Сентарионские игры (СИ)
— Миссис Шпроткинс донесли на вас, что у вас очень много грязных вещей, — ответила хоббитанка, помешивая половником пену в ванной.
— И кто же это такой умный контролирует чистоту моих вещей?
Он спросил так громко, что хоббитанка, балансировавшая на шаткой табуретке, от неожиданности свалилась в ванную. Когда из-под огромного слоя пены показалась её мыльная голова, другие хоббиты, схватившись за животы, прокатывались со смеху.
— Девушка, на вас очень похожая, доложила, — пояснила хоббитанка, пытаясь выкарабкаться из скользкой ванны.
Другие хоббиты постарались вытащить её, но их попытки не увенчались успехом. Потяжелевшее от воды платье тянуло вниз. Денис взял хоббитанку за подмышки и легко вытащил из воды. Хоть сейчас он почувствовал себя сильным.
— Так значит, Кира, это война! — сказал он, отмахиваясь от мыльных пузырей. Симфа, кажется, мне понадобится твоя помощь.
— Я к вашим услугам, мистер близнец! — обрадовался Симфа.
Кире должны были принести завтрак в её комнату. Девушка недавно проснулась и уже чувствовала лёгкий голод. В дверь постучали, она открыла.
На полу стоял поднос с овсянкой с аппетитными ягодами, положенными в виде улыбающегося человечка.
— Необычно, но приятно, — сказала Кира и взяла поднос.
Она сладко потянулась перед едой. Какое замечательное было утро. Горести вчерашнего дня были уже позади. А сегодня Эрик обещал провести ей экскурсию по замку. Она взяла ложку и зачерпнула кашу вместе с необычной переливающейся ягодой. Каша оказалась вкусной, только вот во рту что-то зашевелилось. Девушке стало не по себе. Что-то ползало по её языку и громко жужжало. Кира открыла рот и из него вылетел жук навозник.
Остальные ягоды в каше тоже зашевелились, и вскоре перед Кирой восстала целая армия жуков навозников. Громко жужжа, они разлетелись по её комнате, оставляя после себя неприятный запах.
А тем временем, Денис и Симфа дали друг другу пять и отправились придумывать новые козни.
Кира подобра Кира надела нежное бежевое платье. Ткань была такой тонкой, что казалось, могла порваться при любом неловком движении. В волосы она вплела белый цветок гординии. В таком образе она выглядела почти как невеста.
В комнату постучали. Кира открыла дверь, но вопреки её ожиданию, вместо
Эрика перед ней стоял ушастый хоббит.
— Мистер Эрик передал вам это! — хоббит вытащил из-за спины роскошный букет пионов в красивой подарочной бумаге.
— Как мило! Мне никто раньше не дарил цветы, — девушка едва удержалась, чтобы не прослезиться.
— Мистер Эрик ждёт вас в Смотровой башне, — доложил хоббит и нашлёпал по коридору своими огромными ступнями.
— Смотровая башня, — мечтательно думала Кира. — Наверное, там очень красиво.
Она нашла вазу и, развернув упаковочную бумагу, достала цветы. Пионы пахли так приятно, как могут пахнуть только первые цветы в жизни девушки. Кира хотела было поставить их вазу, вот только стебли цветов намертво прилипли к её рукам. Она посмотрела на липкие стебли, они были
покрыты чем-то смолянистым. Но это смолянистое было липче смолы и не давало девушке оторвать руки.
— Вот проклятье! — сказала девушка, но времени на проклятья уже не оставалось.
Эрик уже ждал её в башне и Кире пришлось идти на встречу так, с букетом в руках.
— Красивые цветы, только вот стебли у них измазаны в какой- то непонятной липкой жидкости. Я теперь намертво к ним приклеена, — объяснила она Эрику.
— Странно, я не дарил тебе никих цветов, — удивился Эрик.
— Не дарил?!
Тут Кира всё поняла. Это Денис — других подозреваемых не было.
Эрик отвёл девушку в прачечную, где хоббиты ао главе с миссис Шпроткинс смыли клей специальной суперпузырящейся пеной.
— Эх, жалко цветы такие красивые все поломали, — сказали миссис Шпроткинс, выбрасывая пионы.
— Я так понимаю, наша экскурсия началась с прачечной, — заметил Эрик. — С нашими помощниками ты уже, как я понял познакомилась.
— Ещё как познакомилась. Один из них и вручил мне цветы, — ответила девушка, отряхивая платье от пены.
Эрик только рассмеялся. А между тем экскурсия уже началась. Кира увидела парадный залл с роскошными хрустальными люстрами, опачевальни предыдущих участников игр и подвальное помещение, которое, как оказалось, использовали, по большей части, только для хранения ненужных вещей.
— А сейчас я хочу пригласить тебя на морскую прогулку, — сказал Эрик, когда Кира увидела уже весь замок.
Они уже хотели отплыть, когда на причал прискакал Симфа.
— Мистер Эрик, мисс Близнец, позвольте положить вам в лодку эти наимягчайшие подушки.
Он уже было хотел положить подушку на Кирено место, но девушка живо выхватило её из его рук.
— Тоже мне выдумщики. За дурочку меня держите, — сказала она вертя подушку в руках. К своему удивлению ничего подозрительного она не обнаружила.
— Видите, мисс Близнец. Симфа вас не обманывает. Это наичестнейшая подушка, даю вам своё честное хоббитанское слово, — хоббит торжественно положил руку на сердце.
— Хорошо, так уж и быть. Можешь положить свои честные хоббитанские подушки, — разрешила Кира.
Симфа с неподдельным удовольствием
положил подушки и быстро удалился, сверкая босоногими пятками.
— И это мне одной кажется, что хоббиты странные существа? — обратилась к Эрику девушка.
— Они просто стараются приукрасить жизнь, поэтому иногда пошаливают. Не обращай на это внимание. Так то они народ мирный.
С этими словами они сели в лодку. Эрик отвязал канаты и они отчалили. Лодка уже отплыла достаточно далеко от причала, когда Кира заметила, что в её подушке что-то шевелится. Эрик учтиво вызвался посмотреть. Он расстегнул пару пуговиц и оттуда показался раздвоенный змеиный язык.
— А-а-а-а-а, змея! — Закричал Эрик. — До смерти боюсь змей!
Мнимая змия высунула голову, а потом на до смерти испуганного Эрика выпрыгнула зелёная ящерица. Мужчина так перепугался, что вскочил со своего места и встал в полный рост.
Лодка закачалась и вскоре перевернулась.
— Ненавижу ящериц, — сказала Кира, глядя на уходящею под воду лодку.
Добравшись до острова вплавь, кира была похожа на мокрую курицу. Сломанный цветок гординии понуро болтался в её спутавшихся волосах. Мокрое платье стало от воды полупрозрачным и предательски облегало тело.
— Ну держись, Ден! — сказала она, выжимая волосы.
Глава 15
Не успели прокричать первые чайки, как близнецы уже поднимались на гору с тяжёлыми вёдрами.
— Одна тысяча триста один, одна тысяча триста два…
— Денис, зачем ты считаешь шаги, — спросил Торен, покуривая трубку. — Сдаётся мне, это не облегчит твоего пути.
— А мне сдаётся, что это помогает на психологическом уровне. Также как счёт овец перед сном, — усталым голосом ответил парень.
— Психологический уровень? — удивился Торен. — Нет, я таких умных слов не знаю. Шевелил бы ты быстрее ногами. Вот это бы тебе помагло. А от слов какая польза? Они только последние силы у тебя забирают.
— Нет, уж я лучше посчитаю, — упрямствовал Денис, глядя на идущую впереди Киру. И что это с ней такое? Допинг приняла что ли.
— Доппинг? И где ты таких сатанических слов набрался. Осторожней с такими словами в Сентарионе, а то суеверные селяни сжечь тебя могут.
— Сжечь? Своего будущего чемпиона? Нет уж, я им ещё нужен.
Заговорившись он и не заметил, как высоко уже успела подняться его сестра.
А между тем, Кира не отвлекалась на праздные разговоры. Мотор её сердца заводился при мысли о победе над собой. Она никогда не сдавалась на пол пути и сейчас, истекая кровавым потом, она доберётся до вершины, даже если потом у неё отнимутся ноги. Красное Сентарионское солнце служило для неё маяком. Оно манило её, как манит мечта романтика или как манит цель честолюбца.
Ноги уже были ватными от долгой ходьбы, в горле пересохло. Второй её мечтой на сегодня было напиться родниковой воды, холодной и с приятным хвойным привкусом.