Перекрёстный огонь

Госпожа Минами встала и обратилась к высокому:
— Тада, к вам посетители.
В глазах Кадзуки Тады плеснулось изумление, и на бледном, изможденном лице появилось напряженное выражение.
— Здесь тесновато, не пойти ли нам куда-нибудь по соседству? — предложила Минами, снова берясь за пальто. — Я не хочу показаться навязчивой, но вы позволите пойти с вами? Я все объясню на месте.
— Вы из полиции? — первое, что спросил Кадзуки Тада, когда они уселись за столик в ближайшей кофейне.
Он был хорош собой, и голос у него был глубокий и звучный. Вообще он был из тех молодых людей, которые вызывают доверие, располагают к себе, в таких девушки видят надежных мужей и хороших отцов.
Привлекательное лицо, однако, исказилось под воздействием подозрительности и гнева. Тикако обратила внимание на то, что веки у парня покраснели и опухли. Она вспомнила, что Сада рассказывали о том, как он плакал у них прошлым вечером.
— Мы разговаривали с супругами Сада, — невозмутимо начала Тикако. — Кое-что нам хотелось бы уточнить у вас. Но прежде всего, госпожа Минами, мы хотели бы услышать, что вы нам скажете. Вас беспокоит что-то связанное с господином Тадой?
— Минами? — Парень явно удивился.
— Простите, что не рассказала раньше. Может, я вообще ошиблась… — Женщина в замешательстве опустила глаза.
— Насчет чего?
Стало так тихо, что в полупустом кафе слышно было негромкую музыку по радио.
— Ну, это продолжается уже пару недель. У меня создалось впечатление, что за ним следят.
Макихара, до сих пор погруженный в молчание, внезапно встрепенулся:
— Вы кого-то видели?
— Да. Обычно я последней ухожу из конторы. Ключи есть только у президента компании и у меня, а он редко здесь бывает, потому что занят еще и другим делом. В общем, однажды, где-то в начале месяца, я как раз закрывала дверь, когда Тада внезапно вернулся. По-моему, было начало одиннадцатого.
— Точно, — кивнул парень. — Я кое-что забыл.
— Так что мы вышли вместе, и по дороге на станцию я заметила, что за нами кто-то идет. — Госпожа Минами смущенно улыбнулась. — Понимаю, это звучит несколько странно, но, хотя мы находимся почти в центре Синдзюку, по вечерам здесь почти нет народу. Меня однажды даже ограбили по дороге домой, так что вначале я подумала, что следят за мной.
— Как выглядел этот человек?
— Мужчина в черном пальто. По-моему, немолодой. Лица, правда, я не видела, но общее впечатление сложилось именно такое.
— Он был один?
— Да, сначала. Но на станции мы разошлись в разные стороны. Я помахала Таде рукой и попыталась приглядеться к тому, кто шел за нами. На станции было полно народу, и я увидела, как он ринулся вслед за Тадой, словно боялся упустить его. Потом я заметила еще одного, и тот стоял словно на подхвате, а потом присоединился к первому.
— А вы их не заметили? — спросила Тикако Кадзуки Таду.
Тот покачал головой.
Парами обычно работают профессионалы. Неужели действительно полиция следит за Тадой?
— Вот с того вечера я и стала обращать внимание… — Минами снова опустила глаза. — Я ничего не сказала Таде, но держалась настороже и кое-что заметила. Например, Тада выходит, чтобы навестить клиента, смотрю, а за ним небрежной походкой идет человек в деловом костюме. Или напротив нашей конторы сидит молодой парень в наушниках, вроде музыку слушает, а сам так и стрижет глазами за каждым, кто входит и выходит. Несколько раз были звонки по телефону именно тогда, когда Тада выходил из конторы. Но звонивший не оставлял сообщения и не называл своего имени.
— И вы ничего такого не замечали? — спросила Тикако у Тады.
Он только покачал головой.
— Ничего подозрительного возле вашего дома или по соседству?
— Нет, — тихо сказал он.
— Я подумала, что это какое-нибудь частное сыскное агентство. — Минами кинула на Таду сконфуженный взгляд. — Может, семья Мики проверяет его.
— Мики моя невеста. Мы еще не женаты, — добавил Тада, все еще уткнувшись взглядом в стол. — Но мы живем вместе.
— Но родители не против, — вмешалась его начальница. — И день свадьбы уже назначен!
 
— Ваша невеста беременна? — холодно осведомился Макихара.
— Да, беременна, — угрюмо ответил Тада.
— Когда ожидаются роды?
— В феврале.
— Замечательно.
— Врач говорит, что это здоровая девочка, так ведь? Они ждут не дождутся устроить свадьбу, когда уже будут втроем, — широко улыбаясь, пояснила Минами. Она все еще пыталась разрядить атмосферу, но тут наступило напряженное молчание. — Простите, я, наверное, мешаю.
— Вовсе нет, — заверила ее Тикако. — Вы очень помогли нам. — Намек угадывался: «А теперь, пожалуйста, займитесь своими делами».
Женщина намек поняла. Она посмотрела на часы, пробормотала что-то вроде «должна уже быть на месте» и торопливо подхватила пальто. Повернувшись к Таде, который все еще угрюмо смотрел в стол, она снова извинилась:
— Они сообщили мне, что они из полиции, и я подумала, что надо обо всем рассказать напрямик, а не утаивать… Да и вообще, все могло обстоять не так. Извините, что я вмешиваюсь не в свое дело. — Она попыталась объяснить Тикако и Макихаре еще кое-что: — Я раньше работала вместе с его невестой. Собственно, это я их и познакомила, так что… — Минами замялась, но Тикако подбодрила ее улыбкой. — Так что я надеюсь, что у них все будет хорошо. — Женщина поклонилась и заторопилась прочь.
Снова повисло молчание. Оно ощущалось как тяжесть, от которой было трудно дышать. Тикако оба они, Тада и Макихара, казались надутыми мальчишками. Пока она решала про себя, как их вывести из этого состояния, ее коллега внезапно заговорил:
— Ну, — скрестив руки на груди, он уставился на Таду гневным взглядом, — и долго еще вы намерены охранять Дзюнко Аоки?
  
25
 
Кадзуки Тада поднял глаза и взглянул на детектива.
— Что вы имеете в виду? — спросил он с дрожью в голосе.
— Только то, что сказал.
— Но послушайте…
Макихара распрямился, наклонился вперед и положил руку на стол:
— У вас наладилась жизнь. Вы собираетесь жениться и стать отцом. У вас хорошая работа. У вас есть добрые друзья. Если вы попытаетесь найти Дзюнко Аоки и стать ей поперек дороги или как-то иначе вмешаться в то, чем она сейчас занимается, от этого пострадают все. Ничего хорошего для вас лично — и беда для всех ваших близких. Вы рискуете все потерять. Мой вам совет: забудьте о Дзюнко Аоки.
— Но я…
— Вы ведь уже однажды бросили ее? — Детектив гнул свою линию. — Вы оставили ее одну с ее планом разделаться с Масаки Когуре. Вы предпочли укрыться в безопасном месте, зализать раны и собраться с духом, чтобы начать новую жизнь. А она между тем не сдалась, пока не отомстила за смерть вашей сестры. Она отыскала Масаки Когуре и казнила его. Вы получили готовый результат и остались чистеньким. Что еще нужно человеку?
Тада смертельно побледнел, но по-прежнему не сводил глаз с Макихары. Тикако была потрясена переменой, происшедшей с коллегой. При встрече с супругами Сада он был исполнен сочувствия по отношению к Таде. Но она молчала и ждала развития событий.
Макихара криво ухмыльнулся и продолжил:
— Но есть одно важное обстоятельство. Вы ведь ни о чем не просили Дзюнко Аоки, она пошла на это по собственному почину. Она следовала своим убеждениям, а значит, вы не несете никакой ответственности за ее поступки и нечего из-за этого переживать. Вы глубоко заблуждаетесь, если ищете ее в уверенности, что вы в долгу перед ней.
— Вы хотите сказать, что я… Что я вообще на все наплевал? — Парень дрожал теперь уже от гнева. — Вы уверяете, что я забыл свою сестренку, забыл Дзюнко — короче, запихал все свое прошлое в ящик и выбросил ключ?
— А что, разве не так? — Детектив недобро сощурился. — Разве вы не скрывали все, что случилось с вашей сестрой, от вашей невесты и от ваших сослуживцев?
Макихара блефовал, но, как оказалось, попал в яблочко. Таду затрясло.