же тихим голосом. - И это невежливо с нашей стороны - шептаться.
Она повысила голос.
- У вас возникли трудности, мисс Хартрайт?
Мисс Хартрайт одной рукой в перчатке опиралась о ствол дерева.
- Никаких трудностей.
Ее голос звучал немного запыхавшимся.
- Просто пытаюсь не упасть.
Невилл без колебаний подошел к ней.
- Возьмите меня за руку.
Она подняла на него глаза.
- Я не хочу быть обузой.
- Вы не обуза. Я должен был... раньше. Я не подумал.
- Это не имеет значения. Поначалу я неплохо справлялась сама по себе.
После напряженного мгновения она просунула свою руку под его локоть.
- Спасибо.
Он кивнул. Другого способа принять ее благодарность не было. Она так крепко прижималась к нему, ее маленькое тельце было прижато к его боку. Он почувствовал непреодолимый прилив желания защитить ее. Это лишило его слов.
- Впереди сосны, - сказал Алекс.
Том, прищурившись, посмотрел на них сквозь очки.
- Выше, чем я помню.
Это была большая группа деревьев с толстыми, усыпанными иглами ветвями. На прошлое Рождество Невилл и Джастин отломили от них столько веток, сколько смогли унести, и леди Хелена и Дженни использовали их для украшения дома. На памяти Невилла это было первое Рождество со всеми этими украшениями - сосновыми ветками, остролистом, мишурой и подарками, завернутыми в цветную бумагу, под елкой.
В приюте таких вещей практически не существовало.
Рождественское утро означало, что его разбудят на рассвете в промерзшей спальне, и в воздухе над ним будет видно его дыхание. Это означало, что ему придется растолочь лед в тазу, чтобы умыться, и быстро переодеться в поношенную одежду. Затем последует проповедь в часовне, где мальчики сидят неровными рядами, с онемевшими от холода конечностями и ноющими от пустоты желудками.
- Пусть слово Божье будет твоей опорой, - нараспев произносил викарий.
Он хотел, чтобы так оно и было.
Вместо этого рождественский день был таким же несчастным, как и любой другой. Владелец приюта даже не считал нужным выдавать им лишнюю корку хлеба к чаю.
Невилл не мог припомнить времени, когда бы он не был голоден. Единственными дополнительными порциями, которые он когда-либо получал, были те, которыми жертвовали Джастин и Алекс. Том тоже отказался бы от своей еды, но он был самым маленьким из них. Джастин никогда не позволял ему обходиться без этого.
- Роберт! - Том подозвал одного из лакеев. - Где твоя тележка?
- Здесь, сэр. - Роберт и один из других лакеев подогнали две тележки и остановили их у подножия деревьев.
- Сколько веток нам потребуется? - спросил Алекс.
Невилл с трудом обрел дар речи.
- В прошлом году... - Он замолчал и начал снова. - Очень много.
Мэри и другие горничные разразились хихиканьем.
Том посмотрел на Невилла.
- Двух полных тележек будет достаточно?
- Для начала.
- Ну, тогда, - сказала Лаура. - Нам лучше начать.
Рука мисс Хартрайт соскользнула с локтя Невилла. Он ощутил эту потерю острее, чем ожидал. Но не было никакой возможности думать об этом. Слишком многое предстояло сделать — и не так уж много времени оставалось, если судить по дождевым облакам над головой.
С помощью нескольких лакеев Невилл, Том и Алекс принялись за работу, отламывая сосновые ветки и складывая их в тележки. Лаура и мисс Хартрайт помогали, обламывая ветки поменьше и собирая остролист с близлежащих кустов.
Когда тележки были доверху нагружены ветками, Невилл отошел от дерева, над которым работал, и посмотрел на темнеющее небо.
Алекс сделал то же самое.
- Надвигается буря.
- Сколько у нас времени? - спросил Том. - Минуты? Дольше?
  
Лаура стряхнула сосновые иголки со своих перчаток.
- У нас достаточно времени, чтобы собрать немного омелы? Хелена очень хотела ее в качестве украшения.
- Время еще есть, - сказал Невилл. И оно было — едва-едва.
Они пробирались через лес гораздо более быстрым шагом, чем когда впервые отправились в путь. Мисс Хартрайт снова взяла его за руку, крепко сжимая, пока они пробирались по грязи.
Дубы росли на противоположной стороне леса. На прошлое Рождество он обнаружил, что на них растет омела. Леди Хелена развесила ее по всему аббатству.
В то время Невилл не придал значения этой традиции. С чего бы ему это делать? Тогда не было никого, кто мог бы сделать омелу интересной. Не для него.
Это не означало, что его никто не целовал.
Леди Хелена не раз целовала его в щеку под омелой на прошлое Рождество. Так же поступили Кук и Дженни. Это были сестринские поцелуи, в которых не было ничего романтического. Однако в это Рождество…
Он взглянул на мисс Хартрайт. Подол ее юбок и плащ были в грязи, а щеки раскраснелись от холода. Она посмотрела на него в ответ, улыбаясь. Улыбка, озарившая ее лицо. Он чувствовала, как ответный свет зажигался внутри него.
- Да упокоит Господь вас, веселые джентльмены, - запел один из лакеев.
Остальные слуги присоединились к ним со смехом и глупостями.
- Пусть ничто тебя не смущает!
К третьему куплету Том, Алекс и Лаура тоже запели. И мисс Хартрайт чистым мелодичным голосом.
- От Бога, который есть наш Отец, пришел сияющий ангел.
Его сердце сжалось. Держа ее под руку, яркую и красивую, и так сладко поющую. В этом была какая-то правильность, которая причиняла почти боль. Он хотел сохранить этот момент навсегда, как зимний цветок, зажатый между страницами книги.
Но такие чувства не могли длиться вечно. Мисс Хартрайт должна была уехать через две недели. А он останется... здесь.
Навсегда.
Это не было откровением. Это был факт. Тот, с которым он смирился давным-давно. Воспоминание об этом, тем не менее, притупило свет, горевший внутри него.
Он внезапно ощутил всю тяжесть своего положения. О том, что он одинок, хоть и не один. Застрял в одном и том же месте, в то время как остальной мир двигался вперед с поразительной скоростью.
Мисс Хартрайт сжала его руку.
- До Рождества осталось всего пять дней. Праздник скоро закончится.
Он уставился на нее сверху вниз, его грудь сдавило от противоречивых эмоций.
- Да. Н… но пока нет.
Вернувшись в аббатство, Клара надеялась обнаружить, что пришла почта, а вместе с ней и письмо от ее матери. Но хотя письмо самой Клары, несомненно, уже прибыло в Эдинбург, ответа пока не было.
В этом не было ничего удивительного.
Какой бы эффективной мама ни была в других отношениях, она была прискорбно неорганизованна, когда дело касалось ее личной корреспонденции. Среди хаоса уроков и других профессиональных обязанностей ее семья неизбежно оказывалась на последнем месте.
Прискорбный факт, на который у Клары в настоящее время было мало времени обращать внимание.
Остаток дня и вечера были потрачены на подготовку сосновых веток, остролиста и плюща к развешиванию. Лакеи расставили в гостиной карточные столы, на которых горничные разложили ленты, мишуру и чаши с мутно-белой жидкостью.
- Мы все жаловались на отсутствие снега, - сказала леди Хелена, - так что мы сделаем его сами.- Она проводила их к столикам. - Смесь в миске - это кипяченая вода и квасцы. Мы используем ее, чтобы заморозить листья и ветви.
- Она очень жидкая, - заметила миссис Бейнбридж, садясь.
- Это сейчас. - Мистер Бутройд сел рядом с ней. - Но к завтрашнему дню она высохнет и превратится в кристаллы.